Глава 4.

Первенство России Истомину из-за травмы пришлось пропустить, но уже к зиме он снова дал о себе знать. Зимний чемпионат он выиграл с блеском и новым рекордом на короткой воде.

Теперь Светлана встречала его на вокзале, специально отпросилась у тренера на этот день. Ирина Анатольевна поворчала, но разрешила, тем более что в ближайшее время соревнований не предвиделось.

Заканчивался очередной учебный год, Светлана стала задумываться куда ей поступать. В пединститут ее приняли бы без экзаменов, с учетом оценок ЕГЭ. Она давно уже своими победами завоевала себе место в институте. Возможно, она бы согласилась поступать туда, если бы Истомин там учился, но он выбрал экономический. После долгих колебаний Светлана решила поступить туда, куда лежала ее душа – на юридический. Ей так хотелось узнать все свои права и бороться за право российских спортсменов на международной юридической арене. Ей прекрасно было известно, сколько пролито спортсменами слез, когда их не допускали до соревнований или заставляли выступать под нейтральным флагом.

Когда она об этом рассказала Истомину, тот посмеялся над девушкой, но потом согласился. Они по-прежнему встречались после напряженных тренировок, отрывая от своего отдыха несколько минут. Уже никто не смотрел на Светку косо, не устраивал ей подлянки из-за того, что Вовка выбрал ее. Просто все приняли – они пара.

Светлана взрослела, все больше понимая то, с чем ей придется столкнуться после окончания учебы. Ей снова придется жить в общяге и думать, как заработать себе на жизнь. Она хоть получала стипендию, но денег не хватало. Просить у бабули она никогда бы не стала.

С матерью Светлана так ни разу не встретилась после того, как та подписала документы, хотя мать и звонила, когда узнала, что дочь выиграла чемпионат России, думая, что за это дочь получила хорошее вознаграждение. Но Светка быстро послала ее куда подальше и закинула ее номер в черный список. Осталась только любимая бабуля, которая иногда приезжала к ней проведать. В такие дни Ирина Анатольевна отпускала ее, и они сидели в комнате Светланы и долго-долго говорили, а потом она шла провожать бабулю на вокзал.

Ее желание поступить на юридический бабуля поддержала, поэтому девушка всерьез взялась за подготовку к экзаменам.

Незадолго до окончания учебы Истомин вновь пригласил Светку погулять в городе. Они долго ходили, обнявшись. Потом он на остановке, где Светка ждала свой автобус, повернул ее к себе лицом.

– Свет, а давай, когда ты закончишь школу, мы поженимся?

– Что?

В ее глазах вспыхнуло неподдельное удивление. Да, она любила Владимира, он любил ее, но вот о том, чтобы пожениться разговор никогда не заходил. И она боялась этих слов, словно вот он скажет – «давай поженимся» или «выходи за меня замуж» – и все рухнет, рассыпится в прах все их отношения.

– Я говорю, – он улыбнулся своей самой очаровательной улыбкой, от чего на его щеках появились так любимые Светкой ямочки, – давай поженимся. Тебе ведь уже скоро восемнадцать?

– Да, через два месяца. Как раз сдам экзамены, вернусь домой со сборов.

– Здорово! Обещаешь?

– Обещаю, – она рассмеялась. Счастье осторожным клубочком задрожало в ее груди.

***

Эти два месяца пролетели так незаметно, что Светлана с трудом помнит, как сдавала эти ЕГЭ, как им вручали аттестаты. Она помнит только одно – в зале сидел Истомин и смотрел на нее. А потом она взяла его за руку и увела в свою комнату. Таньки на месте не было, она со своими девчонками ушла гулять в город. Светка тоже ушла бы с Владимиром куда-нибудь, чтобы посидеть в кафе, поговорить, еще раз услышать, как он любит ее. Но она должна была собираться, поезд в столицу, где проходили сборы, уходил в два часа ночи. Теперь она была в сборной России, и она должна прибыть в новую для нее команду

Они, закрыв дверь комнаты на ключ, целовались, как сумасшедшие, у Светки кружилась голова, тело горело от желания быть с Истоминым. Его лихорадочные руки не стояли на месте, гладили, ласкали, требовали. И Светлана сдалась.

– Теперь ты моя, – он нежно целовал лицо, тело Светланы. – Моя и только моя. Я буду ждать, когда ты вернешься. Я обязательно встречу тебя и сразу же пойдем в ЗАГС.

Девушка смеялась. Она была счастлива.

На сборы она от их команды ехала одна, даже Ирина Анатольевна оставалась дома. Владимир проводил ее на такси до вокзала, посадил в поезд. И снова они целовались на ступеньках вагона, пока проводник не погнал его. Светлана села у окна в своем купе и смотрела, как Истомин бежит следом за вагоном, в воздухе руками рисуя огромное сердце.

В сборной ее встретили напряженно. Девушка из Казани долго смотрела на Светлану, потом скривила губы.

