13

Уже другая официантка быстро принесла наш заказ. Я отпустила ситуацию, призывая себя к здравому смыслу. Какой прок в ревности, если я не имею на нее права? Я ушла и дала Артему полную свободу действий. Не целибат же ему было держать все эти годы? А то, что я не смогла ни с кем быть, это уже мои проблемы.

Еда в этом ресторане была отменная, как и любил Артем.

— Интересный вкус, — как истинный ценитель, сказал Стас, поглощая пюре.

— Я тоже это отметил, — подыграл ему Артем. — Все приготовлено из свежих продуктов и по всем стандартам качества.

— Согласен. — Малыш важно кивнул.

Мы переглянулись с Артемом, скрывая улыбки. Сын часто копировал меня или фрагменты из фильмов. Ему казалось, это делает его взрослым.

— Как ты жила все это время? — негромко спросил Артем, посмотрев мне в глаза.

— Обыденно, — честно призналась я. — Работала и воспитывала сына.

— А выйти замуж за моего брата тебя нужда сподвигла? — с легким нажимом поинтересовался он.

— Скорее жажда авантюризма и желание иметь новую машину. Согласись, сыграть чью-то жену пару дней и получить за это автомобиль из салона — очень выгодное предложение.

Артем покачал головой.

— Удивляюсь своему брату. Насколько велико у него желание заполучить папино наследство…

Артем замолчал и улыбнулся. До него, наверное, дошло, что из всех братьев только он, если следовать новым требованиям Вадима Эдуардовича, имеет право на его бизнес. Артем перевел взгляд на сына и потрепал его по макушке. Осталось разве что развести меня с братом и самому занять его место.

— Я слышала, как ты отказался…

— Так и есть. Мне не нужен семейный бизнес. И если на то пошло, то Руслан станет хорошим владельцем завода. Он раньше частенько помогал отцу, а потом занял новую должность, и времени совсем не осталось. А может, всему виной любовь.

Я нахмурилась. Дана. Совсем о ней забыла! Нужно объяснить ей все. Но мой телефон, как и все остальные вещи, лежал в другом городе, в квартире, которую я, кстати, даже не закрыла.

— Ты чего? — уловил смену моего настроения Артем.

Это немного пугало. Он так пристально следил за каждым моим движением, читал меня по выражению лица и голосу, не отводил взгляд, и, кажется, не до конца верил, что я рядом.

Впрочем, я сама не могла поверить в происходящее и не знала, как быть дальше. Мне хотелось связать жизнь с ним. Черт возьми, как же я мечтала об этом! И каждый раз корила себя за такие мысли. А сейчас Артем пытался доказать, что все изменилось. И мне ужасно хотелось в это верить.

— Да переживаю за квартиру. По-моему, я дверь не закрыла на ключ и телефон забыла. Завтра я должна появиться на работе, а я даже не могу сообщить Дане, что не выйду.

— Тебе уволиться нужно, — мягко сказал Артем. — Или ты хочешь, чтобы мы переехали к тебе?

— Не знаю. Я не думала об этом.

У меня для этого было очень мало времени. Я планировала уходить с работы, но это скорее результат встречи с Артемом. О новой жизни настоящей семьей я совсем не размышляла и сейчас не знала, правильно ли поступаю, оставаясь с ним. Это как нырнуть в прорубь, не умея плавать, или прыгнуть с моста без страховки.

— У нас будет время обсудить это. Ты помнишь ее номер телефона? Позвони с моего.

Артем похлопал себя по карманам в поисках гаджета.

— Он, наверное, в машине.

— Я не помню ее новый номер. Она недавно утопила свой телефон и купила себе новый. Я напишу ей на «мыло». — Задумчиво поковыряла вилкой блюдо.

Конечно, желательно встретиться и все объяснить. Только вот что говорить о Руслане? Надеюсь, он с ней уже пообщался с ней, и они мирно разошлись. Хотя мирно — это не про Дану.

— Тебе нравится работать с Ратской?

— Бывают начальники и похуже. А она вроде как подруга.

— И насколько вы близки?

— Я знаю все о ее личной жизни.

— А она о твоей?

Не стала отвечать, что вся моя личная жизнь — это сын. Об этом особо и знать ничего не нужно. Тезка помогала мне с садиком, врачами и разными трудностями, которые возникают, когда у тебя есть ребенок.

— Не о моем прошлом.

— Так я и думал.

— Несмотря на всю стервозность, Дана довольно тактичный человек и не лезет в душу.

— Я не об этом. Всего лишь хочу понять, где тебе будет комфортно жить.

— И ты готов к переезду из столицы? — Я посмотрела на Артема.

