Глава 10

— Что ты делаешь? — удивлённо спросила Кайла, наблюдая за тем, как я решительно достаю из шкафа красивое синее платье под цвет глаз с неглубоким, но интригующим декольте.

— Переодеваюсь, — сухо озвучила я очевидное, нетерпеливо меняя скучную блёклую форму на этот наряд.

— А разве у нас какое-то мероприятие сегодня? — продолжала удивляться Кайла.

— Нет, просто меня уже достала эта форма. Чувствую себя в ней старой храмовницей, а так гораздо лучше, — констатировал я, покрутившись перед зеркалом и расправив на длинном пышном подоле все складочки. Поразительно всё же, как простая смена одежды может преобразить человека. Я даже увереннее себя почувствовала, став в этом наряде ярче и привлекательнее.

— Но по уставу академии мы должны носить форму, — осторожно напомнила соседка.

— Я его внимательно читала, там говорится только о занятиях. Про остальное время ничего не написано, а занятия как раз закончились! — возразила, распуская волосы и слегка подкрашивая ресницы.

Поскольку дар оказался пустышкой, теперь все надежды возлагались лишь на мою красоту, а значит, её необходимо подчёркивать и выставлять напоказ. Да, мера вынужденная и отчаянная, ну так и я практически в отчаянии! Если уж отчим стал таскать Пальриса в гости даже без заблаговременного приглашения — его намерения очевидны. И он вполне может устроить нашу помолвку, не дождавшись обещанного мне срока.

— Если собираешься привлечь внимание конкретного парня, лучше бы моим способом воспользовалась, — покачала головой Кайла, заставив раздражённо вздохнуть.

Пока что её способ вызвал у Мэйверза лишь подозрения в мой адрес и ничего более. Впрочем, тут я лукавлю. Некоторый эффект наблюдался. Блондин теперь пялился на меня гораздо чаще, чем прежде, порой буквально ощупывая всё тело взглядом, в котором появилось какое-то новое, смущающее и волнующее выражение. Вот только замуж, разумеется, не звал. Да и вообще даже не заговаривал со мной после той поездки в замок. Насылать на него новые пикантные сны, усиливая уже зародившиеся сомнения, не хотелось, ведь неизвестно, какая последует реакция.

Уж как-нибудь своими силами справлюсь. Тем более что Ардэн Гаэрт активизировался и начал проявлять ко мне повышенное внимание, ненавязчиво ухаживая в столовой и сопровождая во время прогулок по парку академии. Вот и решила усилить произведённое на него впечатление.

— Извини, но мне твой способ не подошёл. А у тебя как успехи? Есть результат? — Мне и правда, было интересно. С выходных девушка вернулась в хорошем расположении духа, стало быть, ей повезло больше, чем мне.

— Есть. Объект проявил заинтересованность и даже попытался сунуться ко мне с поцелуями, — с довольным видом призналась эта коварная мстительница, вызвав лёгкий укол зависти. Разумеется, мне не хотелось, чтобы Мэйверз полез с поцелуями, но тогда я хотя бы поняла, что он во мне заинтересован, а вот эти странные взгляды непонятно как трактовать.

— И что ты сделала?

— Врезала ему пару раз для острастки, чтобы руки не распускал, — пожала она плечами, удивив такой резкой сменой тактики.

— Зачем? А если он к тебе больше не подойдёт? — искренне недоумевала я. Во всяком случае, парочка особо настойчивых, жаждущих ласк кавалеров, с которыми я в подобной ситуации поступила таким же образом, до сих пор обходила меня стороной.

— Ещё как подойдёт. Это всё равно, что дрова в костёр подкинуть, а сны только помогут разгореться пламени ещё сильнее, — с видом умудрённой опытом женщины заявила Кайла. — Ты просто рано сдалась. Нужно было продолжать.

— Нет уж, спасибо, как-нибудь без магии справлюсь! — покачала я головой и, бросив последний взгляд на своё отражение в зеркале, решительно вышла из комнаты. Пора приступать к настоящей охоте на жениха!

Хоть решение и было принято, я, конечно, волновалась, входя в большой просторный обеденный зал и попадая под прицел сотен взглядов. И если раньше большинство из них не задерживались на мне дольше пары секунд, то сейчас я оказалась в центре всеобщего внимания. Вот что значит немного выделиться из общей массы.

Даже помрачневший Мэйверз уставился так, что, казалось, готов был дыру во мне взглядом прожечь. Зато на Ардэна небольшие перемены в моём туалете и внешнем облике подействовали так, как и задумывалось. Он первым ко мне подошёл, совершенно искренне выразил восхищение тем, как я выгляжу и проводил к столу.

