Глава 16
Денис
– И куда ты собрался? – схватившись за дверную ручку, слышу голос, врезавшийся в спину, подобно ножу.
– Скоро вернусь.
– Неужто погнался за своей очередной фифой? А как же я? Как же наша сделка?
Я оборачиваюсь, чтобы увидеть, как он вопросительно разводит руки в стороны и, наконец, отпускает Регину, которая должна была стать рычагом давления в его руках. Но, поняв, что девушка не имеет для меня никакого значения, просто забывает о ней, словно та предмет мебели.
– Всё в силе. Я забыл пару документов в кабинете, – пытаюсь на ходу выдумать неотложное дело, понимая, что не могу оставить Таню прямо сейчас в таком состоянии.
А ещё понимаю, что мне почему-то абсолютно плевать на сделку. Малышка для меня важнее всего в этот момент.
– Мы не первый год работаем вместе, Дэн. Давай, без вранья. – понижает голос Алан.
– Если тебя что-то не устраивает, обговорим детали в другой день. – грубо отрезаю любую попытку надавить или в чём-то уличить меня.
– Вот теперь вижу сходство между тобой и Станиславом Константиновичем, – переводит всё в шутку и отправляется к столу, взять свою выпивку. – Чувствуются корни Ставровски. – отпивает из бокала. – Вот только обвести меня вокруг пальца тебе не удастся. Она не очередная фифа, верно, Денис?
Я не собираюсь отвечать на провокационный вопрос Алана. В этот момент чувствую на себе взгляд. Регина.
– Зачем ты приехала? – намеренно опускаю детали, что она явилась сюда с Таней чуть ли не под ручку. Мой обманчиво спокойный тон не обманывает девушку.
Нельзя. Нельзя давать волю эмоциям. Иначе Алан точно уверится в своих догадках. А это уже будет грозить нехорошими последствиями. Непредсказуемыми. Партнерство партнерством, но иметь друг на друга рычаги давления хотели бы оба.
– Я приехала отдохнуть. В баре столкнулась с этой девицей. Она будто взбеленилась, стоило упомянуть твоё имя. Притащила сюда. – невинно хлопает ресницами. – Понятия не имею, что на неё нашло.
Враньё. Я вижу, как Регина кусает губу и заламывает пальцы под пышными рукавами меховой накидки. Она спровоцировала птичку, к гадалке не ходи. Но разбираться с ней я сейчас не стану. Позже для этого будет время. Уйма.
Слова Алана не выходят из головы.
Не очередная фифа? Да… Так и есть. Поэтому бросать вслед за ней сейчас будет несусветной глупостью.
Сцепив зубы и сжав кулаки, заставляю себя остаться в комнате и сесть на место. Заставляю себя выглядеть холодно и отчужденно, как до того момента, когда в сюда ворвалась грозная фурия, таща за собой Регину.
О, этот взгляд, полный бешенства и (руку дам на отсечение!) ревности, стоил того, что произошло. Стоил небольших потерь.
– А как же документы? – ехидно замечает Алан, усаживаясь напротив меня.
Поднимает со стола карты, лежащие рубашкой вверх, и пристально следит за моей реакцией. Я же абстрагируюсь от всего. Снова игнорирую подначивание партнера по бизнесу, и холодно бросаю Регине, жмущейся у дальней стены:
– Ты ещё тут? Хочешь остаться и обслужить кого-то из нас?
Девушка тушуется под моим косым взглядом и, что-то пробормотав себе под нос, осторожно, словно кто-то мог её задержать, покидает комнату.
– Занятный экземпляр. – я вопросительно приподнимаю брови, вспоминая какова была игровая ситуация до того, как нас прервали. Вроде как я собирался разнести оппонента в пух и прах. – Я про первую девушку.
Тон Алана настораживает. Меня внутри всего колбасит от ярости и желания послать к чертям и сделку и Алана. Всё, чего я хочу – оказаться рядом с Таней, как можно скорее.
Но вместо этого цежу:
– Понравилась? – оскаливаюсь, представляя, как сотру его в порошок, стоит ему хотя бы пальцем прикоснуться к птичке.
