Глава 36

Но здесь не получается обойтись объятиями. Здесь мы одни, и потом, сама обстановка подталкивает! Поэтому все ожидаемо переходит в поцелуй. Вот только сам поцелуй такой, что и представить нельзя… не то чтобы ожидать…

Наши губы друг друга едва касаются. Бережно. Осторожно. Словно боятся обжечь. А ладони Руслана, которыми он обхватывает мое лицо, трепетней летнего ветерка. Из-за этого каждая клеточка тела наполняется какой-то томительной нежностью. Кажется, я понимаю, почему мороженое тает на солнышке. Оно в него просто влюбляется и не может сдержаться. Как я.

Сердце стучит по ребрам, ноги становятся ватными, глаза обессиленно закрываются, и я полностью отдаюсь ощущениям.

Тепло.

Горячо.

Жарко.

Как в пекле.

И самое страшное, что из него не хочется вырываться.

Я слышу, как неровно дышит Руслан. Улавливаю, как слегка дрожат его пальцы, которыми он держит меня. Он будто боится все испортить. Спугнуть. Упустить.

Наше дыхание смешивается, и я уже не уверена, что захочу дышать по-другому. Только с ним – одним воздухом на двоих. Только так – губы в губы. И под тамтамы наших сердец.

Пальцы Руслана медленно скользят по моим волосам. Едва касаются шеи, отчего по всему телу рассыпается мелкая дрожь. Мои губы приоткрываются, подпуская его еще ближе к себе. Впуская его.

Но он осторожничает. Лишь изредка водит по ним языком. Словно пробует. Словно спрашивает разрешения.

Когда рядом была кровать, а не душевая и раковина, он был гораздо уверенней…

Я делаю еще один шаг. Практически вжимаюсь в него. Помню, как это срабатывает. Правда, на мне. А с ним?

Резкий выдох.

Грудная клетка – ходит ходуном под моими ладонями.

Он обрывает поцелуй, чтобы заглянуть мне в глаза. Будто хочет убедиться, что я все еще здесь. С ним. Что я больше никуда не бегу.

Его палец нежно очерчивает мои губы – и я замираю.

Он словно подготавливает к тому, что произойдет за секунду. И правильно. Мне нужен был этот вдох. Маленькая передышка.

Потому что потом – он не просто лишает меня дыхания. Он снова касается моих губ – и я понимаю, что все. Границы моего привычного мира размыты. Их нет.

Остается только жар его губ. Его жадные руки. И дрожь, которая накрывает обоих.

Я чувствую, как он прижимает меня к себе крепче – не резко, не жадно, но так, чтобы я больше не сомневалась, что он никуда и ни за что меня не отпустит.

Его губы становятся чуть смелее, но все равно осторожны. Не знаю, откуда у него столько силы. А я не выдерживаю.

Приподнимаюсь на носочки, и сама вжимаюсь в него сильнее. Обвиваю руками его шею. Запускаю пальцы в его волосы.

Хочу его ближе.

Еще ближе.

Еще…

Он стонет. Глухо, сдержанно – прямо в мой рот. А потом неожиданно отстраняется. Не резко – с усилием. Словно сам себе не позволяет большего. Ну ладно – себе. Но я здесь при чем? Мне-то можно еще немного расслабиться, у меня стресс, между прочим.

– Это все, что ли? – сдаю себя с потрохами, когда понимаю, что он и не думает продолжать.

Он улыбается.

Склоняется своей улыбкой к моим губам, искушая их приоткрыться. И обдает теплым шепотом:

– Отдышись пока.

И, наверное, чтобы мне дышалось свободней в небольшом пространстве, уходит.

Через пару секунд возвращается.

– Ну наконец-то!

С улыбкой вручает мне новое полотенце.

И снова уходит.

Эм… Ладно, помою руки опять. Заодно отдышусь.

Я разворачиваюсь к зеркалу. Смотрю на свое пылающее лицо и понимаю, что еще раз умыться тоже лишним не будет.

Когда я выхожу из ванной, слышу, как Руслан передвигается на кухне. Шаги знакомые – тяжелые, размеренные. Все еще немного прихрамывает. Но каждый его шаг – как доза успокоительного для меня.