В его глазах сияло нечто весьма похожее на влюблённость. Это весьма воодушевляло. Значит, всё идёт по плану и без всяких сомнительных манипуляций с неприличными снами!

— Фэргис, у тебя форма испачкалась или у нас сегодня бал-маскарад? — с сарказмом поинтересовалась проходившая рядом Тарла Нэнфис.

— Нет, просто синий мне идёт больше, чем тусклый полинявший фиолетовый. А вот тебе он очень к лицу, — мило улыбнулась я в ответ.

— Ненормальная! — скривилась Тарла, но отстала, гордо прошествовав мимо.

— Не обращай внимания, это просто зависть. Ты — очень красивая! — возразил Ардэн, не сводя с меня горящего взгляда. — А сегодня — особенно! Я хотел бы поговорить с тобой, но не здесь. Давай встретимся вечером в заброшенной беседке в конце парка. Скажем, за час до отбоя, согласна?

Выждав минуту приличия ради, я медленно кивнула, внутренне ликуя. Наконец-то! Если это то, о чём я думаю, то он уже сегодня сделает мне предложение!

Когда Ардэн, извинившись и сославшись на неотложные дела, куда-то убежал, ко мне подсел Мэйверз, который в последнее время держался отстранённо и вообще меня как будто избегал. Наверное, после происшествия в замке решил, что я умом тронулась, вот и обходил стороной, вызывая и облегчение и недовольство одновременно. Ведь мог бы и участие проявить!

— Кажется, кто-то не держит слово. Ты обещала, что отстанешь от Ардэна, — напомнил он сухо, как ни странно, не прокомментировав резкую смену формы на почти бальный наряд.

— Да, если ты организуешь мне встречу с Валдой, помню. Но ведь она не состоялась и не принесла желаемого результата, — возразила вполне миролюбиво, всё ещё пребывая в хорошем настроении. — А Ардэна я не преследую — он сам за мной ходит. Или я, по-твоему, прятаться от него должна?

— Не надо прятаться, но и поощрять его ухаживания тоже не стоит, — неожиданно серьёзно сказал Рэйвуд и с кривой усмешкой добавил: — И вообще, ты ведь уверяла, что теперь будешь заниматься только мной и заставишь за тобой бегать.

— Так ты уже практически бегаешь. Вон, сам подошёл и даже фанаток своих оставил, — парировала я, кивнув в сторону столика, где с угрюмым видом сидела Зайна с двумя блондинкам. Все трое сверлили меня неприязненными взглядами.

Мэйверз не ответил на колкость и вдруг, снова став непривычно серьёзным, тихо и сбивчиво сказал:

— Дорган… это платье… Не позорься зря. Ну не женится он на тебе.

Моё хорошее настроение как ветром сдуло. Вот что за невозможный человек — ему обязательно нужно всё испортить!

— Это ещё почему⁈ — вскинулась обиженно.

— А ты, правда, не понимаешь? Его родители на такую незавидную партию никогда не согласятся. К тому же, ходят слухи, что он почти помолвлен, и там всё уже решено, — огорошил собеседник неприятным заявлением, в которое я, разумеется, не поверила.

— Даже если так, это ещё ничего не значит. Мы с Идоном тоже долго были почти помолвлены, а что в итоге? Если у тебя всё, возвращайся к своим поклонницам! — проворчала сердито, но блондин уходить, к сожалению, не торопился. Сидел и внимательно меня разглядывал, особое внимание уделяя зоне декольте и заставляя нервничать.

— Я только одного не пойму, почему, как только стало известно, что на союз с Баднерами рассчитывать больше не стоит, твои родственники сами не позаботились о поиске нового кандидата в мужья? — лениво поинтересовался Мэйверз, а заметив мою реакцию, понимающе усмехнулся и резюмировал: — Вот как. Значит, они его нашли, но тебя предложенный вариант не устроил, раз принялась на Гаэрта охотиться. Почему? Неужели тот кандидат был так плох?

— А почему ты дал магическую клятву лишь бы избежать помолвки? — не осталась я в долгу. — Чем тебя потенциальная невеста не устроила?

— Её методы достижения целей оказались хуже твоих, — нахмурился парень, пожав плечами. — Хотя, эти твои манипуляции со снами — точно вне закона.

— Ты опять за своё! Не было никаких манипуляций! — огрызнулась я, очень надеясь, что удастся не покраснеть. Это было не просто, учитывая, что он снова уставился куда-то в область декольте.

