47. Ноа

Сбежав из здания компании «Лейстер Энтерпрайзес», я сразу поехала к Чарли. Не хотела видеть никого, кто мог бы убедить меня, что нет причин злиться на Николаса. Незачем слушать, как Дженна говорит, что понимает меня, а бойфренд имеет полное право согласиться на работу мечты, за которую другие люди готовы драться.

Я решила побыть эгоистичной. Я должна быть эгоистичной, когда дело касалось Ника. Два года разлуки… Всего за неделю мы чуть не сошли с ума.

Я никогда не была у Чарли, но однажды подвозила университетского приятеля на машине, поэтому знала адрес. Когда позвонила в дверь, услышала грохот, а затем он открыл мне: его состояние оказалось мне хорошо знакомо. Парень был пьян.

– Ноа? – сказал он заплетающимся языком и посмотрел на меня: глаза у него покраснели, а еще от Чарли разило спиртным.

– Привет… не возражаешь, если я к тебе присоединюсь?

Конечно, не стоит топить страхи в алкоголе, но пара стаканчиков никому не повредит.

Чарли улыбнулся и пригласил меня в квартиру. Мы провели здесь целый день, болтая в сопровождении бутылки текилы. Я рассказала, что случилось со мной, а друг признался, что вел себя так, потому что его бросил парень. Еще он поведал об алкогольной зависимости, что сразу же заставило меня почувствовать себя виноватой.

Собутыльница не могла вылечить Чарли от плохой привычки, хотя в свою защиту должна заявить: к моему приходу он уже сильно набрался.

– Если брат увидит меня таким, то прикончит, – сказал он. – Считается, что дерьмовая терапия мне поможет, но на самом деле тот, кому действительно нужно лечение, это он сам… Майкл урод, раз предлагает такое, понимаешь? Ты даже не представляешь, каково было расти с ним после смерти мамы…

Мне было больно видеть, что сейчас Чарли не тот веселый, беззаботный мальчишка, которым изначально казался. Я толком ничего не знала о нем, но понимала, что у каждого человека есть секреты, которые никому не хочется раскрывать.

Когда я поняла, что алкоголь ничего не исправит, предложила Чарли перекусить и посмотреть кино. Мы смеялись за просмотром «Шрека», и я на несколько часов забыла обо всем, что связано с Ником.

У меня давно не было друга, с которым можно было бы разделить такие простые жизненные моменты. Дженна свихнулась, у нее в голове только вечеринки или шопинг, с некоторых пор мы редко встречались, чтобы просто пообщаться, сидя на диване.

Уже совсем стемнело, когда в квартиру ворвался разозленный Майкл. Конечно, у него был ключ, однако я не ожидала увидеть его и вдруг поняла, что это и его квартира тоже.

Чарли жил со своим старшим братом, поскольку денег едва хватало на оплату обучения.

Не знаю почему, но я разнервничалась. Может, потому, что привыкла видеть психолога только в кабинете, кроме того, он знал почти все мои тайны и страхи. Глаза Майкла забегали по комнате и задержались на мне. На его лице промелькнуло странное выражение, и я забилась вглубь дивана, затаившись и встревожившись не на шутку.

Мы с Чарли уже некоторое время не пили, парень даже принял прохладный душ и выглядел пристойно, но я мысленно взмолилась, чтобы Майкл вообще ни о чем не догадался.

Чарли тоже почуял неладное и сразу напрягся. Атмосфера в комнате сгустилась.

– Как дела, братишка? – приветливо сказал он. – Хочешь посмотреть сериал?

Майкл принялся копаться в шопере, а потом снова посмотрел на нас.

– Вы ужинали? – буркнул он вместо ответа.

Майкл даже не поздоровался со мной, что сильно меня удивило, и мне захотелось побыстрее отсюда уйти.

– Думаю, мне пора, – прокомментировала я, вставая с дивана и хватая сумочку.

Майкл пристально посмотрел на меня.

– Я принес кое-то перекусить. Ноа, ты можешь остаться. Заодно расскажешь, почему решила пропустить сеанс. Я ждал тебя до семи.

Черт! Я совсем забыла… Вот почему он так себя вел: ждал меня столько времени, а я не пришла.

Я покосилась на Чарли, который наблюдал за нами. Внезапно он забормотал, что ему надо прибраться в своей комнате, и слинял.

Очень вовремя.

Я подошла к Майклу, который раскладывал покупки на столе.

– Извини.

Майкл помолчал несколько секунд, а потом добродушно улыбнулся.

– Не волнуйся, наверстаем в следующем раз. Любишь ризотто с грибами?

Теперь он показался мне совершенно расслабленным и ничуть не похожим на того рассерженного парня, который появился здесь пару минут назад и буравил меня пристальным взглядом. Я охотно кивнула, повесила сумочку на спинку стула и решила, что лучше остаться. Не нужно расстраивать Майкла.

Надела фартук и стала помогать ему с грибами и соусом. Чарли не умел готовить и занимался только тем, что тыкал пальцем в рис, варившейся в кастрюле, и с нетерпением проверял его готовность.