– Не стану скрывать, любопытная особа. Сразу видно, что не из этих, – небрежно машет рукой в сторону девушек, наглаживающих и разминающих ему плечи и всё, до чего могут дотянуться их развратные ручонки. – Тем более интересно, откуда она появилась здесь и почему смотрела на тебя так, словно знает о тебе не понаслышке.
– Ты так и будешь болтать или сосредоточишься на игре? – впиваюсь в него ледяным взглядом.
– Инцидент испортил тебе настроение? До этого ты был относительно благодушен и расположен к разговорам.
Коротко киваю.
– Ставки те же? – спрашиваю, приготовившись скинуть карты на стол. И, по моим расчетам, выиграть, одновременно разрешив исход сделки в свою пользу.
– Да, но с одним условием. – напрягаюсь всем телом. Чувствую, что мне не понравится то, что поставит на кон Алан. – Ты познакомишь меня с той девушкой.
– Нет! – вырывается прежде, чем я успеваю подумать.
И понимаю, что раскрылся.
Партнёр растягивает губы в хитрой ухмылке и нарочито медленно растягивает слова.
– Значит, не просто очередное увлечение. – констатирует факт. Я же не позволяю эмоциям взять вверх. Слежу за каждым словом и действием оппонента. – Не боишься?
– Чего?
– Того, что это станет твоим слабым местом? В нашем бизнесе, как на минном поле, Дэн. Никогда не узнаешь, в какой момент наступишь на ту самую мину, спрятанную под сухой травой, и подорвешься.
Это уже второй человек за последние два дня… Вот только отец, в отличие от Алана, говорил совсем с иным умыслом.
– Это угроза?
– Совет. – жестикулирует, раскрыв ладонь вверх.
– Не забывай, что ты на моей территории, Алан.
– Угрожаешь? – возвращает мне мои же слова, но при этом выглядит расслаблено.
Знает, что я не стану убивать его в случае чего. Нас слишком много связывает. Слишком много грязных дел, в которых мы оба увязли и теперь повязаны. Если один из нас пойдет на дно, то второй утянет за собой. Вот уж где действительно минное поле…
– Совет, – отвечаю той же монетой.
– Давай так, играем на сделку и девчонку. Обещаю просто поговорить с ней. Если она сама ни на что не согласится, я отвяну. – выставляет руки перед собой в обезоруживающем жесте, при этом ловко скрывая от меня свои карты.
– Я сказал, нет! – угрожающе низко рычу.
– Дэн, – в серых глазах появляется знакомый металл. Алан не привык уступать. Он всегда получает желаемое. – Ты же понимаешь, что своими действиями лишь больше распаляешь мой интерес к ней? Ведь она не на шутку зацепила тебя, ты только глянь на себя! Я знаю тебя не первый год, и ни разу за всё время ты не жадничал. Делился игрушками. А тут…
– Проваливай! – моё терпение лопается в тот же миг. – Сделка отменяется.
Я вскакиваю с места, бросаю карты на стол и упираюсь в него руками. Наши люди незамедлительно реагируют, наставляя пушки друг на друга. Алан медленно поднимается со своего места.
– Это явно лишнее. – в его голосе скользит толика разочарования. – Мы просто уйдем.
– Вон! Сейчас же! – рычу, понимая, что впервые за всё время потерял над собой контроль. А всё из-за пташки! Из-за какой-то женщины!
Возможно, отец и Алан оба правы и она станет моей слабостью? Если уже не стала…
– Ты понимаешь, что после такого сделки не будет. – я мрачно молчу в ответ. – Смотри, не пожалей об этом. – надевая на руки кожаные перчатки, Алан собирает вещи и выходит через черный вход, больше не проронив ни слова.
И, стоит двери за ним захлопнуться, как я бросаюсь прочь из комнаты, намереваясь немедленно найти Таню. И упаси боже, если её не будет в клубе!
Птичка находится сразу. Более того, она – центр внимания. Мне хочется взвыть в голос и рвать волосы на голове от того, что я лицезрею.
