Глава 43. Демид

– Не-е-ет, – протягиваю я, глядя на это кудахчащее безобразие. – Нет. Нет. Нет, – повторяю как заведенный, пока усатый мужик грузит свое добро в кузов.

Перевожу взгляд на Занозу, готовясь к очередной стычке и ее железобетонным аргументам в защиту пернатых, но с удивлением отмечаю, что она не выглядит как человек, готовый к спору. Впервые за все время нашего знакомства она выглядит потерянной. И молчит.

Все ругательства моментально застревают в горле, и я продолжаю растерянно скользить взглядом по ее лицу.

Ну же, Заноза, соберись. Самоуверенно заяви, что все идет по плану.

Я даже мысленно начинаю отсчет, давая ей условные десять секунд на то, чтобы оправиться от шока. Впрочем, ей хватает и семи. Отчетливо вижу этот момент, когда она обреченно кивает и с милой улыбкой интересуется у фермера:

– Вы уверены, что им будет комфортно в дороге? Не хотелось бы, чтобы курочки страдали.

– Да что с ними сделается? – отмахивается мужчина и передает ей тоненькую папку. – Вот здесь все документы на них. Все как положено. У нас тут все официально, вы не подумайте. Оплату произведут уже на фабрике, там Альберт Константинович вас ждет. Ну, точнее, не вас, а наших красавиц, – хихикает он и тут же спохватывается, краснея. – Не то чтобы вы не были красивыми, конечно. Но понимаете… юмор такой. Мы наших несушек только красавицами и зовем. Ну а тех, кто нестись отказывается… – Мужчина грустно вздыхает, бросая последний взгляд на корзины, и захлопывает дверцы кузова. – Все равно красавицы ведь.

– Еще какие красавицы, – заверяет его Катерина. – Вы не переживайте, доставим в лучшем виде. Ни одно животное, точнее, птица не пострадает.

– Очень важное уточнение, – едва слышно замечаю. – Особенно если учесть, что везем мы их на убой.

– С чего ты взял? – шипит Заноза, забираясь в кабину. – Он так о них отзывался, что вряд ли бы отдал просто на убой.

– Ну а что еще, по-твоему, делают с курами, которые не несутся? Отправляют на курорт?

– А могли бы! – Она назидательно задирает палец вверх. – Может, они потому и не несутся, потому что на курорте ни разу не были.

– Ну-ну, – усмехаюсь я и завожу двигатель.

Где-то через час я почти привыкаю к нескончаемому клокоту пернатых, а вот к молчанию Катерины привыкнуть гораздо сложнее. Первые минут пятнадцать я тщетно пытался вывести ее на разговор, даже по стандартным темам погоды и экономики прошелся, но она отвечала односложными предложениями, и я понял, что будет лучше, если оставить ее в покое. Эта поездка и так далека от идеальной, так что хуже точно не может быть.

Хотя нет, может. Разумеется, может. Всегда может быть хуже.

Где-то на полпути, вдали от любой цивилизации у долбаной газели перегревается двигатель, и температурная стрелка стремительно ползет вверх.

– Что случилось? – испуганно спрашивает Катерина, когда я сворачиваю на обочину.

– Понятия не имею, – раздраженно пожимаю плечами и выхожу из кабины, чтобы открыть капот.

Я, конечно, догадывался, что «внутренности» этого автомобиля отличаются от моего «мерса», но не думал, что настолько. А может, дело в том, что я даже своей тачке под капот заглядывал от силы пару раз. Знаю, что многие мужики даже при наличии бабла ловят кайф от того, чтобы что-то там разобрать и собрать собственными руками. Но я не один из них. Даже с первой своей тачкой, которую купил уже с пробегом, я предпочитал всегда обращаться в сервис. А с последующими он был предусмотрен гарантией, так что сейчас я смотрю на все эти трубки и детали как тот самый баран на ворота.

Я уже в шаге от того, чтобы заставить Занозу снять мою толстовку и пытаться остановить подмогу в одном нижнем белье, благо вовремя замечаю странные капли у одного из бачков. Путем нехитрого анализа (ну ладно, ладно, погуглил я, конечно) понимаю, что шланг подачи охлаждающей жидкости начал протекать. При помощи все того же умника гугла и парочки форумов автолюбителей я примерно понимаю, как решить проблему. Правда, для этого приходится побеспокоить наших милых пассажирок: ящик с инструментами находится в кузове.

Обматывая шланг изолентой, я на секунду представляю, как выгляжу со стороны, и даже не пытаюсь сдержать льющийся из горла утробный смех.

И как я докатился до жизни такой? Ответ очевидный: связался с Занозой! И вот стою я, весь такой красивый столичный бизнесмен в брендовых джинсах и бордовом поло старика Ральфа, на обочине и пытаюсь отремонтировать видавшую виды газель. Не удивлюсь, если в волосах у меня торчит пара перьев! Эти супнаборы такой переполох устроили в своих клетках, что пух летел во все стороны.

Перевожу взгляд на Катерину, пребывая в уверенности, что она разделит со мной веселье, но понимаю, что она даже не смотрит в мою сторону. Зря. Могла бы еще и видео снять, продажа которого спасла ее в голодный год.

– Надо чуток подождать, чтобы двигатель остыл, – с умным видом цитирую суровых мужиков с автофорума и тут же добавляю уже от себя: – Есть идеи, чем можно скоротать это время?

– Я, наверное, пройдусь, – сдавленно заявляет она. – Подышу свежим воздухом.

Не дожидаясь моего ответа, она вываливается из кабины и действительно идет в сторону какого-то поля. Это что еще за брачные игры?

Ускоряю шаг, пытаясь ее догнать, и, схватив за руку, резко тяну на себя. Ожидаю чего угодно: острых когтей на своей физиономии, не менее острых слов, попыток вырваться… Это же Заноза! От нее чего угодно можно ждать. Но тем не менее ей удается меня удивить. Снова.

Недоуменно смотрю на мокрые дорожки на ее щеках и слегка заторможенно удивляюсь, что сам не почувствовал капель дождя. И только спустя долгие несколько секунд до меня доходит, что это не дождь. Катерина плачет.