Мы устроились в гостиной и принялись ужинать, болтая ни о чем. Я порадовалась, что Майкл расслабился, однако увидеть психолога в неформальной обстановке было странновато. Он выглядел моложе, а готовил просто великолепно: ризотто было – пальчики оближешь. Мы даже обменялись рецептами.

Я вернулась в кампус с улыбкой на губах. Давно не чувствовала себя так хорошо, спокойно и умиротворенно. С Ником все было напряженно, один его взгляд заставлял меня съеживаться: в такие минуты у меня даже болел живот.

А теперь я поняла, что мне действительно нужно отдохнуть и провести хотя бы несколько часов в одиночестве, чтобы никто не тревожил меня. Я выключила телефон и решила на время просто забыть обо всем. Ничего не чувствовать. Побыть наедине с собой.

Сегодняшний вечер станет для меня особенным. Я могла глубоко дышать, могла быть просто Ноа, а не чьей-то Ноа… но как только я вошла в комнату, увидела записку от Ника.

Нервничая, взяла ее и начала читать.

Я дам тебе столько времени, сколько нужно. Наверное, именно это я должен сделать, чтобы ты все же поняла – я люблю тебя и только тебя, Рыжая. Не представляю, что еще предпринять, чтобы ты поверила мне, но не сомневайся: я хочу заботиться о тебе и всегда защищать. Я никуда не уеду, Ноа, моя жизнь и будущее – рядом с тобой, мое счастье зависит исключительно от тебя.

Перестань бояться: я всегда буду твоим светом во тьме, любовь моя.

Когда я прочитала записку, у меня сжалось сердце, и я почувствовала себя еще более виноватой в том, что заставила Николаса пройти через все это.

Он отказывается от такого выгодного предложения ради меня…

Я пошла в гостиную, взяла бутылку воды и плюхнулась на диван. Силы разом покинули меня. Я боялась, что если Ник останется здесь, позже он в конечном итоге обозлится на меня, поскольку упустил уникальную возможность. Слова Софии снова начали крутиться в голове: «…ты должна поддержать бойфренда, Ноа».

Боже, почему она влезла не в свое дело и давила на меня? А может, она важна для Ника? Ведь он все ей рассказал, а мне – нет?

Я ненавидела Софию, причем по-настоящему, хотя у меня и не было причин для этого, но в душе бушевала ревность. Я понимала, что она идеально подходит ему. Я – полная ее противоположность.

Не знаю, сколько времени я валялась на диване, но, видимо, меня сморил сон. Когда свет солнца разбудил меня, я поняла, что рядом кто-то есть.

Этот кто-то осторожно уселся на диван и уставился на меня. Я протерла глаза. На меня смотрела Брайар, в руке она держала чашку кофе.

– Доброе утро, – поздоровалась соседка с загадочной улыбкой.

– Я заснула… – извинилась я.

– Тебе письмо, – объявила она, протягивая белый конверт.

Я быстро разорвала его, вытащила глянцевый листок бумаги и ужаснулась. Я напрочь забыла о важном мероприятии. Это было приглашение на вечеринку, посвященную шестидесятилетию «Лейстер Энтерпрайзес».

– Черт!

Брайар взяла приглашение и усмехнулась.

– Ты будешь на тусовке, о которой в СМИ трещат почти месяц?

Я и понятия не имела об этом, но кивнула. На вечеринке мы с Ником должны вести себя как брат и сестра, которые любят и уважают друг друга. Черт, настал наихудший момент для посещения такого мероприятия, тем более мы до сих пор в ссоре.

– Какой кошмар! – воскликнула я, вставая и наливая себе кофе.

Брайар наблюдала за мной со странным блеском в глазах.

– Здесь написано, что ты можешь прийти со спутником или спутницей, но, если я не ошибаюсь, сейчас ты даже не общаешься с бойфрендом, верно, Морган?

К сожалению, все гораздо сложнее. К тому же у меня из головы вылетело, что мне нужна пара. Я знала, что присутствие на юбилее обязательно, значит, придется смириться, приехать на проклятую вечеринку и притворяться, глазея на парня, на которого я жутко зла, болтать с родителями, с которыми я давно не разговаривала, и улыбаться незнакомцам с большими деньгами.

– На самом деле я не знаю точно, что между нами, но я пойду не с ним… – Я сложила руки за головой и зажмурилась. Вечеринка уже в ближайшие выходные, и что-то мне подсказывало – к этому времени мы не успеем решить наши проблемы.

– Если хочешь, я пойду с тобой… – предложила Брайар через несколько секунд, а я открыла глаза и внимательно посмотрела на нее. – Серьезно, мне не сложно, а на таком мероприятии я смогу пообщаться с влиятельными людьми… Кстати, нет ничего лучше связей. Мы бы сделали друг другу одолжение: я составлю тебе компанию, чтобы ты не скучала, а взамен обзаведусь крутыми знакомствами.

Я взвесила ее слова, и предложение Брайар показалось мне неплохой идеей. В любом случае лучше пойти с ней, чем одной.

– Тебе правда не сложно? Это будет полный отстой, я должна играть роль идеальной дочери, хихикать и позировать для дурацких селфи.

