41

В комнату поднимаюсь в каком-то странном оцепенении. Думать, что меня ждет не хочется. Думать, куда уехал Арман тоже. Где-то на задворках сознания маячит мысль, что близится апокалипсис, но я отгоняю ее, потому что и без нее тошно.

Открываю дверь и вхожу в пустую спальню, не торопясь включать свет. Прохожу к окну и вглядываюсь в темноту. Никак не удается заткнуть голос, орущий что я была не права, промолчав. Но что я могла сказать?

Мазур подчиненный отца и мы перекинулись парой слов? Бред.

Может, должна была отчитаться, что он сам меня нашел, чтобы передать весть от отца? К чему эта ложь?

Не могу избавиться от дурных мыслей, что это именно по моей вине Армана покалечили, хотя и понимаю, это бред. У моего мужа может быть масса врагов, и покушение на его жизнь может и вовсе не связано со мной.

Но ведь маленький шанс, что Армана пытался убить Мазуров есть. И от этой мысли я чувствую себя так тошно, словно меня облили грязью. Я никогда бы не стала просить одного человека причинить другому вред, тем более что даже не знала кто такой Арман.

А вот Мазуров знал, и буквально воспринял мою просьбу помочь избежать свадьбы. Кажется все сходится, но я понимаю что в этой теории есть и нестыковки. А вот сомнений, что Мазур способен на такие мерзкие вещи у меня нет.

В голове всплывают воспоминания о том разговоре с АРманом на моей кухне.

— Кто сделал это с тобой… Что за животные могли так избить…

— Мои люди уже ищут их. Но найти исполнителей мало. Надо выяснить, кто за всем этим стоит.

— И что ты сделаешь, когда найдешь заказчика?

— Сделаю так, чтобы он пожалел, что родился на свет.

Мурашки пробегают по коже от этой фразы. И почему-то в голове не возникает ни одного сомнения, что Арман не бросает слов на ветер.

Мне на руку может сыграть лишь то, что я ехала мимо и привезла его к себе, чтобы помочь. Не сделай я этого, сомнения, что убийство заказала я, у него не было бы.

Это на случай, если Хасанова действительно покалечил Мазуров и если мой муж об этом узнает и сложит два и два, сразу все поймет. Особенно после случившегося в ресторане.

Но если не узнает, есть крошечный шанс, что эта встреча может быть списана на случайность и все об этом забудут.

Вздыхаю и отхожу от окна, чувствуя дикую усталость. Тело будто ватное, и я медленно бреду к кушетке и опускаюсь на нее, устраиваясь удобнее. В глаза будто насыпали песка, а в мозгах стучит отбойный молоток, и я откидываюсь на подушку и пробую расслабиться.

Все будет хорошо, надо просто в это верить.

Прикрываю глаза на секунду и мгновенно проваливаюсь в темноту, из нее меня грубо вырывает насмешливый голос с нотками издевки.

— Просыпайся, Лина.

Открываю глаза, сонно осматриваясь и взгляд тут же цепляется за мощную фигуру в темноте. Арман стоит в паре метров от кушетки и сверлит меня тяжелым взглядом.

— В чем дело? — сонно хриплю, отчего-то пугаясь мысли, что он как раньше не назвал меня Ангелом.

Хасанов ухмыляется, в абсолютной темноте сверкают его зубы, и мне становится по настоящему страшно, потому что сейчас он до жути напоминает голодного зверя.

— Прокатимся к твоим друзьям.