Глава 14

Еще не видя Рэнна, а только услышав его шаги, внутри меня зашевелилось беспокойство. Я бросилась в коридор и ахнула. На меня сомнамбулой двигалась груда мышц. Взгляд потухший. Жилет разодранный и окровавленный. Волосы слиплись и висели длинными влажными сосульками. Капля пота стекла по моему позвоночнику. Захотелось срочно вернуться к себе и закрыть дверь накрепко, чтобы даже тяжелых шаркающих шагов не слышать. Как подойти к такому Рэнну? И в то же время, как к нему не подойти? Не помочь. Притвориться, что не видела ничего. Я стояла, не в силах пошевелиться, и, округлив глаза, смотрела на приближающегося супруга. А он, похоже, меня не замечал, шел, уставившись вдаль. Еще немного, и сметет со своего пути. Рэнн не добрел до меня всего пару шагов. Остановился. Глаза его стали закатываться, он опасно зашатался. Я рефлекторно нырнула ему под руку и подставила плечо для опоры. Рэнн прижал меня к себе и, открыв глаза, с удивлением принялся рассматривать, будто видел впервые. – Ты что здесь делаешь? – наконец прогрохотал он. Голос его разнесся по замку, и Рэнн, видимо, вспомнив, что сейчас ночь, а он того гляди перебудит весь дом, сбавил тон: – В такой час. – Тебя жду, – беспечно отозвалась я, не желая разыгрывать трагедию посреди коридора. – Поговорить хотела. Я попыталась сдвинуть Рэнна с места, чтобы довести до его комнаты, но ничего не вышло. Он стоял крепко на своих двоих, совсем не опираясь на меня, а, напротив, удерживая, почти обнимая. Это смущало. И особенно неловко стало, когда осознала, что я нагло наслаждаюсь нашей близостью, ощущением сильной руки на своем плече, крепкой спины под моей ладонью, его теплым дыханием. Чувство спокойствия и защищенности накрыло меня, словно любимым одеялом, бережно и ласково. – Увы, я сегодня не в форме, – насмешливо пробормотал Рэнн. – Беги лучше спать. Завтра пообщаемся. Если тебе так срочно, то я зайду прямо с утра. – Хорошо, – согласилась я, – утром жду. Только доведу тебя сейчас до покоев. И… раны нужно обработать, – добавила шепотом, на тот случай если нас кто подслушивал. Я снова попыталась сдвинуть его с места, но, кажется, Рэнн даже не заметил моих стараний. – Не нужно, – так же тихо, как и я, отказался он от моей помощи, отодвигая от себя. – Я упрямее. Пересилить здоровенного мужика у меня не получилось бы при всем желании, поэтому даже не стала пытаться, а просто пошла по коридору к двери Рэнна. Тому ничего не оставалось, как последовать за мной. Я уже приготовилась ползком проскальзывать в покои между ног мужа, когда Рэнн гостеприимно распахнул передо мной дверь. – Заходи, раз пришла, – недовольно процедил он, – только ничего не спрашивай. Рэнн прошагал в гостиную и кулем повалился в кресло, словно из могучего великана весь воздух спустили. Я прикрыла за нами дверь и побежала в уборную, а, вернувшись с мокрыми полотенцами, застыла на полпути. Рэнн снял рваный жилет. Его грудь, шея, плечи оказались взрыхлены глубокими кровавыми бороздами. Голова откинулась на спинку кресла в неудобном положении, волосы спутались и разметались, прилипнув ко лбу и вискам, на лице застыла гримаса измождения и муки. С медведем он, что ли, повстречался? Я почти крадучись приблизилась к мужчине и тронула влажной тканью его плечо. Мои руки дрожали и полотенце угодило прямо по ране. Я ожидала взрыва агрессии или хотя бы шипения. Ни один мускул на лице Рэнна не дрогнул. Казалось, он даже не почувствовал моего прикосновения. Осмелев, я принялась осторожно стирать кровь с мужского тела. Пришлось побегать к раковине с водой – крови оказалось слишком много. Закончив, я растерялась. Разбудить Рэнна и спросить, где взять средство для обработки ран? Или дать ему еще хоть пару минут поспать? Так и не приняв решения, взяла его ладонь в свои. Она тоже оказалась испачкана в крови. И вторая. Занялась его руками. Хотя я прекрасно понимала, что Рэнн может их спокойно вымыть под струей воды, но отказывать себе в удовольствии не стала. Хотелось еще немного посидеть с ним рядом, прикасаясь без всякого смущения. Увлекшись поглаживанием длинных