Глава 10

Дмитрий

— Маруся, девочка моя! Рад слышать, — в горле пересыхает, когда подумаю, что сейчас увижу эту малышку. На горизонте появляется резиденция Фрола, и я жму на кнопку, добавляя скорости вертолёту. — Скоро буду у вас. Тебе отец разве не сказал, что я к нему прилечу?

— Не видела сегодня родителей, — голос Маруси пробивает до нервных окончаний по всему телу. — У отца совещание в спортивном комитете, и он засел в своём кабинете с раннего утра.

— А Марго?

— Мама забавляется с новой игрушкой. Так что ещё даже не выходила из спальни.

— Если бы я не знал твою маму, подумал бы, что она чересчур откровенна со своими детьми, — смеюсь, мысленно обнимая Марусю и предвкушая нашу встречу.

Меня очень даже устраивает, что мы сможем поговорить наедине, если Марусины сёстры, конечно, дадут. Потому и лечу с утра намного раньше оговоренного времени.

Руслан меня удивил, три года назад бортанув Марусю. Я уже хотел подхватить её, после своего очередного развода, но Фрол быстро определил старшую дочь в закрытый университет в Поднебесной. С расстройства я так нажрался, что проснулся с утра в постели с Донателлой. Ведущая шоу про диких животных уже полгода подбивала ко мне клинья. Мы познакомились, когда Фрол отправил меня давать ей интервью о нашем Благотворительном фонде по защите зверюшек.

Пьяная ночь стоила мне лишения мужской свободы, в связи с залётом Донателлы. Но, как жена и мать, она оказалась никакая. К возвращению Маруси, я освободился от уз брака, отсудив сына у непутёвой мамаши. Донателла рассказала всему миру какой я тиран, вызвав ажиотаж у охотниц за большим капиталом, и улетела в Арктику спасать белых медведей. Про её любовника, исследователя тех краёв, я уже был наслышан.

— У меня для тебя тоже есть подарок, — с придыханием говорит Маруся. — Так что лети скорее.

— Мне нужно с тобой серьёзно поговорить, солнце.

— Мне тоже, — усмехается Маруся. — Я слышала, ты расстался с третьей жёнушкой. О, похоже, я тебя вижу.

— Скоро пойду на посадку.

— Звучит многообещающе! Бегу встречать.

От слов Маруси у меня всё переворачивается внутри.

— Можешь выйти одна?

— Ну… Ну, хорошо, — Маруся наверняка покраснела. Румянец ей к лицу.

Я всегда относился к ней, как к королевской особе, но вот Руслан своими выходками частенько заставлял её щёчки розоветь. Чаще от гнева.

— Спасибо, — бросаю взгляд на корзину свежайших ранункулюсов, привезённых сегодня под заказ. Крупные головки бутонов с розовыми и рыжими лепестками подрагивают от лёгкой вибрации вертолёта. Внешне цветы напоминают пион или розу, только без шипов. Если Маруся любит цветы также, как её мать, то оценит.

К этой встрече я готовился долго. Фрол часто сетовал, что Маруся так и не простила Руслана. Нужно брать девчонку тёпленькой, пока он снова не пустил корни в её сердце. Вчера он, конечно, превзошёл себя. Наша служба безопасности с вечера ходуном ходит, разыскивая тех странных баб.

Думаю, этот случай не добавил романтики во встречу Руслана и Маруси. Он не особо со мной откровенничает на тему их отношений. Осторожничает, хотя как соперника рассматривает лишь в шутку.

Руслан всю жизнь скакал по чужим постелям, а я искренне любил только эту девочку. Может поэтому три моих брака потерпели крушение. Маруся особенная. Леди во всём, как её мать, и харизматична до невозможности, как её отец.

Вертолёт зависает над посадочной площадкой и начинает спуск.