— Это можно проверить, — неожиданно заявил Мэйверз. — Во сне у тебя была родинка на правой груди, похожая на крыло бабочки. Нарочно я бы такого не смог придумать. Значит, если она есть на самом деле, то эти сновидения — твоя работа.

Судя по моим запылавшим щекам, миссия «не покраснеть» с треском провалилась. А тут ещё, как назло, в памяти снова всплыли неприличные картинки, в которых фигурировал Мэйверз и моя полуобнажённая грудь с той самой родинкой. Вот ведь провокатор!

— И как же ты собираешься это проверять? — поинтересовалась угрожающе.

— Как раз думаю над этим, — парень с усмешкой снова буквально ощупал меня взглядом и нахально предложил: — может… просто покажешь, чтобы снять с себя подозрения.

От такой незамутнённой наглости у меня даже дыхание перехватило, и я, рассердившись ещё больше, сухо процедила:

— Обязательно покажу, как только… женишься!

Мэйверз сразу поскучнел, перестал усмехаться и возразил:

— Даже если бы я вдруг сошёл с ума и захотел этого — ничего не выйдет. У меня же клятва, забыла?

— И что в ней такого особенного?

— В формулировке есть одно небольшое условие, которое тебе никогда не потянуть, Змейка, — заявил он с непонятным выражением в голосе.

— Было бы ради кого тянуть! — презрительно фыркнула я и поспешила к выходу. Нужно было подготовиться к свиданию с Ардэном.

Признаться, Мэйверзу удалось зародить во мне сомнения. Сразу вспомнились мамины наставления о том, что молодые люди, у которых серьёзные намерения, не приглашают девушек на поздние свидания без свидетелей. Они открыто проявляют свою симпатию, а вот тем, кто поступает иначе — доверять не стоит. Но ведь Ардэн должен был сначала заручиться моим согласием, прежде чем приступать к официальным ухаживаниями и общению с родственниками. Вот и попросил о личной встрече, что логично.

Отправляясь на это свидание, я надеялась на лучшее. В частности на то, что в ближайшее время официально стану невестой Гаэрта, но зародившиеся сомнения здорово отравляли эту надежду. Так что, едва увидев парня, засиявшего при моём появлении, прямо спросила:

— Это правда, что у тебя есть невеста, и скоро состоится помолвка?

Его лицо вытянулось, приняв удивлённое и растерянное выражение.

— Откуда ты…

— Неважно. Так это правда? Не вздумай лгать!

В принципе его реакция уже и была ответом на вопрос. Меня захлестнули обида и негодование.

— Да, родители настояли. Я не мог им отказать, понимаешь? — с покаянным вздохом неохотно признался Ардэн. — Но ты бы её видела! Она мне совершенно не нравится! В отличие от тебя… — закончил он робко и посмотрел на меня преданным щенячьим взглядом.

— А я, значит, нравлюсь? — процедила сквозь зубы, с трудом, сдерживая эмоции. — И о чём же ты собирался со мной поговорить, если уже не свободен?

— Эм… помочь хотел. Слышал у вас сложное материальное положение — у твоего отчима много долгов. Об этом все знают.

Что верно, то верно, Фэргис фактически всё имеющиеся состояние, и без того небольшое, просадил в азартные игры. Хотя в последних сообщениях мама писала, что часть долгов он недавно оплатил, непонятно только какими средствами.

— И чем же ты можешь помочь?

— Эм… я могу обеспечить тебя всем, чего ты достойна, — уже более уверенно заговорил Ардэн. — Когда женюсь, смогу распоряжаться своей долей наследства. Сниму для тебя дом. Лучший экипаж, дорогие наряды, украшения, путешествия — у тебя будет всё, что пожелаешь! Не смотри так. Я знаю о том, что помолвки с Баднером не будет. Ты ведь должна понимать, что в сложившейся ситуации большего тебе никто не предложит.

Каждое его слово било наотмашь хлёсткой пощёчиной. Вот значит, чего я на самом деле достойна! От горечи и возмущения дыхание сбилось, к горлу подкатил тугой комок, не позволяющий выдавить не слова. Впрочем, любые слова сейчас были бы бессильны, поэтому, хорошенько размахнувшись, я просто от души ударила собеседника кулаком в глаз, вложив в это действо всю силу переполняющих меня гнева и обиды.

Потом всё же смогла с трудом выдавить: «Никогда больше не смей ко мне приближаться!», и пока он охал, хватаясь за лицо, гордо удалилась, расстроенная, но прозревшая.

Как бы горько ни было, приходилось признать: этот паразит прав — мне больше не на кого рассчитывать, кроме себя.