Соловьёва танцует (не на барной стойке, хвала всему святому, что есть на земле!) обжигающе чувственный танец посреди танцпола. Её окружает толпа улюлюкающих и подбадривающих людей. Никто не пытается к ней приблизиться, и только это спасает всех, кто глазеет на мою малышку!
Шарю по толпе глазами, выискивая Лео и охрану. Нахожу первого попавшегося и, хватая его за рукав, притаскиваю к себе. Тот, не привыкший к такому, ошалело выпучивает глаза.
– Почему. Она. Здесь?! – низкий утробный рык пугает даже меня самого.
Заставляю себя немного успокоиться.
– Дык, просто танцует! Ничего такого… Приказа не было…
– Ничего такого – это у тебя в башке! – отбрасываю его от себя. – Гдн Леонид?
– Отлучился недавно, – чешет репу, – уводил какую-то брюнетку из клуба.
«Какую-то брюнетку» знают все в этом клубе. Значит, этот парень новенький.
Расталкивая локтями толпу, движусь прямо к цели. И чем ближе подхожу к Тане, тем явственнее понимаю – она пьяна в стельку! Ничего и никого не видит вокруг себя. Самозабвенно танцует гипнотизирующий танец, обводя руками тело и покачиваясь в такт музыке.
Кто-то пытается возмутиться, получив локтём в бок, но завидев меня, захлопывают рот, с которого так и не срывается ни одного слова. Выйдя в центр толпы, молча подхватываю птичку на руки и слышу возмущенное «эй», чуть не контузившее меня на одно ухо. Правое.
Невольно сморщившись от полученной порции децибел, отклоняю голову в противоположную сторону от иерихонской трубы. Но девушка не даёт провести маневр до конца, крепко цепляясь руками за шею. И в шею. Пальцами.
– Т-ты хто т-такой? Ик-куда мня несш?! – я едва понял смысл фразы, ибо язык у неё заплетается неимоверно. – А ну, жив-о пставил мня на место!
Слова заставляют немного улыбнуться. Всё же, неправда, что она пойдет с первым встречным…
– Не узнаешь своего хозяина? – не сдерживаюсь от возможности подтрунить над девушкой.
Вместо ответа она склоняется к моей шее и принюхивается. А меня простреливает не то током, не то смертоносной волной огня, выжигающей всё на своем пути.
– М-м, – мурчит на ухо Таня, – точн, хзяин. Дениска! Пр-ятн, пахнешь лесом. – вздыхает. – Как зверь. Так бы и…
И, видимо, чтобы не насиловать голосовые связки и затуманенный рассудок лишней болтовней, она просто ведет носом по рвано бьющейся на шее жилке, припадает к ней губами, а потом… Облизывает её влажным язычком.
Б*ять! Это просто…
Член реагирует незамедлительно, грозя порвать штаны. Я крепче прижимаю к себе зеленоглазую лису, сводящую меня с ума, и быстрым шагом поднимаюсь к себе в кабинет, соединенный с приват-кабинкой.
С ноги распахиваю дверь и укладываю птичку прямиком на кровать. Она распахивает мутный взор и приоткрывает пухлые губки, смотря на меня снизу вверх. И мою крышу уносит окончательно. К херам. Далеко и надолго.
– Денис… – шепчет она и тянет ко мне белоснежную изящную ручку. – Мне холодно. Так холодно, – ладонь, не тянущаяся ко мне, ведёт по телу, огибая выпуклые части. Совращая. Соблазняя трахнуть малышку. – Согрей меня…
Я понимаю, что Таня вряд ли вспомнит нашу незабываемую ночку, после такой попойки. И только это останавливает. Не даёт сорваться и накинуться на девушку, словно дикий, голодный зверь.
Меня всего трясёт, как в лихорадке. Сил терпеть уже нет никаких. Особенно видя, кА кона просит. Зовёт меня. МЕНЯ! Не кого-то другого!
Малышка обхватывает себя за плечи и чуть ли не хнычет. Сводит шикарные ножки вместе и ёрзает на алых простынях.
– Пожалуйста.
Бля… Она ещё и умоляет.
