Глава 26. Демид

– У тебя пмс? – скептически интересуется Марченко, послушав, как я рычу на сотрудников весь день.

– Работу, блд, нормально делать надо, – огрызаюсь. – Этот отчет мне нужен был еще утром, а твоя Ломакина его только десять минут назад принесла.

– Она же сказала, что он был готов еще вчера, но она подумала, что ты сам за ним придешь.

– Я, по-твоему, помнить должен, кто именно этим занимается? Они тут все на одно лицо!

– Совсем рехнулся? Ты ее буфера видел? Как можно было забыть, что ты именно ей задание давал?

– Может, потому, что компетентность важнее буферов?

– Не будь таким нудным, чувак, – кривится он. – Только не говори, что никогда не думал трахнуть какую-нибудь секретутку? У себя там понятно, лучше не рисковать, потом придется новую искать, но тут-то можешь себе позволить! В любом случае скоро свалишь в столицу, а сексуальное приключение на рабочем месте в копилочку добавишь.

– Мозгов бы тебе в копилочку добавить, – вздыхаю раздраженно.

Марченко, сам того не зная, надавил на болевую точку. На гребаную свежую мозоль.

К счастью, он даже не догадывается, что секс на рабочем месте уже был… даже на том самом кресле, на котором он сейчас гордо восседает.

Боюсь представить, что сегодня утром подумала уборщица, увидев осколки на полу. Но уверен, нашей репутации ничего не угрожает. В принципе, даже хорошо, что я сегодня не особо сдерживаюсь в эмоциях, погром в кабинете можно легко спихнуть на мой скверный характер. Главное, что самые «опасные улики» мы унесли с собой.

– Иди уже, утешай свою Ломакину, – беззлобно ворчу. – Если повезет, она поплачет на твоем плече, а ты потрешься о ее знаменитые буфера. А мне работать надо, между прочим.

Саша нехотя покидает кабинет, но я почему-то не спешу вливаться в рабочий процесс. Мне и без его слов было сложно настроиться на заказчиков, а теперь так вообще, как ванильная студентка, с какой-то тоской оглядываю всю мебель, что мы вчера опорочили.

Жалею ли я о том, что произошло? Определенно нет. Причем это касается и нашего секса, и утренней ссоры. Какая-то часть меня еще долгое время вяло нудила о том, что я мог бы ей уступить, но чем дольше я просматриваю бумаги завода, тем больше убеждаюсь, что поступил верно. Придется ей придумать другой способ задобрить Громову и всех «зеленых» страны.

Телефон оживает бодрой трелью, и на моем тоскливом лице появляется какое-то подобие улыбки, когда я вижу на экране не менее тоскливую физиономию друга – Лехи Кулакова.

– Вот это ты себе там щеки отъел на «олинклюзиве», – восклицаю ехидно. – Я думал, только девицы заедают стресс.

– Посиди здесь с мое, – угрюмо отвечает он, попивая яркий коктейль на шезлонге.

– Ты в ссылке всего две недели, – напоминаю ему зачем-то.

Вряд ли он сам потерялся в датах, но я тоже, между прочим, покинул Москву одновременно с ним. Правда, в отличие от него, отправился не на Кипр, а в провинциальный Горячев.

Недавно у друга возникли небольшие проблемы с законом, точнее, с одной наглой представительницей закона, которая решила его подставить. Поэтому ему в срочном порядке пришлось улететь из страны, пока наши с ним юристы делают все возможное, чтобы справедливость восторжествовала. И все бы ничего, если бы в Москве он не оставил свою помощницу.

Точнее, осталась-то Марьяна сама. И теперь вместо того, чтобы наслаждаться вынужденным отпуском, Леха целыми днями страдает.

– Как там твоя Заноза? – интересуется глумливо. – Порадуй папочку.

– Меня бы кто порадовал, – с шумом выдыхаю. – Почему ты меня не предупредил, что заводить интрижки на рабочем месте – плохая идея?

– О, – оживляется друг, – с этого места поподробнее, пожалуйста. Когда «у меня на нее круглосуточно стоит» переросло в интрижку на рабочем месте?

– Иди к черту, – закатываю глаза. – В любом случае мы уже успели поссориться. Заноза слишком много на себя взяла.

– Сказала, что у тебя маленький член? – таращит глаза этот придурок. – Я так и знал!

– Тебе там настолько одиноко, что ты пытаешься развести меня на дикпик?

– Боже упаси, – хаотично машет руками. – После этого мне придется выколоть себе глаза.

– От зависти, разумеется, – подсказываю и пару секунд наслаждаюсь его перекошенной физиономией.

Вдоволь проржавшись, друг все-таки выводит меня на серьезный разговор, и я сам не замечаю, как выкладываю ему нашу утреннюю перепалку.

– Слишком рано, чувак, – вздыхает он, делая очередной глоток коктейля.

– Слишком рано отдал ей свою честь? – глумливо играю бровями. – Боюсь тебя разочаровать, но с честью я распрощался уже давненько.

– Придурок, – беззлобно ворчит друг и, наконец, развивает мысль: – Ты слишком рано поставил ее перед выбором «работа или я». Насколько я понял из твоих слов, она обожает то, что делает, да?

– Допустим, – нехотя соглашаюсь. Мне не совсем нравится, куда клонит этот диванный, точнее, шезлонговый психотерапевт.

– А ты ей прямым текстом заявил, что она неправа, и хотел, чтобы она согласилась с тобой только из-за боязни потерять твой член?

– Я хотел, чтобы она со мной согласилась, потому что я, мать ее, прав! Бредовая идея, ну правда ведь! Ты хоть представляешь, сколько для этого нужно бабла? Для завода и в прежние времена это было бы накладно, а сейчас так точно!

– А Марьяна тебе что говорила? Ты же с ней советовался.

– Она тоже сказала, что надо делать акцент на общественное мнение, – признаю нехотя. – Предлагала провести несколько акций в поддержку экологии и выпустить новую линейку БАДов типа «веган френдли». Хотя у нас и так большинство продукции из чисто растительных ингредиентов, но Марьяна твоя сказала, что надо обязательно это указать отдельно.

– Если Марьяна сказала, значит, надо, – поучительно тычет пальцем в экран. – Она во всем этом разбирается.

– Я в курсе, – протяжно вздыхаю. Вообще-то, я не ожидал от друга такой мудрости. Думал, что он поддержит меня из мужской солидарности, сам же еще недавно убивался, что его Марьяна отказалась последовать за ним, словно жена декабриста, и осталась строить карьеру в столице. А он, гляди-ка, сделал правильные выводы и теперь жизни меня учит.

Не то чтобы я и сам не понимал, что есть в идее Катерины доля здравого смысла… Но не в таком же масштабе! Она бы еще предложила все ямы на дорогах им залатать и сироток усыновить.

Нет, Заноза, так не пойдет… придется тебе идти на компромисс!