Нас с Марусей разделяет двадцать пять лет, но, в отличии от Руслана с Фролом, я не оброс бородой, как чёрт ватой, и не считаю зазорным пользовать все чудеса лазерной косметологии. Больше тридцати лет мне никто не даёт. Руслан прикалывается надо мной, но хорошо смеётся тот, кто смеётся последним.

Маруся! Она стоит на вертолётной площадке, задрав голову, в джинсовых шортиках и алом топике. Её тёмные волосы развиваются на ветру, нагоняемому лопастями вертолёта. Небеса, как же девочка расцвела!

Выпрыгиваю из кабины, сжимая вспотевшими от волнения ладонями корзину цветов и бегу к Марусе с улыбкой от уха до уха.

— Привет, родная, — роняю корзину, подхватываю Марусю и кружу с ней по поляне. — Как же я скучал по тебе.

Маруся хохочет, болтая ногами и обнимает меня, когда я возвращаю её на землю. Целую разрумянившееся щёки и, взяв худенькое лицо в ладони, впервые в жизни прижимаюсь к Марусиным губам. В серо-голубых глазах нарастает растерянность. Сдадим немного назад. Я отпускаю Марусю, хватаю корзину с цветами и вручаю ей.

— Для самой прекрасной девушки!

* * *

Маруся

— Спасибо, Дим! — я стою, обнимая корзину, с сотней нежнейших бутонов, и с изумлением смотрю на друга отца. — Мне давно никто не дарил цветов… Ты совсем не меняешься…

— Зато ты всё прекрасней с каждым днём, — в его синих глазах прыгают озорные бесенята.

— Серьёзно, — зарываюсь носом в душистые лепестки, смущённая Диминым напором. — Я только сейчас поняла, что ты такой же, как и много лет назад.

— Маруськин, у меня до встречи с твоим отцом ещё уйма времени! Давай сбежим? — Дима поправляет растрепавшиеся тёмные вихры. Их тоже не стало меньше.

— Куда?

Дима хватает меня за руку:

— К облакам! Ты мне веришь?

— Не было повода не доверять…

— Тогда бежим!

— Бежим! — пожимаю я плечами. — Только персонайзер из дома возьму.

— Забей!

С Димой нас связывает нежная дружба, и я не вижу ничего зазорного в нашей прогулке. Заодно узнаю, что он вообще думает про Мэл. Надеюсь, она ещё не материт меня папиным трёхэтажным. Сёстры сейчас наблюдают за нами из мансарды. С Димой всегда всё просто. Не припомню, чтобы я хоть когда-нибудь на него обижалась.

Мы с Димой забираемся в кабину вертолёта, и я ощущаю давно забытое волнение. Но мне кажется, сердце моё забилось сильнее не только от предвкушения полёта. Впервые, вернувшись домой, мне не нужно думать ни о чём. Дима надевает наушники и жмёт кнопку «старт».

— Погнали, малыш! — подмигивает он, и лицо его озаряет улыбка, лишившая сна многих сестрёнок и племянниц папиных футболистов. Но, в отличии от Руслана, Дмитрий не падок на женщин. Ни разу не видела, чтобы он с кем-то из них флиртовал. Женился, правда, со всей ответственностью. Выверяя каждый пункт брачного контракта, написанного Русланом, нашим бессменным юристом. Первая жена Дмитрия работала руководителем в нефтяной компании. Красивая, породистая, как племенная лошадь, девица, мне не понравилась с первого взгляда. С Диминых слов, они разошлись, потому что редко встречались. Вторая его жена до сих пор звезда мыльных опер. Думаю, они расстались по той же причине.

— Да я уже не малыш, — я провожаю взглядом наши с Русланом удаляющиеся дома. — Малыш, я слышала, у тебя дома в люльке спит.

— Да, один его ращу, — вздыхает Дмитрий и хитро смотрит на меня. — а хочешь я тебя с ним познакомлю?

— Сейчас? — удивляюсь я. — А как же встреча с отцом?

— Да она у нас после обеда, — Дмитрий надевает солнечные очки. — Времени вагон! Летим в мою резиденцию на залив?

