Глава 44

Агата

Когда в последний раз мне было настолько плохо?

Наверное, когда я однажды выпила лишнего в клубе с ребятами. И то состояние было лучше, чем сейчас.

Сегодня меня в буквальном смысле ломает. Голова не отрывается от подушки. Она кажется такой тяжёлой. Как и всё тело.

Я практически не помню завершения вчерашнего вечера. Как доехала домой, как зашла и как легла спать.

Ужас от осознания того, что могло произойти в кабинете Крупского, до сих пор кислотой разливается по венам. Это ужасно. Он ужасен.

Неужели этот тип именно такой, как предупреждал Ар?

Надо было послушать… Надо было верить Ахметову с самого начала.

Время почти восемь. Я прекрасно понимаю, что на работу вовремя я уже не приеду. Да и не уверена, что вообще смогу добраться до офиса.

Что он мне подсыпал? Экстези? Или какой-то другой наркотик? Больной псих просто…

Тянусь к телефону и трясущимися пальцами набираю номер нашего офиса. Даже притворяться, что я болею не приходится, потому что мой голос звучит так, словно я умираю.

Ничего страшного нет, если я возьму один день в качестве отгула.

Это даст мне время подумать, как поступить дальше.

Со всем тем, что произошло с Крупским. Я должна принять решение, стоит ли рассказывать об этом братьям, отцу или Артуру.

Скорее всего, мне стоит это сделать. В первую очередь, в целях личной безопасности.

Не представляю, как мне удаётся сползти с кровати и доползти до душа. Хочется смыть со своего тела воспоминания о вчерашнем дне. Чувство, будто мерзкие пальцы Крупского всё ещё касаются моей кожи.

Меня передергивает, когда я встаю под тёплые струи воды, затем медленно опускаюсь на пол и позволяю им стучать по спине и плечам.

Я однозначно не смогу принять душ стоя. Голова кружится, а рвотные позывы так и мучают желудок. Колени дрожат.

Боюсь, что просто упаду, если встану на ноги.

Снижаю температуру воды до умеренно прохладной и продолжаю сидеть, пока пульсирующая боль в висках не отпускает. Только после этого выхожу из душевой кабины, плетусь к шкафу и накидываю банный халат. Волосы заматываю полотенцем.

Настроение на нуле, но пока я не приняла решение, как расскажу родным о том, что со мной случилось, мне стоит сделать вид, что всё более-менее нормально, и я просто болею.

Босиком спускаюсь вниз и обнаруживаю маму с папой на кухне. Болтает настенный телевизор. Булькает вода в кастрюле — ма что-то готовит.

— Привет, детка. Ты почему не на работе? — спрашивает мама, заметив моё появление.

— Плохо себя чувствую.

Её взгляд мигом становится очень встревоженным.

— Заболела? Температура есть?

— Да нет. Всё нормально, мам. Тошнит просто. Съела что-нибудь не то, — успокаиваю маму, чтобы она не успела включить свой супер-тревожный режим.

Уж кому-кому, а ей точно не стоит знать о произошедшего со мной…

— Настю снова тошнит. И тебя вот тоже тошнит. Я так от беспокойства с ума сойду!

— Асти тошнит? — я вскидываю брови.

Прежде чем сесть за стол, подхожу к папе, обнимаю его за плечи и целую.

— С добрым утром, детка, — улыбается он, сжав мою ладонь.

— Да. Утром Марс звонил. Ей опять плохо. Сильный токсикоз — не есть хорошо.

— Это ты для неё диетический суп готовишь? Что там? Курица и овощи?

— Да. Лёгкий бульон. Но это больше для твоего отца. В последнее время у него колет сердце. Я насильственным образом перевожу его на здоровое питание. И он, видите ли, отказывается проходить обследование в больнице! Говорит "я здоров как бык!"

— Совершенно верно! — кивает папа.

А я в свою очередь беспокойно смотрю на него.

— Пап, нельзя так безответственно.

— Со мной всё хорошо, детка. Не переживай.

— Береженного бог бережёт, — фыркает мама. — Лучше заранее о себе позаботиться, чем потом… плакать.

Отец лишь шутливо подмигивает мне. Так он всегда реагирует на мамино беспокойство.

И я обычно просто смеюсь, но сегодня… мне не смешно.

Возможно, дело в тёмных кругах у него под глазами? Или усталом взгляде?

Он всегда был для меня самым сильным. Практически неуязвимым. И тут я вижу, что никакой он не неуязвимый. Не бессмертный, как и все люди на планете…

— Нимб рано утром заезжали вместе с Каримом. Оставили для Ара ужин. Ей якобы Марго сказала, что ты обещала отдать ему на работе. Она что-то состряпала к его приезду, чтобы поднять настроение. У него пожар случился на объекте.

— Да… Разбираемся с потерями.

Господи, я уже и забыла, о чём там Рита просила.

Впрочем, после вчерашнего вечера у Крупского в этом нет ничего удивительного…

— Ну вот. А Нимб с Каримом давно поездку планировали на сегодня. Так что им пришлось уехать. Пробки ещё утром были жуткие. Они не успели Ару домой завезти ужин. Вот она и передала тебе. Так как ты болеешь, может, тогда лучше я отвезу? Что ты будешь мотаться? А я всё равно вечером к Насте с Марсом собиралась. У папы есть ключи от квартиры Ара. Они там что-то делали вместе. Я могу заехать.

— У тебя есть ключи от квартиры Артура? — недоверчиво смотрю на отца.

Он кивает.

— Ну да. Забываю вернуть.

— Тогда… я сама могу отвезти ужин… К вечеру мне наверняка полегчает. Ар в любом случае поздно вернётся.

— Ну смотри. Мне не сложно, — мама пожимает плечами.

— Брось. Что ты будешь делать крюк? Поедешь напрямую к Марсу с Асти. Папа с тобой?

— Нет, мне наказано "оставаться дома и лежать", — усмехается отец.

— Ничего смешного! Если хочешь, чтобы я к тебе не приставала, тогда пройди обследование. Аги, скажи ему!

— Пап, мама права…

Отец вздыхает и качает головой.

— Ну ладно-ладно. Позвоню своему врачу и запишусь на приём. Чтобы вы обе успокоились.

— Вот и правильно! — я спрыгиваю со стула и обнимаю папу, как большого плюшевого медведя. — Мы тебя любим! И хотим, чтобы ты был здоров и счастлив!

Родной запах и тёплые прикосновения к рукам. Смех дорогого человека…

Однажды этого не станет.

Хочу, чтобы это "однажды" случилось ещё нескоро. Или вообще никогда не произошло…