пальцев с грубыми мозолистыми подушечками, не сразу обратила внимание на кровь под обломанными ногтями. Я замерла, осознавая, что подобную бурую каемку можно заполучить лишь раздирая плоть. С немым вопросом я подняла взгляд и дернулась, выпустив его ладонь из рук. Рэнн не спал. Он не сводил с меня глаз. Подозрительных, изучающих. – Ты закончила? – бесцветно спросил он. – Да. – Я с трудом поднялась с колен, только сейчас заметив, что они затекли. – Знакомая тебе шкатулка в первом ящике. – Он показал мне взглядом на свой письменный стол. Я послушно нашла шкатулку с клятвенным камнем. – Что пообещать? – Не рассказывать, в каком виде меня сегодня застала. – Клянусь. Я закрепила обещание касанием к камню и убрала шкатулку на место. – Теперь иди, – приказал Рэнн. – Завтра поговорим о том, ради чего пришла. Я кивнула, соглашаясь отложить вопросы о приеме на следующий день. Но не заботу о здоровье. – Раны нужно обработать. – Я указала подбородком на его разодранную грудь. – Не стоит. Уже сами затягиваются. И верно, раны уже не выглядели так устрашающе, как раньше. Рваные края подсохли кровяной корочкой, кое-где почти сошлись в рубцы, а мелкие царапины и вовсе исчезли. Чудеса. У Рэнна настолько высокая регенерация? – Спасибо за помощь, и спокойной ночи, – устало произнес Рэнн. И хоть тон содержал лишь вежливые нотки, намек не оставлял сомнений: меня выпроваживали. Спорить не стала. В конце концов я сделала все, что могла. Да и спать хотелось неимоверно. Молча покинула его покои и направилась к себе. В голове крутилось увиденное. Откуда у Рэнна кровь под ногтями? Представив, что он дрался с кем-то, царапая противнику лицо, я закусила губу, чтобы не засмеяться в голос. Этому великану проще рубануть разок мечом, чем сучить лапками в попытке добраться ногтями до вражеских глаз. Тогда он рвал не противника… А себя? Рэнн сам располосовал себе грудь? Чушь какая. Зачем? Не сходит же он с ума. В голову ничего путного не приходило, и я решила оставить в покое то, что меня не касалось. Пора было отдыхать. Однако несмотря на усталость, я всю ночь проворочалась в постели, постоянно просыпаясь, и поднялась с первыми лучами солнца. Сама не знаю, зачем выглянула в коридор, будто чуяла, что застану там Рэнна. – Сбежать решил? – пошутила я в спину уходящего мужчины. Рэнн обернулся и виновато посмотрел на меня. – Неужели угадала? – ахнула я. – Не то чтобы сбежать, – принялся оправдываться он. – Просто дел полно за время болезни рихтана Брэя накопилось. Много тяжб, договора о поставках овощей до сих пор не подписаны, а сейчас гонец из Южного поселка сообщил о пожаре… – Я поняла. Но ты обещал уделить мне немного времени утром. – Рэнн не должен был помогать, но все равно меня уколола иррациональная обида. – Извини, я думал ты еще спишь, а у меня каждая минута на счету. – Как видишь, не сплю. – Хорошо, – сдался Рэнн и с явной неохотой прошел в мою гостиную. – Что у тебя? Я последовала за ним и присела рядом на диван. Среди бумаг, разложенных на низком столике, нашла лист, исписанный моим мелким почерком, и протянула вместе с тонким грифелем для пометок. – Хотела показать меню для приема, чтобы уточнить, по карману ли нам, и посоветоваться на счет развлечений. Рэнн пробежал глазами список продуктов и надписал над каждой строкой примерную стоимость. – Думаю, вполне. Но я бы посоветовал тебе все же заглянуть в деньгохранилище. – Сходим вместе? – с надеждой спросила я, и после небольшой заминки Рэнн кивнул, решившись выделить мне еще немного времени. – Пойдем. Мы спустились на первый этаж. – На счет развлечений, я уже говорил, что не посещал приемы, поэтому не знаю… – Зато я знаю, Ясмидара рассказала, – перебила его. – Нам нужна музыка, фейерверки и иллюзии. – Хм. Я сегодня собираюсь в сторону храма, могу по пути заехать и договориться. – Было бы здорово! – обрадовалась я. Дело сдвинулось с мертвой точки? – Нам сюда. – Если бы не Рэнн, я бы прошла мимо неприметной деревянной двери. Обычной и ничем не выделяющейся. При касании к замку ключом она вспыхнула радужным светом и погасла, приняв меня за