Глава 9

Сначала я не понимаю, что происходит.

Оглушающий выстрел врезается в сознание, равно как и вскрик птиц, разлетевшихся с насиженных верхушек деревьев ввысь кто куда. Они пугающим черным полотном пролетают перед взором, нагнетая и без того обострившуюся атмосферу.

Спустя секунду, до испуганного разума доходит, что в унисон птицам вскрикнула и я сама.

Выстрел повторяется. И я, наконец, понимаю, что посреди леса ружью или пистолету взяться неоткуда. А значит…

Неужели Денис и вправду решил пристрелить меня за побег?!

Пальцы ног и рук немеют, несмотря на то, что в машине достаточно тепло. Я давлю на газ, ускоряясь, потому что не могу понять, с какой стороны стреляют. А вступивший в свои законные права вечер в лесу начинает диктовать свои правила. Так что даже при всём желании я бы ни за что не смогла разглядеть, кто и откуда стреляет.

Включаю фары, и в этот момент раздаётся ещё один выстрел, который достигает цели. Пуля попадает в заднюю дверь с водительской стороны, и со звоном отскакивает. Успокоившееся было сердце, оглушительно бьёт по вискам. Дыхания начинает не хватать, и мой желудок скручивается от тошноты, мгновенно подкатившей к горлу.

С трудом осознаю, что стрелявший чудом не попал в мою дверь. В меня.

Разум отказывается верить в реальность происходящего. В то, что я могу умереть…

Мои мысленные сомнения развеивает в пух и прах целый залп пуль. Они тарабанят со всех сторон, снова отлетая от машины. И до меня в последнее мгновение доходит, что она бронированная. И только поэтому я до сих пор жива.

Черт подери! Как я умудрилась во всё это вляпаться?! Как?!

Хныкаю вслух, закусывая губу, чтобы не разреветься. В груди давит так, что можно прокладывать маршрут прямиком к невропатологу. Не ошибусь. Авось откапает. Иначе через пять минут меня придётся откапывать, но уже не невропатологам, а судмедэкспертам… Из-под земли…

Перед взором мелькает что-то. Я с ужасом и криком едва успеваю нажать на тормоз, потому что передо мной на дороге возникает человеческий силуэт. И, несмотря на ситуацию и понимание, что лучше бы я не останавливалась – это была бы самозащита, учитывая то, что в меня стреляют – наехать на человека, не могу.

Машина визжит тормозами. Звук противно разлетается по всему лесу, который за время пути так и не хотел кончаться. Я по инерции больно ударяюсь лбом о руль, после чего с трудом заставляю себя поднять глаза и посмотреть перед собой сквозь лобовое стекло.

Освещенный фарами, в метре от капота машины стоит Денис. Он смотрит на меня с осуждением и недовольством. Но желания убить меня я не вижу, как бы ни пыталась.

И тут до воспаленного побегом и адреналином сознания кое-что доходит. Пазл складывается в последний момент, когда я не вижу в руках Дениса ничего похожего на пистолет.

Я едва успеваю приоткрыть дверь на свой страх и риск, чтобы крикнуть мужчине:

– Ложись!

Его глаза, расширившиеся от понимания происходящего, наверное, будут мне часто сниться в кошмарах.

Мужчина, вопреки моим словам, не ложится, а едва успевает заскочить и спрятаться за машину. Раздается залп выстрелов по тому месту, где он только что был, украшая снег на дороге темными точками.

– Закрой дверь, живо! – кричит Денис, явно не собираясь садиться в машину. – Таня! – подгоняет, смотря мне в глаза через стекло пассажирской двери. – Закрывай!

Я успеваю выполнить команду и лечь на сиденье, прикрыв голову руками, прежде чем по моей двери проносится звон от пуль.

Господи, так это не Денис в меня стрелял?! Тогда кто?! Что вообще происходит?!

Мужчина слегка выглядывает из-под капота и кричит в противоположную сторону:

– Кто вы? Что вам нужно? – но вместо ответа в машину всаживается ещё целый ряд пуль. – Б**дь! Что б вас всех, уроды! – чертыхается Денис.

Я же боюсь даже голову высунуть. Такие вещи со мной происходили… Да вообще никогда не происходили! Я только в блокбастерах и криминальных сериалах такое видела!

С пассажирской стороны распахивается дверь. В происходящем кошмаре до меня не сразу доходит, что это всего лишь Денис. Но я бы всё равно ничего не сделала, потому что от ужаса оцепенело всё тело.

– Ты как? Не ранена? – тараторит он, также пригибаясь и вновь оглядывается, щурится, пытаясь разглядеть что-то в непроглядной тьме.

Я просто отрицательно качаю головой, чувствуя, как слёзы подкатывают к глазам, и осознавая, как я рада его видеть. Рада, что это не он стрелял. Что он не сумасшедший, каким я его считала.