— У меня тоже вагон, — оказывается я отлично помню Димин парфюм. Такой же лёгкий, как он сам. — Летим.

* * *

Фрол

Чудо свершилось! Это бесконечно длинное совещание Совета футбольной федерации закончилось. Пилили бюджет на вторую половину года, и чуть глотки не сорвали наши спорщики. У меня в команде полный набор, все контракты рабочие, мог бы вообще отключить звук, но нужно держать руку на пульсе.

Вроде я слышал вертолёт. Кощеюшка наш что ли мощи свои неувядающие раньше оговоренного срока притащил. Задуваю свечу под чайником и выливаю остатки чая в кружку. Отпиваю глоток, закрыв глаза, наслаждаюсь тишиной. Вдыхаю аромат китайского улуна. Доченька, зная мою слабость к этому напитку, привезла мне отборные сорта чая. Из коридора доносятся девчачьи крики, топот ног по ступенькам. Что опять за сопли, слёзы? Рай в доме в момент может превратиться в адищу.

Выхожу из кабинета и одновременно из спальни выплывает Марго в розовых брючках и белой майке. Королева моя хороша во что ни одень. Мы с ней дивно пошалили сегодня ночью в королевском замке. На мгновение забываю обо всём, но вдобавок к девчачьим разборкам, переместившимся на первый этаж, хлопает входная дверь, и раздаётся гневный голос Руслана:

— Фрол где?

— Работает! — у Мэлани слёзы в голосе. — Ты лучше спроси, где твоя Маруся!

Еся, Варя, Ксюша поддакивают ей.

— Ты в курсе что за кипиш? — подхожу к Марго и, приобняв, касаюсь зацелованных ночью до одури губ.

— Нет. Пойдём глянем, — она кладёт мне руку на талию, и мы спускаемся по лестнице в гостиную.

Зарёванную Мэл в последний раз я видел лет пять назад. Лица Вари и Еси зарозовели от негодования, Ксюха бросается к нам с Марго с докладом:

— Дядя Дима Марусю увёз! — синие глаза её округляются. — Он ей вот такую корзину цветов приволок.

Я смотрю на Руслана, сбрившего бороду непонятно с чего, зарёванную дочь, и мой умница финансист никак не вяжется с этим утром.

— Ничего не понял, — трясу головой. — Я ждал Дмитрия после обеда, он прилетел и увёз Марусю?

— Да, — хором кричат Еся с Варей.

— Да, — топает ногой Мэл.

Мы с Русланом переглядываемся.

— Пойдём поговорим во двор, — киваю я ему.

— Солнышко, почему ты плачешь? — распахнув объятья спешит Марго к Мэл.

— Спокойно, котятки, — я прохожу мимо дочерей и каждую дарю поцелуем. Глажу по плечу Мэл, рыдающую в объятьях Марго. — Меланьюшка, папа всё решит.

Выходим с Русланом на крыльцо и сталкиваемся с Егором. Он в недоумении разводит руками:

— Волконский прилетел. Маруся встречать его одна вышла. Цветы, поцелуи, я думал в дом сейчас пойдут, а они побежали к вертолёту и улетели.

— Нормально девки пляшут! — поворачиваюсь к Руслану. — А ты где был? На депиляции? Что за дурдом на выезде?

Он, красный как рак, надувает щёки. Достаю персонайзер и звоню Марусе. Из дома выходит Анна и протягивает мне дочкин аппарат.

— Понятно, что ничего непонятно, — киваю Анне с Егором и спускаюсь с крыльца.

Руслан догоняет меня и набирает Димона. Тишина.

— Что, Волчок, умыкнули твою царевну? — хмыкаю я и достаю горстку фисташек из кармана спортивных штанов. — Добегался по полям, по лугам?

— Я убью его! — рычит Руслан и бросается к углу дома.

— Притормози контракт на поставку бананов из Эквадора, — кричу ему вслед и иду в сторону бань.

