41

Арина

Да, у меня было мало опыта в том, что касается любви и ухаживаний, но даже я понимала, что происходит нечто странное. Если бы Александр Андреевич просто ухаживал за мной — это одно. Цветочки, конфетки, намёки всякие, как у Кирилла… Хотя я даже во сне не смогу представить Бесова на месте Кирилла — они всё-таки совсем разные люди, да и мой научрук производил впечатление человека, который понимает слово «нет». Однако так и правда было бы яснее, потому что стандартно, а стандартное всегда проще. Сейчас же я совсем не понимала, как охарактеризовать происходящее. Знала только одно: так нельзя.

Поэтому, дождавшись, когда Александр Андреевич отъедет от своего дома, я, как мне казалось, твёрдо объявила:

— Александр Андреевич, не привозите меня больше к вам в гости.

Бесов чуть повернул голову в мою сторону.

— Почему?

— Вы же сами видите: Аня начинает ко мне привыкать, — я устало вздохнула. — А я выпущусь через два месяца и уеду из города. Незачем ей прикипать ко мне, чтобы потом скучать.

— А я-то думал, вы останетесь. Почти все общажники в итоге остаются здесь работать. Почему вы решили уехать? Вы же не целевик?

— Нет, но у меня сестра. Хочу быть поближе к ней. Пока я зарабатываю только репетиторством, но после диплома смогу найти работу получше.

— Но по специальности ли? В городе работу вам будет найти на порядок легче.

— Вам ли не знать, что семья — не всегда легко! — огрызнулась я.

— Простите, — неожиданно донеслось со стороны водительского сиденья. — Я не хотел лезть вам в душу.

Мы немного помолчали.

— Александр Андреевич, — решилась я, — ответьте, пожалуйста, на один вопрос.

— Гарантировать не могу, но постараюсь.

Я нервно сглотнула. Так-с, Арина, соберись, сейчас будет самое сложное. Но спросить всё-таки необходимо! Да и не съест Бесов меня — сыт уже.

— Зачем вы возитесь с обычной студенткой? Покупаете продукты, возите к себе домой… — Я всем корпусом развернулась к нему, стараясь поймать выражение его глаз, но Александр Андреевич смотрел вперёд, на дорогу. — У вас ведь сложное отношение к женщинам, и это не удивительно, если учесть вашу бывшую жену. Может, вы переживаете за меня после обморока? Но я уже вполне оправилась.

— Отчасти вы правы, — невесело усмехнулся Бесов. — Я действительно испугался, когда вы упали прямо в лаборатории. Но даже с учётом этого подобная забота мне не свойственна. И всё же… ваша судьба мне не безразлична — только не спрашивайте почему — я сам этого не знаю.

Я настолько впечатлилась ответом, что разом растеряла всю оставшуюся смелость. Да и, что сказать, я понятия не имела, слова не находились. Правда, я и не особенно их искала. Просто сидела на месте и, опустив глаза, смотрела на свои руки, лежавшие на коленях. На Бесова я больше смотреть не могла — стеснялась.

До самого студгородка мы молчали. А затем, когда машина остановилась, Александр Андреевич повернулся ко мне и очень нежно провёл ладонью по моей многострадальной щеке. Я моментально подняла голову и посмотрела на него, даже не пытаясь отстраниться.

— Отловить бы ту сволочь, что с тобой такое сделала… — Ощущение его пальцев, поглаживающих мою кожу, почти выключило меня из реальности, но я всё же нашла силы пошутить:

— Не волнуйтесь, его моя соседка отловила, — и, резко выдохнув, не удержалась и потёрлась о его ладонь щекой. Синяк тут же напомнил о себе ноющей болью, но это было неважно.

А вот Бесов сразу убрал руку и резко откинулся на сиденье.

— Черт возьми, Арина! Давайте сейчас остановимся. Вас ждёт домашняя работа вашей соседки, а меня — Аня.

— Простите, пожалуйста, — от смущения я зажмурилась.

— Не просите прощения за то, что нам обоим понравилось. — Это было настолько неожиданно услышать, что мои глаза распахнулись сами собой. — Но у нас с вами есть обязанности, о которых следует помнить. Пора по домам.

Сердце просило оттянуть момент расставания хотя бы на пять минуточек, хотелось снова почувствовать ладонь Александра Андреевича на своей щеке… Или его губы… Но умом я понимала правоту Бесова, поэтому просто кивнула ему на прощание, не доверяя своему голосу, и вышла из машины.