– И кто тебя только взял к нам? – она даже сплюнула на пол.

Ну да, на фоне высоких девиц Светлана выглядела так себе – средний рост, жилистая, больше похожая на парня со своей стрижкой.

– Да никто, – ответила она своей обидчице, – сама приехала. Дай, думаю, приеду, а то вы тут без меня ничего не можете.

Вовремя появился тренер, который прекратил возможную ссору, быстро разогнал всех по местам. И началось время жести. Каждый раз, вспоминая, как Ирина Анатольевна гоняла ее, Светлана улыбалась – то был настоящий праздник отдыха, а сейчас она уползала со стадиона в свою комнату без сил. Даже отвечать вечной задире, которая так и не успокоилась, особенно после того, как Светка перебила все ее показатели, не хотелось.

Две недели сборов пролетели быстро. Светлана возвращалась домой, предвкушая встречу с Владимиром. Только тревожила мысль – почему последние дни он не отвечает на ее звонки? Она думала всякое, остановилась на мысли, что его куда-то послали и он просто не может ответить. Так хотелось на это надеяться и не думать о плохом.

Город встретил легким туманом и прохладой. Света вытащила свой чемодан на перрон, стала оглядываться, надеясь увидеть Владимира, который обещал ее встретить. Ведь она же сама говорила ему, когда вернется. Но его не было, постепенно пассажиры уже покинули перрон, оставаться одной на ветру не хотелось. Она пошла к вокзалу, постоянно всматриваясь в толпу. Истомина бы она заметила сразу, он всегда выделялся среди толпы ростом, харизмой. Но его не было. Пока ехала в автобусе до своей остановки утешала себя мыслью, что он действительно занят и не смог приехать встретить.

В спортгородке все оставалось по-прежнему. Пока она шла от ворот к своему общежитию, с ней здоровались, поздравляли, но смотрели непонятными взглядами. Она шла, кивала, отвечала. Сердце сжалось в каком-то непонятном неприятном предчувствии. На вахте в фойе сидела старая знакомая, которая с улыбкой пропустила Светлану. Ей дали возможность остаться в комнате до зачисления в институт.

– Теть Маша, Вы Истомина сегодня не видели? – решилась спросить у вахтера Светлана.

– Я нет. Вон у тех спроси, – она кивнула в сторону девчонок, которые стояли чуть в стороне, чего-то или кого-то ожидая.

– Ага, – ответила Светка и пошла к девчонкам, которые смотрели на нее с каким-то непонятным ехидным взглядом.

– Девчонки, вы Истомина сегодня не видели? – спросила она у подружек.

– Видели, – ответила одна из них и скривила губы в гримасе. – Он в бассейне.

Светка так и не поняла ее реакцию, пожала плечом, ответила «Спасибо», и поспешила в свою комнату. Она быстро приняла с дороги душ, переоделась и поспешила в бассейн. Она шла и ловила на себе любопытные взгляды. Потом решила, что не будет обращать на них внимание, она спешила к Истомину. Ведь ей сегодня исполнилось восемнадцать, и он обещал повести ее в ЗАГС.

Чем ближе она подходила к зданию, где находился бассейн, тем тревожнее становилось на душе. Не доходя метров десять до крыльца, она остановилась, чтобы успокоить свое внезапно забившееся испуганной птицей сердце, привести сбившееся дыхание в порядок. Никогда еще с ней такого не было. Даже не чемпионатах, когда выходила на позицию, не чувствовала себя так…погано.

Светке показалось, что внезапно наступила ночь, в глазах потемнело, когда увидела, как открылась дверь комплекса и на крыльцо вышел Истомин. Вот только он был не один, а шел с девушкой, которую нежно приобнимал за талию одной рукой, второй держал ее руку, заглядывал ей в глаза. Девушка была совершенно не знакома Светке, и она явно не спортсменка, вся такая изящная, с гордо поднятой головой. Воздушное платье персикового цвета, овивало ее стройные длинные ножки. Золотые босоножки открывали ее аккуратный педикюр. Золотые волосы шелковым водопадом спускались на плечи. Не девушка – мечта любого парня. Она шла и смеялась над словами Истомина, которые он шептал ей на ушко, целуя при этом ее висок, щечку.

Ноги у Светки отказались двигаться, стали словно пластилиновые. Казалось, что шаг – и они подогнуться. Она невольно сравнила себя с этой девушкой. Куколка, вся такая воздушная, и она – скорее похожая на парня, чем на девушку, в джинсах, футболке, спортивной куртке, с короткой стрижкой кучерявых волос, без грамма макияжа, без маникюра и других девичьих штучек. Хотелось закричать от боли, но слова горьким комом стекали по горлу, застревали где-то в груди. Она смогла издать только что-то похожее на хрип.

Только сейчас Истомин заметил ее, дернулся так, словно его ударили, остановился. Потом он что-то сказал своей спутнице, опустил голову и подошел к Светке.