Я отвожу взгляд, но он так и липнет обратно к Тане. К её хрупкой фигурке. Длинным ножкам. Тонкой талии. Пышным грудям. Изящной шейке. Манящим губам. Роскошным волосам, разбросанным по кровати. И завораживающе зеленым глазам.
Как?! Как сдержаться? Где найти силы, чтобы не выглядеть наутро гребанным мудаком, который воспользовался ситуацией?
С силой тру лицо ладонями. Собираюсь ринуться в ванную и принять ледяной душ, дабы утихомириться хоть немного. Но не могу сделать и шага, потому что хрупкая ладошка ухватывается за штанину и держит меня, заставляя оставаться на месте.
Я тяжело вздыхаю. И сдаюсь.
Видят Боги, если они существуют, я пытался…
Со стоном обхватываю лицо малышки руками и целую. Она льнёт всем телом ко мне, охотно отвечая на поцелуй. Точно так же, как в моих похотливых фантазиях. Прогибается в спине, выставляя напоказ грудь, когда я веду рукой по плавному изгибу позвоночника. Цепляется за меня, погружая пальчики мне в порядком отросшие волосы. Легонько тянет за них, вызывая мелкие разряды тока в этом месте.
– Чёрт, что же ты творишь со мной, маленькая? – хрипло произношу я, не узнавая свой голос.
Не надеюсь на ответ, и уж тем более не предполагаю, что Таня ответит. Вопрос скорее носит риторический характер. Но девушка удивляет. Отрывается от моих губ и заглядывает прямо в глаза.
– То же, что и ты со мной, – шепчет мне в ответ и прикасается указательным пальчиком к моей нижней губе.
В зеленых глазах рассеивается туман, и я понимаю, что не так уж она и пьяна, как хочет казаться. И осознание, понимание, просто рвёт сердце в груди, заставляя его бешено колотиться.
Ловлю её палец губами и провожу по нему языком, несильно прикусывая мягкую подушечку. Таня судорожно всхлипывает и утягивает за собой на кровать, укладываясь под меня. Смотрит так открыто и доверчиво, что у меня дыхание в зобу спирает.
Она и так может? Сегодня прямо-таки день открытий…
Обхватываю рукой её горло. Срабатывают инстинкты. И слишком поздно вспоминаю, что не каждая готова так открыться. Не каждой нравится подобный вид любовной игры.
Замираю. И пораженно таращусь на зеленоглазую, которая вытягивает руки вверх и поднимает голову, открывая шею ещё больше. Показывая, что согласна на всё, что я сделаю. Что она… действительно мне доверяет. Целиком и полностью.
Рык, срывающийся с губ, оглушает и меня самого. Я припадаю носом к её шее и втягиваю ох*ительный аромат цветов. Сладкий. Манящий. Сводящий с ума ещё больше. Погружающий меня в какой-то отдельный мир, полный кайфа. Одержимости этой девушкой.
Сильнее стиснув шею, задираю свободной рукой платье, которое сам выбрал для неё. Которое в своих фантазиях сорвал прямо там, в примерочной, и трахал птичку, прижав к зеркалу. Чтобы она видела нас. Видела и кончала. По нескольку раз!
Пальцы отодвигают мокрые трусики и касаются текущего лона. Я сцепливаю зубы, находясь на грани. Е*учей грани, чтобы не стащить штаны и не вонзиться в малышку, грубо оттрахав её.
Нет. Всё внутри противится этому. Я хочу её до одури, но… не так. Не сегодня. Не сейчас, когда она так ластится и льнет ко мне всем телом. Не в тот момент, когда её разум снял оковы только благодаря промиллям в крови.
Я буду нежен. Настолько, насколько хватит сил. Подсажу её на себя так же, как она подсадила на себя. Хитрая лисица. Дождусь, когда она будет сама просить больше. Вот тогда и…
Мучительный стон вырывается из груди, стоит только почувствовать прикосновение пальцев на своём члене. Малышка проводит по нему сквозь ткань, но даже так боюсь, что кончу прям в трусы – настолько сильно хочу её.
Задираю платье ещё выше, рву мешающие трусики, и раздвигаю ножки.
– Прекрасна, – вырывается вслух. – Малышка моя, ты так прекрасна.