На завалинке сидит Лёха-парщик, и режется в шашки с женой Алёной, бессменной нашей массажисткой. Завидев меня, Лёха подскакивает и вытягивается по стойке смирно:

— Попариться решили, Фрол Матвеевич?

— Сидите, загорайте, — подмигиваю им. — Я в бассейн. Что-то утро жаркое выдалось.

* * *

Маруся

— Как я давно не была на заливе! — любуюсь водной гладью, расстилающейся под нами.

— Я недавно переехал в новый дом на берегу. Видишь вон там, — Дмитрий указывает на приближающуюся точку. — Всегда хотел жить у моря.

— Здесь красивые места. Не знаю, почему отец не поселился тоже поближе к заливу.

Дмитрий сажает вертолёт и помогает мне выбраться с корзиной благоухающих цветов на землю.

— Какой потрясный дом! Он словно соткан из воздуха, — я с восхищеньем любуюсь трёхэтажным особняком с панорамными стёклами.

Я люблю отчий дом, но отец с Русланом выстроили поместье в стиле русской деревни. Деревянные срубы, печные трубы, черепица, а здесь царит сегодняшний день. Это больше в моём вкусе.

— Ты ведь ни разу не была у меня в гостях! — Дмитрий берёт меня под руку.

— Так ты особо и не приглашал, — мы проходим мимо бассейна с лазурной водой.

— Мала ты совсем была для гостей, — Дмитрий нажимает код на панели возле дверей, и они бесшумно разъезжаются в разные стороны. — Прошу вас, Принцесса.

— А сейчас, стало быть, взрослая? — внутри дома Дмитрия тоже никаких нагромождений антиквариата и оленьих рогов на стене. Человек и за собой следит и за веяньями современной моды. Стекло, металл и бело-голубые тона в интерьере меня завораживают.

Дима провожает меня к дивану и усаживает в мягкие подушки.

— Шампанского за встречу? — игнорирует он мой вопрос.

— Ты же обещал познакомить меня с сыном.

Дмитрий смотрит на часы и достаёт из встроенного в стену стеллажа два бокала.

— Он сейчас гуляет с няней, — исчезает в дверях и вскоре возвращается в комнату с запотевшей бутылкой.

Садится рядом со мной, с лёгким хлопком открывает шампанское и разливает по бокалам. Подаёт мне мой и улыбается:

— С возвращением, малышка!

Соприкасаемся стеклянными боками фужеров, и я отпиваю пару глотков:

— Вкусное!

— А давай на брудершафт? — подмигивает мне Дмитрий. — И до дна. Чтобы от души!

Мы скрещиваем руки и опустошаем бокалы. Дмитрий подсаживается ко мне ближе и привлекает к себе. Его губы второй раз за день приникают к моим губам. Объятья становятся крепче.

— Отпусти, — упираюсь я руками в его грудь. — Что ты делаешь?

— Маруся, я люблю тебя, — Дмитрий неохотно отпускает меня.

— Что? — рассеянно спрашиваю я. Голова кружится от выпитого.

— Я тебя люблю, — повторяет он.

— Ты же знаешь, что у меня есть Руслан, — отодвигаюсь я от Дмитрия.

— Который всю жизнь гулял от тебя? — усмехается он.

— Ну, знаешь, ты тоже не девственник! К тому же я была ребёнком. Не жить же ему монахом.

— Да ты знаешь сколько у него было баб? — потрясает Дмитрий руками.

— Знаю, — поднимаюсь с дивана. — Но я всегда выбирала Руслана.

— Сядь, пожалуйста!

Я продолжаю стоять. Вот попала, так попала.

— Сядь, пожалуйста. Я тебя не съем. Давай просто поговорим.

Я смотрю сквозь кристально чистые стёкла на небо. В нашу сторону летит вертолёт. Отчего-то я почти на сто процентов уверена, что знаю кто там сидит за пультом управления.