– Привет, – его голос звучал как-то глухо, нервно, словно он боялся чего-то.

– Привет, – с трудом выдавила из себя Светка. – Я сегодня вернулась, как обещала.

– Ага, – он кивнул головой. – Как съездила?

– Хорошо. Меня оставили в сборной.

– Поздравляю.

Наступило молчание. Светлана смотрела на Владимира, а он смотрел куда-то поверх ее головы.

– Я ждала тебя, – наконец она нарушила молчание.

– Свет, ты извини меня. Но это хорошо, мы сейчас встретились с тобой, нам надо поговорить. Прости, я не смог тебя встретить. Понимаешь, я встретил другую, которую полюбил.

– А как же я? – теперь ее голос хрипел так, словно она всю ночь кричала.

– Прости. Ты мне тоже нравишься, ты хороший человек, я уважаю тебя, и хотел, чтобы мы остались друзьями. Я люблю другую и хочу быть честным с тобой. Не сердись.

– Вова, ты идешь? – раздался капризно-требовательный голос ангела. – У нас мало времени, мы опаздываем.

– Да-да, иду, сейчас, – крикнул он, повернув голову в сторону девушки. Потом обернулся к Светке, протянул руку, похлопал ее по плечу. – Извини, что так получилось. Думаю, что ты меня поймешь.

Не дожидаясь ее ответа, он развернулся и поспешил к своей девушке, вновь приобнял ее за талию. Она что-то тихо сказала ему, Владимир закивал, покраснел, и они ушли. А Светлана осталась стоять и смотреть им вслед.

«Я встретил другую, полюбил», – слова Истомина набатом били в ее голове, в глазах темнело все больше. Казалось, еще немного и она упадет без чувств прямо здесь на асфальт. Сердце колотилось везде, боль накатывала все сильнее и сильнее. Никогда ей не было так больно, как сейчас. Даже когда мать вышвырнула ее из своей жизни, сердце так не болело. С огромным трудом Светка взяла себя в руки. Она никому не позволит увидеть ее боль, ее слабость. Она сильная. Она чемпион. С силой сжав кулаки и зубы, медленно повернулась и направилась к своему общежитию. Любовь? Да к черту эту любовь. И она вспомнила слова тренера, которая говорила ей: «… стоит ему отойти в сторону, ты упадешь, разобьешься и я не смогу тебе ничем помочь. Я бы очень хотела, чтобы ваши отношения были крепкими, но я слишком хорошо знаю Истомина, чтобы верить в то, что его чувства к тебе были… долгими».

Соседки по комнате не было, Танька уехала домой на пару дней, что было Светлане на руку. Хотелось рыдать, упасть лицом в подушку, но она села на стул за своим письменным столом, сложила руки, как примерная ученица, уронила голову на них и тихо, как-то совсем жалобно провыла: «За что ты так со мной?»

Утром она пришла на стадион, где ее ожидала тренер. Ирина Анатольевна уже знала о том, что произошло вчера, спортгородок слишком мал, чтобы можно было что-то скрыть от любопытных глаз. Светка ожидала, что тренер сейчас подойдет и будет утешать ее, но Ирина Анатольевна просто безжалостно погнала ее на разминку, а потом прогнала по всем площадкам. Светка бегала, прыгала, метала копье и толкало ядро, зато мысль стала работать четко. Перед ней выстраивался план дальнейшей жизни. Ее не оставят жить здесь, значит пора уезжать. Завтра же она поедет в институт и узнает условия поступления, получит общягу. Спорт не бросит, слишком многое она отдала ему. И были планы попасть на ближайшую Олимпиаду, ведь недаром ее взяли в сборную России. А что до Истомина? Так пусть катится к своей любимой. Его больше нет в жизни Светки. Не было, нет и не будет больше. Никогда.

– Хорошо, – в конце тренировки сказала Ирина Анатольевна. – Ты молодец. Я рада, что тебя взяли в сборную. Куда думаешь поступать? Здесь или поедешь куда?

– Пока не знаю, завтра хотела съездить в наш институт все узнать.

– Хорошо. Завтра тогда отдыхай. С общежитием я пока договорилась. Пока каникулы, живи.

– Спасибо, – улыбнулась Светлана.

Она была благодарна своему тренеру, которая ни словом не напомнила ей тот прежний разговор, в котором она предупреждала ее. «Я слишком хорошо знаю Иистомина…», крутились в голове девушки слова тренера. «Слишком хорошо». Она будет жить не назло ему, а для себя, станет чемпионом, выиграет эту Олимпиаду. Пусть он увидит, что она не плачет по нему, а идет вперед.

– Свет, – окликнула ее Ирина Анатольевна, когда девушка уже собрала свою сумку и собралась уходить, – придет время, когда он поймет, кого потерял.

На это Светлана только грустно усмехнулась, кивнула головой и ушла. Ушла, чтобы начать новую жизнь. Без Истомина. Который ее предал.