24. Не любовь (Анна)

Так страшно мне еще никогда не было. Тело отзывалось на его голос. Сердце замирало от прикосновений его пальцев. Дышать было трудно от «не отпущу», но я понимала, что это все настоящее безумие, а главное − что если это Игорь, если это правда он, мне надо от него бежать. Мой сын в руках его главного врага. Моему сыну нужна еще одна операция, а мне − защита от такой вот любви.

Почему-то никакой радости от осознания, что это и правда Игорь, я не ощутила − только ужас. Мне казалось, что он безумен, опасен, да и разве же Игорь поступал бы так? Играть на меня, убивать людей, трахать меня связанной до одури. Это все не про Игоря, по крайней мере, не про моего Игоря, а то, что восстало из мертвых, это не мое, это какой-то…

Уже выбежав из гостиницы, я заплакала. Холода ветра я не чувствовала, а он дует так зло, словно заморозить пытается, пролезает под пальто и жжет голое тело.

Я отбегаю как можно дальше, стуча каблуками, а там вытягиваю руку, пытаясь поймать машину. Как назло, никто не останавливался, а я размазывала по лицу слезы и косметику.

Когда машина возле меня все же остановилась, я боюсь даже представить, что было у меня на лице.

− Вам помочь? — спросил у меня мужчина и я, узнав коллегу Игоря, на миг растерялась. Могу ли я ему доверять? Что он знает о происходящем?

− О, Аня? Это ты? — спрашивает он меня и открывает дверь. — Садись быстрее, погода ни к черту, еще и дождь начинается. Что у тебя случилось?

− Ничего, − говорю я, пытаясь вспомнить его имя. Имени не помню, а вот фамилия у него − Жадов. Они с Игорем всегда вместе работали. У них даже кабинет был один. Копылов и Жадов.

Я едва не разрыдалась вновь − со времени смерти Игоря я ни разу его не видела. Знает ли он, что Игорь жив?

− Мне просто надо отсюда подальше, − говорю я. — Просто отвези меня куда-нибудь, а я мужу позвоню. Он заберет. С подругой поссорилась просто…

− Ну да, ну да, − странно пробормотал Жадов, но больше ничего говорить не стал, позволяя мне рыться в телефоне.

Я быстро набрала мужа.

− Чего? — спросил он в трубку так, словно это был сотый звонок за этот вечер, но я не стала лукавить, даже дрожь в голосе скрывать не стала.

Кукловод держал слово, а этот новый неизвестный мне Игорь творил что-то дикое.

− Сережа, умоляю тебя, забери меня от… где в центре ты можешь меня высадить? — тут же спросила я у Жадова.

− Давай у памятника, − ответил он, пожимая плечами.

− У памятника, − сказала я мужу. Могла бы сказать даже, чей это памятник, но ему до этого нет дела.

Ему важна лишь сделка.

− А какого хрена ты…

Я не дала ему задать вопрос.

− Умоляю тебя, Сережа. Я все объясню. У меня есть причины, очень важные, и тебе нужно их знать, только забери.

− Ладно, − внезапно согласился он. — Буду там через пять минут.

Он отключил вызов, а я выдохнула и тут же достала зеркальце, чтобы привести себя в порядок. Все оказалось не так страшно, разве что я была так бледна, что никакие румяна с пудрой не могли это скрыть, и тушь потекла, став черными кругами под глазами. Пришлось все это быстро убирать, стараясь не рыдать и не вздыхать. Менять мою жизнь слишком поздно, я уже заключила сделку и обратного пути у меня не будет, особенно если мой жених теперь тоже бандит. Как говорится − лучше знакомое зло.

− А ты изменилась, − сказал внезапно Жадов.

− Ты тоже, − бросила я, хотя он был все тем же, разве что…

Тут я вдруг поняла, что сижу в салоне дорогой машины, не жигули, на котором Жадов несколько раз возил нас с Игорем, а на дорогой машине.

− Тачка новая? — спросила я, вспоминая, как он мне говорил, что денег нет и не будет, мол, откуда им взяться у простого опера.

− Нет, уже пару лет. Подарок.

− Ясно, − отвечаю я и мне становится совсем гадко. Жадов берет взятки. Игорь работает на бандита, а я жена криминального авторитета. До чего мы докатились? Но я улыбаюсь, благодарю его и выбегаю из машины.

Сергей действительно на месте. Он стоит у автомобиля, скрестив руки у груди и кивает на открытую дверцу, я тут же запрыгиваю в салон, стараясь не дрожать от холода.

− Вези меня домой, − говорит Сергей водителю, которым словно случайно оказывается Толик, − а ты говори! Какого черта ты сорвала мне сделку на эту крошку?

Он жестом руки делает круг, указывая на всю машину целиком, а я хватаю его за руку и начинаю целовать, как безумная.

− Прости меня, − прошу его я. — Прости. Я сделаю все что угодно. Я буду делать все и всегда, но защити меня сейчас. Этот человек, он…

Я запнулась.

− Что он? Трахал тебя слишком сильно?

− Этот человек − Игорь Копылов, − дрожащим голосом сказала я и заглянула мужу в глаза.

− Что? — с совсем другим лицом спросил он.

− Это Игорь. Я не знаю, зачем он вернулся, но, умоляю тебя, защити меня. Я больше никому не могу доверять.

Я стараюсь не плакать. Его бесят слезы, а тут он смотрит на меня внимательно и даже руку вырывать не пытается.

− Ладно, − снова соглашается мой муж и даже дергает к себе, не чтобы ударить или оскорбить, как бывало обычно, а чтобы обнять, прижать к своей груди и нахмуриться. Я вся напряглась, но затихла, кусая губы. Игореше нужна еще одна операция, и только Сергей, не задумываясь, даст на нее деньги. Имею ли я право хоть что-то выбирать?

Я любила Игоря, больше жизни любила. Я почти умерла вместе с ним, а теперь у меня получалось злиться и ненавидеть, потому что, вернувшись, он не попытался помочь, понять, поговорить. Он просто выиграл меня в карты, чтобы трахнуть, как какую-то шлюху, а не женщину, рискнувшую жизнью, чтобы завершить его расследование.