49

Заметил, что мои слова её удивили, но намеренно решил открыть ей все карты. Ни к чему скрывать свои планы. Она недвусмысленно дала мне понять, что не подпустит к себе. А я вдруг решил пойти на поводу у совести и перестать покорять неприступную крепость.

— Уедешь? — Удивленный взгляд как выстрел вышиб из легких воздух. Умеет же она вот так смотреть. Словно душу вынимает. — Надолго?

Коснулась края моей футболки, в которой судя по всему ходила весь день и машинально скомкала. Делает так, когда нервничает?

— На всю ночь. Вернусь завтра после восемнадцати. — Ответил, и как будто сам же вбил себе в грудак осиновый кол, настолько резанул по нервам ее грустный взгляд.

Ника опустила глаза и, отвернувшись, прошла к умывальнику. Видел, что ее плечи напряжены, видел, что хотела что-то еще сказать, но закусила губу и промолчала. И хотелось подколоть ее: а ты не этого хотела? Не об этом просила вчера? Разве не проще нам спать порознь? Но промолчал.

Хотя слишком хорошо помнил, как проснулся рядом с податливым теплым женским телом, скрытым лишь тонкой тканью моей футболки. Ника спала, тесно прижавшись ко мне, и я на минуту залип, боясь пошевелиться. Рассматривал её тонкие черты лица: высокие скулы, изящный нос, пухлые губы, глаза под сенью черных ресниц. Она даже без косметики красива. Не понятно зачем вообще красится. Красилась. Сейчас-то нечем.

Эта мысль отрезвила, и я прекратил ебланить у входа и прошел в комнату, замирая на пороге.

— А где вещи? — Тут, как и в кухне было заметно чище: пол все еще поблескивал влагой, слой пыли укрывавший мебель куда-то исчез, кровать была аккуратно застелена.

— В шкаф убрала. — Равнодушный тон с нотками обиды заставил нахмуриться.

Прошел к шкафу и открыл створку, окидывая взглядом ровные стопки вещей. Все сложила. Ну надо же. У девушек это что в крови наводить уют там, где они появляются?

Достал с полки джинсы и футболку поло. Бросил на кровать и начал расстегивать пуговицы камуфляжа. Ника прошла в комнату и включила телек. Забралась в кресло с ногами и отвернулась. Сбросил китель, стянул футболку, взялся за ширинку.

— Саныч Стешку отпускает по вечерам, так что не разгуливай по ограде в это время.

Повернулась в мою сторону и тут же отвела взгляд.

— Разберусь. — Обиженно буркнула и вдруг рывком поднялась с кресла и вылетела на кухню.

Продолжил переодеваться и свешав форму в шкаф натянул джинсы и футболку. Закончил собираться и вспомнил, что в сумке были презервативы в боковом кармане. Достал ее но их там не оказалось. Куда она их дела?

На кухне Ники не было, и я накинул кожану и вышел в коридор, думая что она в кладовке, но и там пусто.

Ника стояла на крыльце и раскуривала сигу, дрожащими пальцами прикрывая огонек спички.

— Ник, в сумке лежали презервативы, куда ты…

— В шкафу. — Огрызнулась даже не глядя в мою сторону. Огонек погас, так и не затронув тонкой бумаги. Ника выругалась. Чиркнула спичкой снова.

— В этом доме не курят. — Выдернул сигу из пухлых губ и сломал, глядя как лицо Ники наливается злостью. Хуй знает, зачем ляпнул про это, но до одури не хотелось, чтобы она курила эту дрянь. — Бросай.

— Ты…! — С тоской глянула на валяющийся у крыльца обломок сигареты и подняла на меня сердитый взгляд. — Да как ты вообще…

Развернулся и оставив разъяренную девушку на крыльце двинулся в дом, слыша за спиной чеканные шаги. Она готова была меня убить, и мне не следовало отбирать у нее сигу, но черт…

Я пьянел от ударившего в кровь адреналина, когда увидел как задел ее. Сердце сорвалось, пульс ударил в глотке, а потом начал спускаться ниже. Гораздо ниже грудной клетки. Прямиком к паху.

Подошел к шкафу и открыл, задумчиво изучая содержимое полок. Ощутил как на плечо легла ладошка, и Ника дернула меня разворачивая к себе.

— Мне нужны сигареты!