— Да. Если ты этого хочешь, и сыну в другом городе будет лучше. Стас, — обратился он к малышу. — Ты где хотел бы жить?

— Здесь, — после некоторых раздумий сообщил он.

— Почему? — удивилась я.

— Потому что здесь папа, — просто ответил Стас.

Не поспоришь. Губы Артема расползлись в улыбке. Нынешнее положение вещей ему однозначно нравилось. Он под столом положил руку мне на ногу.

— Кровь не вода.

Мы закончили трапезу и отправились домой под пытливые взгляды знакомых Артема.

— Мама, я буду спать сегодня с тобой, — сказал Стас, как только мы вошли в квартиру.

— А я думал, ты будешь спать в своей комнате, а я с мамой, — не стал лукавить Артем, поглядывая в мою сторону.

— Ты с мамой? — Стас задумчиво посмотрел на меня. — Ну ладно, спи с ней, — разрешил малыш. — Хотя она обычно одна спит или со мной.

— Давай договариваться спать по очереди, — пошел на компромисс Артем. — Сегодня я с мамой, завтра ты.

— Хорошо, — согласился он и зевнул.

— Кстати, время спать.

— А сказка? — спросил сын.

— И искупаться перед сном, — напомнила я.

— Мы справимся. Ты пока отправь сообщение своей бывшей начальнице, а потом тоже прими ванну. — Артем положил Стасу руку на плечо.

Тот устало тер кулачками глаза. В обед никто его спать не укладывал, но сын стойко продержался. Впрочем, как и я. Сегодня поистине был очень сложный день. Наверное, самый тяжелый за последние годы. Такого двоякого состояния я не чувствовала давно.

В спальне Артема тоже почти ничего не изменилось. Я обходила знакомую комнату и испытывала дежавю. Открывала ящики комода, трогала статуэтки. В тумбочке лежали электрошокер и газовый баллончик, которые подарил мне Артем много лет назад. Я их не забрала, когда покидала эту квартиру. В другом отделении нашлась забытая мною помада и парфюм. Улыбнулась. Он все сохранил.

Ноутбук я нашла на кухне. С легкостью зашла на почту. Сообщений от Даны не было. Видимо, она только звонила мне. Я очень надеялась, что Руслан с ней уже все обговорил. Но я должна была написать не только об увольнении, но и объяснить причину.

Несколько минут сидела, подбирая нужные слова. В голову ничего не приходило. Все-таки при личном разговоре все рассказать было бы лучше. Под плеск воды в ванной и смех сына я принялась писать сообщение: «Привет. Завтра не смогу выйти на работу. И в ближайшие дни тоже. Телефон оставила дома. Нахожусь в другом городе. Завтра куплю телефон и обязательно с тобой свяжусь и все объясню. Прости, что так все получилось. Не хотела подводить тебя с работой. Дана».

Я не стала писать ей об увольнении. Пожалуй, лучше будет сообщить об этом по телефону, как и о примирении с Артемом.

С радостью сбросив одежду, я наполнила ванну. Это показалось настоящим спасением. Конечно, привычных шампуней и гелей для душа здесь не было, но в тот момент меня вполне устраивали и средства Артема.

Погружаясь в горячую воду с белой шапкой пены, я почувствовала, как напряжение начинает отпускать. Совсем не хотела размышлять о своих недавних импульсивных поступках — я лишь наслаждалась моментом. В расслабленном состоянии я прислушивалась к звукам из другой комнаты, где Артем рассказывал Стасу сказку на ночь. Это было так непривычно и немного забавно, словно часть чужой жизни, в которую я неожиданно погрузилась.

Когда я наконец вымыла голову и вышла из ванной, возникла небольшая проблема: у меня не было одежды. Не раздумывая долго, я открыла шкаф в поисках чего-нибудь подходящего. В квартире воцарилась полная тишина — Стас уже крепко спал, и весь мир будто погрузился в состояние умиротворения.

Но внезапно меня отвлекли теплые мужские руки, которые мягко легли на мои бедра. Артем подошел сзади, и я почувствовала, как его губы касаются моей шеи. Повернувшись к нему, я заметила, что его волосы тоже влажные — он успел освежиться.

Пока я наслаждалась теплой водой, он успел помыть и уложить спать сына и сам принять душ. Этого мне не хватало в первые годы жизни Стаса. Нормально искупаться, поесть, не хватало его помощи и поддержки. А сейчас Артем рядом. Вот так просто…

Когда полотенце слетело с его тела, мои мысли приняли совсем другой оборот. Все опасения исчезли, а с ними и сомнения. Он мой. Как же я скучала по его прикосновениям и тихому: «Моя Ди, как же ты прекрасна»!