Брайар улыбнулась, демонстрируя ровные белые зубы. В такие секунды она казалась ангелом, спустившимся с неба… Однако она совершенно меня озадачила, я еще не могла ее разгадать.

– Как раз наоборот, это ты делаешь мне одолжение. – Она развернулась и пошла в свою комнату.

* * *

Осталось два дня до юбилея компании Лейстеров, а я и понятия не имела, как мы с Ником будем вести себя при встрече друг с другом. Меня удивляло его решение дать мне дополнительное время на раздумье, но я постоянно спрашивала себя, нет ли тут какой-то скрытой причины.

«Уже совсем скоро, Ноа, потерпи. Через два дня ты увидишь Ника – и все будет как раньше».

Я не переставала повторять одно и то же и старалась отвлечься шопингом. Надо было купить платье и аксессуары, подходящие для вечеринки. Согласно протоколу, женщине следовало появиться на мероприятии в длинном платье и на каблуках.

В день шопинга я позвонила Дженне, и мы гуляли и болтали, разглядывая витрины в торговом центре.

– Я собиралась туда пойти, но Лион звонит мне каждый день уже целую неделю, настаивает на встрече, хочет пригласить на ужин, поговорить и убедиться, что я в порядке… Ноа, я жутко тоскую без него, но боюсь… боюсь, что он снова причинит мне боль и ничего не изменится.

Я смотрела на лучшую подругу и невольно сравнила себя с Дженной. Хотя мы с Ником не расстались – я даже не могла представить себе это – разлука, казалось, разделила историю наших отношений на до и после.

– Ты должна согласиться, Дженна, Лион заслуживает того, чтобы ты хотя бы выслушала его. Ведь вы расстались уже несколько недель назад, ему наверняка есть что сказать. Надо выложить карты на стол, и как бы ты ни убеждала себя, что тебе лучше без него, мы обе знаем, что это неправда.

Дженна принялась нервно грызть ногти, и я сочувственно улыбнулась.

Дженна и Лион созданы, чтобы быть вместе, неужели подруга ничего до сих пор не понимала?

Я перемерила не менее двадцати платьев. Мама разрешила оплатить все покупки кредитной картой, которую дала мне для чрезвычайных ситуаций. Вообще-то сперва я решила даже взять платье напрокат, но хотела, чтобы вечеринка прошла мирно.

Поэтому я продолжала бродить по бутикам «Шанель», «Версаче», «Прада»… Пока что у меня не имелось никаких финансовых трудностей, но они в принципе были не за горами. Внезапно я задумалась о покупке брендового, но подержанного платья, которое стоило вполовину дешевле. А остальными деньгами я бы оплатила аренду апартаментов в кампусе, затарилась продуктами и прочими необходимыми вещами. Но я все же отказалась от этой идеи, потому что не сомневалась – мама проверит выписку по карте и обязательно все узнает.

И вот мы оказались в «Диор», в бутике, который сводил Дженну с ума. Цены были сумасшедшими, но подруга силой притащила меня сюда – она уже некоторое время старалась выбрать наряд для меня в других магазинах и теперь сделала последнюю попытку.

Ловушка таких мест заключается в том, что может произойти худшее: ты способна мгновенно влюбиться в платье. Я стояла посреди зала и глазела на манекен, который заприметила, как только вошла в бутик.

– Боже мой, Ноа… вот оно, – выпалила Дженна, такая же ошеломленная, как и я.

Я посмотрела на ткань жемчужно-серого цвета, прикоснулась пальцами к гладкому шелку и залюбовалась безупречным фасоном.

– Ты должна его примерить, – сказала Дженна, и через секунду продавщица уже обращалась со мной так, словно я была голливудской знаменитостью.

Нас отвели в соседнее помещение и мне помогли облачиться в платье. Верхняя часть представляла собой корсет с россыпью сияющих серебристых стразов. Элегантная юбка подчеркивала фигуру и облегала каждый мой изгиб будто вода, стекающая по коже. Разрез доходил почти до бедра. Боже, это было просто идеально.

Когда я встала перед зеркалом, Дженна широко раскрыла глаза и воскликнула:

– Черт, ты выглядишь потрясающе!

Я опустила взгляд и схватила маленькую бирку, приколотую сбоку. Чуть не задохнулась, увидев цену.

– Пять тысяч долларов, Дженна.

Лучшая подруга пожала плечами и махнула рукой.

– А чего ты ожидала? Это ведь не какой-нибудь «Гэп»^[7]. Ты должна быть на высоте, поверь, твой роскошный прикид будет одним из лучших на вечеринке. Ты божественна, Ноа. Серьезно, я сейчас расплачусь.

Я закатила глаза и снова посмотрела на себя в зеркало.

Платье оказалось великолепным, жемчужно-серый цвет прекрасно контрастировал с моим загаром и цветом волос. Это наряд для особого случая, как раз чтобы блистать перед камерами… и перед Ником.

Да, я определенно хотела увидеть лицо Николаса, когда он увидит меня в платье «Диор». На вечернике мы впервые встретимся после долго перерыва (ведь мы не общались столько дней!) и, как считала Дженна, нужно быть бесподобной.