Глава 33. Катерина

В свое оправдание я бы могла сказать, что действовала на панике. Но нет, грохнуться в обморок я решила в трезвом уме и здравом рассудке. Ну, насколько мой рассудок вообще может быть здравым, конечно. С учетом того, что вторым вариантом я рассматривала спровоцировать пожарную сигнализацию.

Изначально я рассчитывала, что Демид дождется хотя бы окончания тренировки и мне удастся придумать какой-нибудь дельный план. Но он, как всегда, решил действовать напролом… Вот и мне пришлось. Так что вполне можно сказать, что этот гад меня вынудил.

Глаза открыть не решаюсь, лишь издаю глухой стон, когда кто-то меня переворачивает. Надеюсь, приводить меня в чувство пощечинами никто не додумается.

В следующее мгновение тяжелая ладонь ложится на мою грудь в спортивном топе и уверенный голос заверяет присутствующих:

– Сердцебиение есть.

После этого – видимо, для надежности диагноза – та же ладонь слегка сжимает мою грудь и надавливает подушечками пальцев на сосок. Я моментально распахиваю глаза и встречаюсь с наглым взглядом этого санитара.

– О, жива. – Демид бесцеремонно хлопает меня по бедру, не забывая при этом ненароком задеть мою промежность.

– Катюша, как ты? Что случилось? – озабоченный голос Арины обрушивается на меня сотней вопросов.

– Все нормально, – бодро отвечаю и тут же, спохватившись, добавляю в голос слабости: – Просто не выспалась, думала о нашем проекте. И утром на нормальный завтрак времени не хватило – спешила на завод, чтобы закончить расчеты.

Сочувствующий взор Арины словно бульдозером проезжает по моей совести. Я бросаю гневный взгляд на Вяземского, из-за которого и пришлось пойти на этот цирк, и тут же краснею. Он, к счастью, молчит. Но в его глазах явно транслируются откровенные кадры реальной причины моего недосыпа. Разрываю зрительный контакт, чтобы избавиться от кадров из порнофильма, и снова смотрю на Громову.

– Прости, что так вышло. Я не хотела испортить твое занятие.

– В этом вся ты! – отмахивается она, сжимая мое плечо. – Тебе стало плохо из-за того, что полностью поглощена проектом, а ты еще и извиняешься! Так, предлагаю официально отложить все разговоры о проекте на пару дней!

– Исключено! – слабо возражаю, стараясь сдержать победную улыбку для Демида.

– Даже слышать ничего не хочу, – упрямо заявляет она. – Ты слишком много себя отдаешь этому парку. Даже не спорь! Я же вижу, сама такая! Поэтому давай приходи в себя, выпей кофе у девочек на ресепшене, и после занятия мы можем все втроем пойти пообедать. Как вам такая идея? Накормим твоего работника года, Демид, а?

Арина улыбается Вяземскому, и он незамедлительно кивает, возвращая ей такую же лучезарную улыбку. Правда, уже в следующую секунду она воском стекает с его губ, потому что она строго добавляет:

– Только чур никаких разговоров о работе! Договорились??

– Договорились, – сквозь зубы цедит Демид и, схватив меня под белы рученьки, тащит из зала. Правда, вместо того, чтобы направиться к стойке администратора, где находится заветная кофемашина, он поочередно заглядывает во все двери, пока, наконец, не находит свободный зал, и бесцеремонно толкает меня внутрь.

Стоит ему провернуть ключ в замке, как его губы тут же обрушиваются на меня поцелуем. Сильным. Неистовым. Голодным. Будто после нашего секса прошло не каких-то несколько часов, а целая вечность. И я бы рада сказать, что это только у него такая странная реакция, но почему-то и мои ноги начинают подрагивать, а пальцы сами собой тянутся к его волосам.

Он по-хозяйски ощупывает мой зад в тонких лосинах, а я нескромно трусь животом о его эрекцию. Мы просто целуемся. Пока. Но внутри все горит, будто мы снова в моей квартире. Абсолютно голые. Совершенно ненасытные.

Влажные движения его языка посылают мелкие разряды тока, от которых сжимаются пальцы ног и закипает кровь. Он нащупывает резинку, стягивающую мою шевелюру в упругий пучок, и в следующее мгновение нас накрывает каскадом из моих волос. Демид громко втягивает воздух, будто пытаться впитать мой запах, а я вдруг понимаю, что это уже невозможно.

Нет больше моего запаха. По крайней мере, сейчас. Мы провели вместе всю ночь, занимались сексом, целовались… Господи, да даже спали потом в обнимку, словно слащавая парочка из кино. И в душ утром тоже ходили вместе. Поэтому, как ни странно это осознавать, и аромат у нас теперь один на двоих. И я бы хотела сказать, что в его основе лежит мой гель для душа, но нет… База этого парфюма – чистый секс. Такая вот примитивная композиция с нотками взрывной сексуальности и шлейфом ненасытности.

– Что на тебя нашло? – интересуюсь я, когда Демид отрывается от меня, чтобы задрать топ. – Ты что, не слышал Арину? Мне срочно нужен кофе.

– Если мне не изменяет память, ты недавно пела оды целительным свойствам моего члена, – с ухмылкой напоминает он. – Так что давай, Заноза, стягивай свои леггинсы, лечить будем.

– Здесь? – округляю глаза и делаю шаг назад, чтобы осмотреть крохотный зал. Под потолком висят огромные крюки, с которых свисают то ли резинки, то ли канаты. На полу даже ламината нет, лишь какое-то бетонное покрытие, которого мой голый зад не коснется ни за какие коврижки. – Не-е-ет.

– Камер нет. – Надвигаясь на меня, Демид отметает все сомнения и выуживает из кармана серебряный квадратик. – Презерватив есть. Что же до покрытия… – он перехватывает мой последний протест, – напомню свое предложение в самом начале нашего знакомства – не обязательно ложиться, мы вполне можем сделать это стоя.