Артем подхватил меня на руки и понес к кровати. К тому месту, которое часто снилось мне холодными ночами, и по которому я безумно скучала.

Как же будоражили его прикосновения, как возбуждали поцелуи! И я поддалась своим желаниям и влечениям. Наслаждалась его прикосновениями и ласками. Как же это чертовски классно быть его! Отдаваться своим порывам…

Я почувствовала, как сердце учащенно забилось, когда его губы медленно касались моей шеи. Влажные пряди волос Артема холодили кожу, создавая приятный контраст с теплом его тела, а его прикосновения сразу разбудили во мне давно забытые чувства. Повернувшись лицом к нему, я встретила его взгляд — в нем читались те самые знакомые огоньки желания и нежности, которые когда-то были неотъемлемой частью наших ночей.

Артем не сказал ни слова, но его действия говорили за него. Он осторожно обнял меня, погружая в ощущение безопасности и близости, которое я так долго искала. Мой разум хотел снова окунуться в воспоминания — в те моменты, когда мы были молоды и полны планов на будущее, но его прикосновения возвращали меня в настоящий момент. В этот миг, когда мы снова вместе, словно ничего и не менялось.

Я ощутила, как его руки медленно скользят по моему телу, изучая каждую его линию, словно впервые. Мы лежали в тишине, окруженные теплом друг друга и этой квартирой, ставшей для нас чем-то вроде укрытия от всего мира. Я позволила себе расслабиться, забыть обо всех беспокойствах, которые терзали меня в последнее время.

— Ты так прекрасна! — чуть слышно выдохнул он, прижавшись еще теснее. Эти слова прозвучали с такой искренностью, что у меня невольно перехватило дыхание.

Я закрыла глаза, отдаваясь этому моменту. Все заботы и переживания словно растворились в воздухе, как ненужная шелуха. Я чувствовала только его — каждый вздох, каждое прикосновение. Это было так просто, так правильно… быть с ним, чувствовать его рядом.

Его прикосновения были уверенными и бережными, и я полностью отдалась этому моменту. Он находился рядом, и это ощущение казалось одновременно таким знакомым и одновременно новым.

Каждый его поцелуй разжигал во мне давно забытую страсть. Его руки ласкали меня, будто он запоминал все заново, а я ощущала, как все мое существо откликается на его прикосновения. Это было настолько естественно, что мне казалось, мы никогда не теряли друг друга.

Дыхание Артема смешивалось с моим, а стоны прорывались наружу, наполняя комнату звуками нашей страсти. Он знал каждую мою чувствительную точку, каждое место, где его прикосновения вызывали во мне волны наслаждения. Поцелуи становились все более страстными, как будто в эту ночь он хотел компенсировать все то время, что мы провели в разлуке.

— Я скучал по тебе, — прошептал он, и эти слова прошли сквозь меня, отдаваясь эхом в сердце.

В этот момент я поняла, как скучала по нему, по его голосу, рукам. Не хотела никого другого, не могла представить, чтобы кто-то занял его место. И теперь, когда он снова находился рядом, я чувствовала себя очень счастливой. Артем снова прижал меня к себе, его руки уверенно скользнули по моей спине, и в этот момент я забыла обо всем. Наши тела слились, мы двигались в унисон, как две половинки единого целого. Все, что было раньше — разлука, боль — больше не имело значения. Остался только этот момент, наполненный страстью, любовью и взаимным желанием.

Я дарила наслаждение и получала его взамен сполна. Артем прекрасно помнил все мои предпочтения. Он касался всех моих чувствительных зон, заставляя стонать и изгибаться, помнил каждую деталь и мелочь, которая мне нравилась. Артем, словно искусный музыкант, играл на струнах моего тела, создавая непревзойденную мелодию моего наслаждения.

Но в комнате слышались не только мои стоны, но и его вздохи. Как же я скучала по этому!

Все эти годы я не могла и не хотела быть с другим мужчиной. Каждого сравнивала с Артемом, и никто не мог с ним тягаться. Для меня всегда он оставался лучшим. Моим! Я не хотела иметь рядом с собой копию. И не желала, чтобы кто-то чужой воспитывал моего сына.

Это ночь стала ярким напоминанием о наших чувствах. Артем снова и снова показывал, как я желанна и любима им. И дарил целую гамму наслаждения. И когда я думала, что сил больше нет, он доказывал обратное, подводя меня к пику эйфории.

— Завтра ты кормишь Стаса и меня, рано я не встану. Даже не надейся, — пробурчала, погружаясь в сон.

— Договорились. С меня блинчики, — услышала уже сквозь дрему.