члена семьи. В хранилище деньги оказались разложены по мешочкам и полкам, все подписано и подсчитано. Я прикинула в уме общую сумму, и та сошлась с той, что выходила по записям рихты Орланы. Подобная скрупулезность в ведении бухгалтерии радовала. Хоть на что-то можно было положиться. – Я в праве их тратить? – спросила Рэнна и кивнула на пухлые мешочки. – Разумеется, – мой вопрос явно удивил его. – Как посчитаю нужным? – Именно. – Я собираюсь выдать премию тем, чьи идеи мне помогли составить меню. – Отличное решение, – согласился Рэнн и ободряюще коснулся моего плеча. – Не сомневаюсь, у тебя все получится. Мне пора. Я пойду. – Не боишься, что ограблю вашу сокровищницу и сбегу? Вот так просто доверяешь чужому человеку? – Не боюсь. Ты честная и чувствительная, а для грабежей требуется глухая совесть и холодное сердце. Что касается доверия, мне оно ни к чему, со дня твоего падения с лестницы к тебе приставлена охрана, так что сбежать не выйдет. – Что? Не может быть! Я никого не видела ни разу. – Не обращала внимания. – Очень даже обращала, мы с Танни специально осматривались… – осеклась я, едва не проговорившись про посещение заброшенной башни. – …чтобы в тайне заглянуть к старику Хопу, – за меня договорил Рэнн. – Так ты про него знаешь? – Вообще-то, замок – мой родной дом. Как я могу не знать, кто в нем живет? – А остальные? Они тоже знают? – Кто? Орлана, Элфин и Ясмидара? – Да. – Не исключено. – То есть все в курсе, что в заброшенной башне живет одинокий старик, который не может толком ни ходить, ни обслуживать себя, и спокойно позабыли о его существовании или делают вид, что его не существует? – ужаснулась я. – А Нире приходится тайком носить ему еду и дрожать от страха, что вот-вот окажется без работы за самоуправство. – Это она тебе сказала? – Не важно. – Важно. Я из личных средств оплачиваю ее уход за стариком. – Видимо, крайне экономно. Бедняга до моего появления ел раз в несколько дней, а про уборку в комнате и элементарную смену постельного белья и одежды давно позабыл. Рэнн, уставившись на меня, хлопал глазами. – Что? – с вызовом спросила я. – Вообще-то, столько же, сколько и за основную работу. Я присвистнула. – Не хило. Выходит, Нира наживалась на пожилом родственнике и не выполняла свои обязанности, за которые получала хорошие деньги? – Выходит, так. – Лицо Рэнна помрачнело. – И ты за все время ни разу не подумал проверить, за что платишь? Губы привычно сжались в белую кривую полосу. – Я слышала, старик долгое время работал в замке, неужели ни у кого из вашей семьи не осталось ни капли, если не тепла, то хотя бы уважения к нему? – Я тебе больше скажу, – с гадливостью выплюнул Рэнн, – Хоп не просто здесь работал, он еще и является побочным родственником Миртов. А именно: он – внебрачный дядя покойного рихтана Брэя. Пришла моя очередь хлопать глазами на Рэнна. – Тогда как…? Почему…? – вопросы, крутившиеся в голове, никак не складывались в связные предложения. – Тебя интересует, почему я не питаю горячей любви к родственнику? – ласково подсказал Рэнн. И, не дожидаясь от меня реакции, ответил: – Все просто. С детства я получал от старика Хопа лишь затрещины и брань. Он так же, как и все члены семьи давал клятву на крови о неразглашении, но при этом никто не запрещал ему вести себя со мной, как с отребьем. Похоже, беднягу задевало, что рихтан Брэй признал меня своим сыном, вопреки отсутствию кровной связи, а его собственный отец, несмотря на родство, нет. Хотя Хоп, в отличие от меня, обладает магическим даром. Слова Рэнна объяснили, откуда магия у простого замкового служащего. Как и дорогущие книги. И ненависть к рихтану, по мнению деда Хопа, не заслуживающего своего положения. – Ясно. Осуждать Рэнна, недолюбливающего вредного старика, я не собиралась. Как и членов семьи. Бедная рихта Орлана, наверняка тоже в свое время натерпелась от гадких подозрений и намеков. Даже не сомневаюсь, несправедливых. Теперь понятно, чем дед Хоп заслужил свою кару. Провидение не спускает с рук детские слезы. Удивительно, что Рэнн вообще озаботился положением старикана и выделял