26

Темные стены подсвечивались неоновым фиолетом. Дым от кальяна делал воздух плотным и мутным, он резал глаза и стягивал горло как проволока. Но мне было похуй на раздражающую атмосферу, я был даже рад, что могу скрывать за ней пустоту своего взгляда.

Рыжая стрипушка вертела жопой уже пятнадцать минут и вся ее одежда валялась на невысоком подиуме у противоположной стены. На ней остались лишь тонкие черные стринги и свет неона.

Но я ее не хотел.

Стук доннышка бутылки привлек внимание: Никита поставил водку на стол, предварительно разлив по стопкам.

— Давай, брат. — Поднял свою тару и отсалютовал, устало глядя в мой равнодушный ебальник. — Все нормальные бабы — суки. За них!

Никита выпил, морщась от горечи, и потянулся к нарезке. А я как гребаный наркоман под дозой залип, вникая в его фразу. Хрень полная, но сейчас мне казалось, она не лишена смысла.

Ника казалась мне нормальной? Да. А оказалась сукой? Да. В грудине кольнуло и я влил в себя очередную стопку. Горло уже не протестовало да и вкуса водки не чувствовал, поэтому закусывать не стал. Да мне и не дали бы, потому что на плечи опустились чьи-то руки и я ощутил как в нос ударил резкий запах чего-то сладкого. Стриптизерша скользнула руками по моим плечам, ниже и склонилась к уху.

— Скучаешь?

И не дожидаясь ответа обошла кресло и встала передо мной, медленно извиваясь под музыку. Кожа, смазанная блестками бликовала, стройное тело плавно двигалось, а я продолжал равнодушно взирать в лицо рыжей снизу вверх.

Сбоку донесся мужской голос, и я заметил подошедшего к брату охранника, который что-то сообщал ему с серьезным видом.

Подбородка коснулись пальцы с длинными когтями и Лида, кажется так ее звали, заставила на нее смотреть, повернув мою голову прямо.

— Я это исправлю… — Чтобы это произнести, она наклонилась, не заморачиваясь что голая грудь оказалась у моего лица. На это и был расчет, но мне почему-то захотелось отпрянуть. Потому что слишком хорошо помнил другую охренительно сочную грудь, которую успел изучить в первую нашу ночь с Никой.

Сука.

Член отозвался некстати, когда Лида развернулась ко мне спиной и медленно скатилась между ног к полу. Ощутила бугор и чуть приподняла бедра, будто насаживаясь на него.

Ты не кончил, Стас…

Обеспокоенный голос взорвал мозг, и я стиснул подлокотники до побелевших костяшек, подавляя внезапный порыв сбросить с себя голое тело танцовщицы.

Сука, как изгнать ее из башки?

Лида продолжала медленно извиваться, терлась о мое напряженное тело, а я пытался усмирить бурю внутри. И даже две литрухи водки не помогли унять эту тупую ноющую боль в районе сердца.

— Хочешь, помогу забыть о ней? — Машинально поднял глаза, ловя лукавый взгляд Лиды. Она не была в курсе ситуации, произнося явно шаблонные фразы, но сама того не ведая попала точно в цель.

— Не сможешь.

Прозвучало как вызов, и стрипушка оседлала мои колени, приняв равнодушие за неуверенность.

— Дай попробовать. — Качнула бедрами, дерзко глядя в глаза и я ощутил касание к пряжке ремня.

Да, Никита, да…

С силой заставил себя не протестовать, откинулся на спинку кресла, разваливаясь удобнее.

Рыжие пряди скользили по плечам и голой груди стрипушки, скрывая соски, и Лида уверенным движением расстегнула ширинку и я приподнял бедра, позволяя ей приспустить мои джинсы.

Да, Никита, да…

Злость от воспоминаний текла по венам, и я не сразу сообразил, что Лида уже подцепила резинку моих боксеров и начала оттягивать, нетерпеливо облизывая губы.

Вспомнил о Никиче и перевел взгляд в его сторону, но кресло опустело, видимо он еще тогда скрылся вместе с охранником. Значит, мы тут вдвоем.

— Час пятёрка, с окончанием внутрь двойная оплата. Минет как особому гостю бесплатно… — Она горящим взглядом сканировала мой стояк, а я с трудом соображал, о чем она. Потому что в мозгу как красная тряпка для быка звучала фраза.

Ты напомнил мне одного человека. При свете в баре, сходство не так заметно, но потом, в темноте я поразилась, как ты на него похож.

Сука, она еще в первую встречу говорила об этом, а я как последний еблан не додумался сразу.

Ты явно не влюблялся ни разу. До такой степени, чтобы себя не узнавать. С ума сходить от желания хотя бы рядом с этим человеком постоять, чтобы заметил.

Блядь, Ника заткнись!

— Больно! — Удивленный восклик заставил очнуться, и я непонимающе моргнул, заметив, что безотчетно намотал на кулак рыжие пряди стрипушки и отвел от стояка ее голову так и не позволив приступить.

— Уходи. — Разжал руку и Лида как ошпаренная подскочила и скрылась за дверью служебного помещения, а я устало вздохнул, проведя языком по разбитой губе, и прикрыл глаза.

Поднялся, приводя одежду в порядок, и подцепив сотовый, зашагал прочь из випки.

Это никогда не прекратится. Значит, надо учиться с этим жить.