Я заглядываю – и удивленно качаю головой. Руслан у плиты. В простых домашних штанах, в черной футболке. Кажется, что его татуировка на кисти движется, когда он переворачивает мясо на сковороде.

– Ты ела? – спрашивает, не оборачиваясь.

Тоже услышал мои шаги или почувствовал, что я смотрю на него? Я думаю на второе – и отчего-то смущаюсь. Становится жарко в груди. Ну хотя бы щеки в порядке, а то умываться мне уже надоело.

– Не смогла, – признаюсь.

Мой голос звучит тише, чем я бы хотела. Просто не так-то это легко – обживаться в новой реальности. В той, где я не врываюсь к нему. И где он не просто зовет меня погостить или обсудить проект дома. А ждет, что я здесь останусь.

Руслан коротко кивает на стулья:

– Тогда располагайся, я скоро.

Я сажусь у окна. Вид на город отсюда безумно красивый – слева сверкает река, над ней мост. Вечером зажгутся огни.

Но я недолго любуюсь. Куда интересней мне смотреть на Руслана. Он двигается уверенно, спокойно, будто готовил тысячу раз. Мне нравится наблюдать за ним. Нравится его ощущать. Его присутствие в нескольких шагах от меня будто бы вплетается в воздух – и делает его слаще.

– Помочь? – спрашиваю, когда он оборачивается, чтобы взглянуть на меня.

Он смотрит долго. Так, что внутри что-то снова сжимается.

– Да. Побудь рядом.

Он говорит это так просто. И так… в самое сердце.

Я подхожу ближе. Чуть ближе, чем нужно. Становлюсь рядом. Чувствую тепло, исходящее от него. И слышу – он тоже чуть затаил дыхание. От этого по телу растекается дрожь.

Руслан возвращается к готовке, а я на законных основаниях, ведь мне разрешили, – становлюсь его сталкером.

Наблюдаю. Впитываю. Подмечаю каждый, казалось бы, незначительный штрих. И бережно их сохраняю.

Мне так спокойно, уютно, так хорошо, что снова становится чуточку страшно – а вдруг это окажется сном? И если я отвернусь, если только моргну…

– Ты хорошо себя чувствуешь? Выглядишь слегка напряженной. Устала?

Руслан, конечно, находит самый удачный момент, чтобы взглянуть на меня. Представляю, что он увидел. Поэтому я пробую отшутиться:

– От чего я могла устать? По дороге в аэропорт с чемоданом помогал таксист, а обратно с ним возился исключительно ты. Или ты уточняешь – устала ли я ждать завтрак? Не беспокойся, еще полчаса без падения в обморок продержусь.

А потом наталкиваюсь на недоверчивый взгляд Руслана и выдаю то, что действительно у меня на душе:

– Мне просто не верится… Никак не могу поверить, что все так… Ну, что ты и я… Понимаешь, о чем я?

– Ты и я вместе позавтракаем? Тоже мне повод поволноваться. Так уже было. Мы даже уже обедали вместе. Ты тогда еще усомнилась, что это было свидание.

Я напрягаю память. Завтрак помню. Я тогда только вернулась домой. А вот совместный обед… да еще свидание?!

– Это что… – изумляюсь я. – Тогда, в ресторане, когда ты на пару с адвокатом подсунул мне нерасторжимый контракт?!

Руслан смеется.

– Вот видишь, – говорит с укоризной, – до сих пор сомневаешься. А я так старался…

Я прямо вот дар речи теряю, услышав такое. Стою, смотрю на него. Пытаюсь освоить новую информацию.

А он выключает плиту. Подходит ко мне. И уже без улыбки говорит:

– А что касается нас с тобой… Когда я привез тебя к дому, я сказал, что у тебя еще есть шанс передумать. Помнишь?

Я киваю. Было такое.

– Когда я давал тебе контракт, я предупреждал, что соскочить не удастся. Помнишь?

Я пыхчу, но снова киваю.

– А теперь признайся. Ты ведь знала, понимала, что речь не только о доме? Вообще не о доме.