на него деньги. – Кстати, о деньгах. Быть может, вместо Ниры стоит нанять кого-то более ответственного? Когда мы с Танни наткнулись на старика, он больше походил на гниющую кучу мусора, чем на человека. Хоть и провинился он в прошлом, а в настоящем позволить ему помирать от голода и грязи не дело. – Поступай, как считаешь нужным. Ты же теперь хозяйка, – усмехнулся Рэнн. Будто я добивалась той власти, что на меня повесили. – Хорошо. Так и сделаю, – деловым тоном ответила я. – И еще. Вчера… – Мне пора. – оборвал меня Рэнн. Он смазанным пятном вылетел из хранилища. Мне оставалось лишь глупо пялиться на то место, где он только что стоял, и хлопать ресницами. Что? Вот так просто взял и сбежал? Без объяснений. Но почему? Разве пожар не потушен? Мне показалось, его звали разгребать последствия бедствия, а не на борьбу с огнем. Ладно, о рассадке гостей вечером спрошу. Пожав плечами, я взяла мешочек с деньгами и заперла комнату. В коридорчике, где находилась дверь в хранилище, стояла тишина, но я подозрительно осмотрелась. Рэнн говорил, что приставил ко мне обережника. Он пошутил? Вряд ли. Узнал же он откуда-то про деда Хопа. Неужели я действительно настолько невнимательная, что не заметила здоровенного мужика, следующего за мной по пятам? Холл тоже пустовал, но теперь мне за каждой колонной мерещился шпион. Или все-таки муж пошутил? Мало ли откуда Рэнну известно про мои похождения в заброшенную башню. Может, Нира выболтала. Чтобы не шарахаться от каждого шороха, я запретила себе думать про слежку. В конце концов, обережник предпочтительнее убийцы. Пусть лучше защита наблюдает за мной, чем кто-то угрожает жизни. За завтраком Элфин оказался непривычно молчалив, даже про приближение дня приема позабыл. А я-то уже приготовилась отбиваться от его нападок. Но он пялился в свою тарелку и устало потирал слипающиеся веки. – Элфин, ты чего носом клюешь? – не выдержала Ясмидара. – Тоже заболел? Как и рихта Орлана? – Не выспался, – буркнул мужчина, вяло размазывая кашу по тарелке. – Нужно было остаться в постели. – Дела есть. – Какие? Насколько я знаю, это Рэнну передались дела рихтана Брэя вместе с высоким положением. Элфин поднял голову и сфокусировал взгляд на Ясмидаре, потом перевел на меня. – Мне нужны деньги, – не в тему заявил он. Не сразу до меня дошло, что обращался он именно ко мне. Я спокойно ела, посматривала на Ясмидару и Элфина, а последний не сводил с меня глаз, пытаясь просверлить дыру. Наконец я не выдержала: – И что? – Дай, – коротко потребовал он. – Я? – Разве не у тебя ключи от деньгохранилища? – Допустим. – Значит, деньгами сейчас заведуешь ты, – в голосе мужчины появились нотки несдерживаемого раздражения. Он схватил булочку и принялся машинально крошить ее на тарелку. – То есть выдавать нам с Ясмидарой на месячные расходы входит в твои обязанности. – Вот оно что! – наконец поняла я, чего от меня требует Элфин. Деньги на карманные расходы. – Я займусь этим вопросом после приема. – Мне нужно сейчас. – Сейчас не получится, я пытаюсь организовать прием. Сам же говорил, что нельзя перед гостями опозориться. – Мне плевать. Я хочу получить свои деньги. Сегодня! Прямо сейчас! – включил капризного ребенка Элфин. – Если расскажешь, к чему подобная срочность… – Не собираюсь я перед тобой отчитываться! – взвизгнул Элфин, взмахивая руками. Булочные крошки разлетелись по столу. – Не можешь передо мной, объясни ситуацию брату… – Издеваешься? Да он меня пошлет, даже не дослушав просьбы. – Тогда подожди немного. Прием через три дня. – Сегодня же деньги должны быть у меня, – медленно, с угрозой и нажимом проговорил Элфин. – Хорошо, – сдалась я, делая невозмутимый вид и продолжая завтракать, – к ужину решу, сколько можно тебе выделить. – Что значит – сколько? Я ежемесячно получаю пятьдесят золотых! – Знаю, видела в записях рихты Орланы. Но сейчас деньги требуются на устроение приема. Я подобными вещами никогда не занималась, поэтому мне сложно прикинуть, насколько велики окажутся расходы. – Да мне плевать! Мне никогда не приходилось сокращать свои траты, и впредь я не