Тянусь к влажному средоточию, буквально кожей чувствуя, как напрягается Таня от томительного желания. Её голова запрокидывается и мечется по кровати, когда мой язык касается клитора и совершает поступательные движения вниз и вверх. Кружит.
Она вскрикивает, ощутив кончик языка у себя внутри. Выгибается дугой. Стонет и лихорадочно сверкает ярко зелеными глазами. Её руки невидяще шарят в пространстве, а когда находят мою рубашку, цепляются за неё и тянут на себя.
– Пожалуйста, Денис, – просит, когда наши лица оказываются на одном уровне. – Я уже не могу… Прошу…
А вот и тот самый момент. Она сама желает. Просит. Умоляет. Как же я хотел это услышать! Да! Наконец-то!
Внутри всё ликует. Что-то в груди распирающее ширится, грозя разорваться. Радость? Или эмоция очень похожая на неё?..
Стягиваю с себя всю одежду. Куда-то исчезает всё моё нетерпение, стоит только понять, что малышка никуда не собирается сбегать. Касаюсь застёжки на боковой поверхности платья и избавляю Таню от него. Лиф летит куда-то на пол.
Она предстаёт передо мной полностью обнаженная. Всё зудит, свербит от желания почувствовать своей кожей её – бархатную и нежную.
– Денис, – обхватывает моё лицо ладонями, и тянет к себе.
Накрывает мои губы своими. Поцелуй выходит нежный. Трепетный. Неторопливый.
– Да, малышка? – хриплый рокот.
– Я тебя не… ненавижу.
До моего помутненного рассудка не доходит, что она хочет этим сказать. То, что ненавидит, или не ненавидит. Да и мне в этот момент просто напросто плевать. Достаточно и того, что она трепещет в моих руках. От прикосновений и ласк. Пусть говорит, что хочет. Глаза не обманывают.
А они смотрят на меня двумя горящими изумрудами. Самыми бесценными сокровищами, таящимися в глубинах.
Член упирается в горячее лоно между разведенными ногами девушки. И я больше не могу ждать. Особенно, когда она так призывно раскрыта передо мной. Одним толчком заполняю её полностью, и не сдерживаю стон.
Кажется, мы застонали в унисон, ибо её нежный голосок вторил моему зверином рыку.
Упираюсь одной рукой в матрас, а второй впиваюсь в упругое бедро, насаживая Таню на себя. Она смотрит на меня из-под полуприкрытых ресниц и стонет от удовольствия. От каждого мерного толчка. И чем быстрее я начинаю двигаться, тем громче она стонет.
Малышка дрожит подо мной. Её подрагивающие ладони скользят по моему телу, изучая. Гладя. Даря ещё больший экстаз.
Я закатываю глаза от удовольствия, понимая, что на грани. Притягиваю Таню к себе, чтобы ощущать её полностью и вколачиваюсь бедрами до упора, ощущая, как сжимаются мышцы влагалища, становясь ещё уже. Как впиваются пальцы в мою спину, крепко обхватывая её. Скользят, наверняка оставляя красные борозды по всей траектории.
Я прислоняюсь своим лбом к её, периодически целуя. Прихватывая губы и шею, которую она подставляет под поцелуи. Наше шумное дыхание смешивается.
– Ещё, сильнее, – выкрикивает девушка. – Да! Да! Да!
Крик оргазма малышки тонет в моём поцелуе. Наши языки сплетаются в одном только им известном танце, и я с рыком кончаю вслед за Таней, войдя до упора. Тела сотрясает от умопомрачительного оргазма, и я едва успеваю сдвинуться в бок, чтобы не рухнуть прямиком на девушку от обессилия.
Притягиваю малышку к себе, не желая отпускать. Накидываю поверх покрывало, и заключаю в крепкие объятия, кладя её голову себе на плечо. Целую, ощущая, как она всё ещё вздрагивает от каждого моего прикосновения.
Улыбка не сходит с моего лица. И я чувствую себя гребанным идиотом. Или самым счастливым человеком на всей планете – кто знает?
Мы так и засыпаем в обнимку. И пусть весь мир подождёт.