Первая реакция – качнуть головой и оспорить его дерзкие заявления! А потом… потом я прокручиваю в памяти все эти моменты, и признаюсь:

– Нет. Скорее – чувствовала.

Руслан оставляет на моих губах поцелуй. Нежный, короткий, теплый. И объявляет награду за правду:

– Отлично. Тогда угощайся!

На столе быстро оказываются тарелки, вилки с ножами – ну это понятное дело. А еще он достает из холодильника апельсиновый сок и много овощей, с нарезкой которых тоже прекрасно справляется. А мясо… мясо просто вне конкуренции – я уже вижу.

– Божественный запах! – сообщаю я, пока нетерпеливо жду свою порцию.

А что, я, между прочим, тоже участвовала в готовке. Я своим присутствием повара вдохновляла!

Руслан раскладывает мясо.

Садится напротив меня.

А когда наши взгляды встречаются, кивает и говорит:

– Приятного аппетита. И да, чтобы ты не сомневалась. Это свидание.

И вот кто бы поспорил… А я не стану. Во-первых, мне некогда – я наслаждаюсь. А во-вторых… Даже если бы у меня и мелькнули сомнения, они бы точно разлетелись как белые одуванчики, когда мы сменили локации и вышли из кухни…

Мы обосновываемся в обнимку в гостиной на диване и смотрим какой-то старый фильм. Вернее, пытаемся смотреть.

Потому что… ну потому что я дышу им. А он, такое ощущение, что не может надышаться мной.

Моя кожа словно вспыхивает маленькими огоньками в тех местах, где он медленно водит по ней пальцами. На щеке. На плече. На кистях. Наверное, он делает так неосознанно. Хотя, зная Руслана, не удивлюсь, если он намеренно заставляет меня томиться.

В какой-то момент мне удается сфокусироваться на экране. Там герои тащат куда-то кровать, и я удачно ненароком интересуюсь:

– Кстати, а с какой стороны ты любишь спать?

Его смешок согревает мою макушку.

Его пальцы сжимают мои, соединяя в замок.

И меня обдает жаром с головы до пят его откровенный ответ:

– Без разницы. Можешь выбрать любую. Но сегодня я спать не планирую. И у тебя не получится.

И вот… и вот дальше я не уверена, что мы смотрим то же кино.

В реальность меня возвращают короткие, но навязчивые звонки. Повернув голову, я замечаю, что Руслан вообще отключает свой телефон, но экран продолжает мигать.

– Кто-то очень настойчивый. Может, ответишь?

Он хмурится. Видимо, ему не очень хочется оставлять меня в одиночестве, а звонок очень важный. Это же я тут с работы уволилась, а он с нее внезапно сорвался.

– Иди, – отпускаю его, выпутываясь из объятий. – Мне тоже нужно родным позвонить. А то я же им ничего не сказала.

Руслан принимает мое объяснение и уходит с телефоном на кухню. До меня доносится его голос – он говорит коротко, сухо, по делу. А я звоню маме.

– Люда, ты что, уже долетела? – удивляется она.

Я перевожу взгляд в окно, и ее реакция становится понятна. Солнце уже розовеет, но я все равно еще бы не успела приземлиться.

– Нет, мам… Мам, я с Русланом. И я здесь останусь.

Мне немного неловко в таком признаваться. Да, я уже взрослая девочка. И все-таки это деликатный момент.

Но мое волнение распадается вдребезги, когда я слышу, как мама облегченно выдыхает, а потом кричит в сторону:

– Люда дома! Она никуда не полетела! Хочет погостить у Руслана!

А, там и папа? Или Вадим?

Оказывается, что оба. Потому что я слышу в ответ на ее сообщение:

– Носки не верну! Скажи, что я уже все успел поносить! Ну, точно примерил!

– И я – запонки тоже!

– Слышишь? – спрашивает мама с улыбкой. – Они счастливы, что ты дома.

В комнату возвращается Руслан. Обнимает меня. И целует мою улыбку.

– Я тоже, мам, – признаюсь, глядя ему в глаза. – Тоже счастлива. Очень.