собираюсь… – Элфин, – попыталась я угомонить разбушевавшегося мужчину и воззвать к его разуму, – не нужно скандалить преждевременно. К вечеру я узнаю, на какую сумму выйдут развлечения, и смогу определиться с суммой для тебя. – Что ты себе позволяешь? Кто ты такая, чтобы распоряжаться деньгами моего отца? – почти визжал Элфин, со звоном откидывая от себя столовые приборы. Мои доводы слушать он определенно не собирался. – Какое ты имеешь право решать сколько мне выдавать на расходы? Ты, пришлая иномирянка, только что появившаяся в замке. Почувствовала себя хозяйкой? Я вскочила со стула и сжала кулаки. – Ну знаешь ли! – Эмоции захлестнули меня, заставив позабыть о выдержке. – Как одаривать ответственностью и обязанностями, то я – член семьи, и, кроме меня, совсем некому заменить рихту, чтобы поддержать честь Миртов на должной высоте. Но стоило зайти разговору о деньгах, и я – уже никто, и не имею никакого права? Ты забываешься, Элфин, это ты – всего лишь младший брат рихтана, а я – его жена, будущая рихта! Да, я почувствовала себя хозяйкой, вы все меня вынудили это сделать. Сцепив покрепче зубы, чтобы больше ничего не наговорить и не дойти до полного разрыва с домочадцами, я вышла из столовой. За спиной послышись звон разбитой посуды и ругань Элфина. Зря я так с ним. Все-таки он выручает Рэнна, храня его секрет и выполняя магическую часть обязанностей рихтана. Однако, случись разговор заново, вряд ли смогла бы сдержаться. Вернувшись к себе, я в очередной раз погрузилась в бухгалтерию Миртов. По всему выходило, что похороны рихтана Брэя и вызов иномирянки, то есть меня, влетело рихату в копеечку. Если сейчас провести прием на широкую ногу, как того хочет Элфин, то выплачивать зарплату слугам и содержать замок окажется не на что. А еще требуется оплата лечения свекрови и карманные расходы членов семьи. И если Ясмидара, похоже, не против подождать, то с Элфином связываться опасно. Что, если он откажется тратить магические силы на подпитку земель и охранных заклятий? Я уж не говорю про замковые нужды вроде освещения и зимнего сада. Я схватилась за голову. Как потратить ничтожную сумму на множество дорогостоящих целей, да еще так, чтобы хватило на все? Впору было рвать на себе волосы. Если бы это еще решило мои проблемы! Без паники! Я же – профессиональный бухгалтер, моя специальность подразумевает способность сделать из дырки от бублика полноценное хлебобулочное изделие, а в идеале, чтобы еще и тесто на пирожки осталось. Нужно расставить приоритеты и ориентироваться в первую очередь на них. Что самое важное на сегодняшний день? Зарплата людям и необходимые ежемесячные траты до момента поступления доходов, то есть до осени. А там начнутся новые денежные вливания, и потребуется уже другой финансовый план. Пока же распределю то, что имеется в хранилище. М-да, не густо оставалось на прием и Элфина. Даже если вычеркнуть траты на последнего. – Аааааа! – заголосила я, выплескивая гнев, накопившийся за последнее время. Дверь в мои покои распахнулась от мощного пинка. В проеме застыл громила, осматривая гостиную. – Рихая Лия! – прибежала из соседней комнаты Танни, до того возившаяся с моими вещами. Девочка решила, что просто обязана стать незаменимой, поэтому с самого утра перебирала мой гардероб, сортируя на комплекты, проветривая и выглаживая незаметные глазу складки. – Ой, – пришла в себя я, виновато посматривая на перепуганную помощницу и моего телохранителя. То, что это тот самый обережник, о котором говорил Рэнн, не было сомнений. Крупный, мускулистый парень, одетый примерно так же, как и мой супруг: жилет, штаны и обувь на толстой подошве. – Забылась. Извините. Поняв, что прибежал по ложной тревоге, обережник поклонился и исчез, аккуратно прикрыв за собой дверь. – Переживаете из-за приема? – смекнула Танни, присаживаясь рядом со мной. – Немного, – призналась я, привычно пододвигая к девочке вазочку с засахаренными фруктами. – Могу я что-то сделать для вас? – с надеждой спросила она, наверное, впервые не обратив внимания на сладости. – Зови вот этих работниц с кухни. – Я пальцами пододвинула к ней по гладкому столу список с именами. – Будем награждать победительниц. Пока Танни ходила за кухарками, я выложила на столе башенки медяшек. – Рихая Лия, они здесь, – отрапортовала девочка, вводя в гостиную женщин. У двери столпились кухарки, уставившиеся в пол, но нет-нет да и поглядывающие на пирамидки из монет. Я вручила премиальные за меню, которыми воспользовалась при составлении праздничного варианта, а Монни еще и сам список блюд выдала. – Пока остаетесь на своем месте, – обронила я. – Пока? – уловила главное Монни. – Посмотрю, как справитесь с угощением для приема. – Гости всегда были довольны и едой, и ее подачей! – возмутилась главная кухарка в ответ на мои сомнения. – Меня как-то даже пытались переманить от Миртов, – сказала, а глаза забегали. Соврала? Не важно. – В этот раз тоже постарайтесь, пожалуйста, – попросила я, надеясь, что Монни поняла намек – не стоит саботировать прием и нарываться на увольнение. – Разумеется. Непременно. Все будет сделано наилучшим образом, – зачастила она, пятясь на выход и непрестанно кланяясь. Вот и ладненько. Кажется с организацией праздничного угощения я справилась. Женщины вышли. Без вознаграждения осталась только Нира, растерянно стоящая в стороне и не понимающая, для чего ее позвали, если все денежные столбики перекочевали на ее глазах в чужие карманы. – Тебе тоже полагалась премия, – обратилась я к ней, и женщина дернулась. Брови ее встали домиком в недоумении. – Но я тут узнала, что ты получала от рихтана Рэна солидную плату за заботу о старике Хопе. Однако условия проживания несчастного деда совсем не соответствовали деньгам, полученным тобой. Ты так не считаешь? Глаза Ниры испуганно вытаращились, а губы мелко задрожали. Женщина бухнулась на колени. – Не права. Виновата. Заслуживаю наказания. Пощадите! – в голос завыла она. – Только не плети, пожалуйста! Все верну. Я не специально, так получилось. – Объяснись, – потребовала я. – Простите, – всхлипывала она. – Я знаю, что должна была лучше заботиться о старике. Но он и раньше славился склочным характером, а уж как с катушек съехал, и вовсе озверел. Не пускал меня в комнату даже на шажок. Еду я ему приносила к двери, оставляла, постучав, а когда приходила в следующий раз с новой порцией, то забирала прежнюю посуду. По-другому не получалось. Я один раз сунулась к нему самовольно, хотела прибраться, вонища стояла невыносимая, вот и не утерпела, так он мне чуть голову не расшиб кувшином. Больше не рисковала. – Ее рассказ походил на правду. Дед Хоп и в самом деле вел себя иной раз неадекватно и агрессивно. Но мне показалось, что дело в недоедании и полном отсутствии общения. – А кормила почему так скудно? – задала я Нире более всего волнующий меня вопрос. – Не скудно, – возразила она. – Отнюдь не скудно. Сколько сама бы съела за двое суток, столько и приносила. Согласна, дед действительно отличался прожорливостью. Видимо, той порции, что оставляла Нира, ему не хватало. Как-никак высоченный мужчина. В молодости, наверное, как и Рэнн гигантом был, а с возрастом усох, да еще и питался скромно. – А зачем таилась, если Рэнн сам поручил ухаживать за стариком? – Так не Рэнн заведует слугами, а рихта Орлана. Она деда Хопа, ох, как всегда не любила. Узнай хозяйка, вряд ли обрадовалась бы, что без ее одобрения старик обосновался в заброшенной башне. Поведение, основанное на домыслах. Хотя… кто знает, как на самом деле было бы, окажись хлопоты о старике на виду. – Я поговорю с дедом Хопом, чтобы пускал к себе прибираться, а ты приноси еду три раза в день, и не забывай о сменном белье и чистой одежде, – после длительного раздумья решила я не переделывать пока ничего в прежнем укладе замка. Нира рассыпалась в благодарностях, счастливая, что избежала наказания и увольнения. Еле выпроводили ее из покоев. Засобирались и мы с Танни. После обеда я хотела навестить деда Хопа. Обещанное обучение магии не давало мне покоя. Неужели я вправду смогу колдовать? Или старик хитрил? А может, просто бредил? Была не была, пока не попробую, не узнаю. Конец первой части