– Сейчас осторожно перелезь на заднее сиденье. Я поведу. – и когда я не спешу выполнить его просьбу, он шипит. – Таня, живо приди в себя! Сейчас не время для истерик, иначе нас убьют!

Его слова приводят меня в более-менее сносное состояние, откладывая водопад из слёз на неопределенный срок. Я осторожно поднимаю голову и пытаюсь пролезть назад между передними сиденьями, но выстрелы раздаются снова. На этот раз прямо по стеклу.

Оно выдерживает пару пуль, а потом по нему проходят трещины.

Денис снова чертыхается благим матом.

– Остановись! Стой, уже уже нет времени! Дави на газ, Таня! Давай же! – кричит на меня мужчина.

Я пытаюсь усесться обратно. Но в следующую секунду стекло разлетается на тысячи мельчайших осколков от пули, которая пролетает прямо перед моими глазами. В миллиметре.

Я кричу. Пока кричу, пытаюсь надавить ногой на газ, чтобы уехать из этого проклятого места. Но тут снова стреляют из темноты. На этот раз защиты нет, она только что разлетелась в пух и прах. На этот раз пули достигнут цели…

Всё остальное происходит, как в замедленной съемке.

– Таня! – я оборачиваюсь, чтобы посмотреть на Дениса, в его глаза, полные ужаса и страха за меня и мою жизнь, и одновременно давлю ногой на газ.

В это мгновение происходит сразу несколько событий. Первое – машина пробуксовывает на месте, но всё же с рёвом трогается. Второе – Денис бросается на меня в прямом смысле этого слова. Накрывает собой и толкает вниз, перехватывая руль.

А третье… Я слышу приглушенный стон боли, доносящийся из груди мужчины.

– Только не переставай давить на газ, птичка! Давай, жми! – рычит он. – От тебя зависит, выживем мы сегодня или нет. – в его голосе чувствуется горькая ирония.

И я выполняю его приказ, не видя ни дороги, ничего вообще. Всё, что стало моим миром в эти мгновения, моей баррикадой и защитой от пуль  – это тело и цитрусово-древесный запах Дениса.

Машина мчится вперед, повинуясь нажатию моей стопы, и чуть ли не подпрыгивает на каждой кочке. Всё же это не автомагистраль, а проселочная дорога. Долго ехать подобным образом у нас не получится.

– Бери руль, – доносится до моего оглушенного происходящим сознания, спустя минуты две такой езды.

Я автоматически перехватываю двумя руками круг, отделанный кожей, и немного отпускаю педаль газа, сбавляя скорость.

Денис выпрямляется и возвращается на пассажирское сиденье, но не выпускает руль до тех пор, пока я полностью не сосредотачиваюсь на дороге. Только после этого он откидывается назад, и выдыхает, болезненно морщась, словно даже это действие даётся ему с трудом.

– И почему я вообще поверил в разыгранный тобою спектакль? – негромко произносит мужчина, словно разговаривая сам с собой, и досадливо хмыкает.

– Ч-что? – нахожу силы выдавить из себя вопрос.

А в голове крутится целая куча других вопросов. Как, например: кто эти люди? Зачем они стреляли в нас? Кто такой Денис на самом деле? Но я сомневаюсь, что сейчас подходящее время для разговоров, учитывая ситуацию, поэтому прикусываю язык, предпочитая молчать.

У меня ещё будет подходящее время расспросить его.

– Ты буквально  пару часов назад мне заявила, что ни за что на свете не переспишь со мной добровольно и тут соблазнение… Я полный дибил, раз повёлся на это. – с холодной усмешкой на губах качает головой

– Это единственное, что заботит тебя в этот момент?! – взрываюсь я, совсем не ожидая услышать нечто подобное. – Не люди, которые, возможно, гонятся за нами и собираются закончить начатое? Не то, что ты ранен..? – я резко захлопываю рот, потому что все мысли вылетают из головы.

Только сейчас до меня доходит, что Денис и вправду ранен, потому что я вижу, как из его плеча сочится кровь, а он в это время пытается прикрыть рану здоровой рукой. Зажать её.

– О, господи… – вылетает из пересохших губ.

– Таня, не отвлекайся от дороги! – грозно требует Денис, когда мы влетаем в очередную кочку и подпрыгиваем всем салоном. – Ты не мешки с картошкой везёшь, в конце концов.

– Нам нужно в больницу! Ты истечешь кровью и умрёшь прямо в машине, если мы сейчас же что-нибудь с этим не сделаем! – поддаюсь панике, мгновенно осознавая, что я не переживу, если Денис умрёт на моих глазах.

Чья-то смерть – это не то, с чем бы я смогла жить дальше, а огромное потрясение.

– Нам нельзя в больницу. Начнут задавать много неудобных вопросов. – мужчина напряжен. На его висках вздулись вены. Брови сошлись на переносице, став чуть ли не единым целым.

– Ты не понимаешь, что говоришь. У тебя бред. Мы прямо сейчас поедем…

– Нет! – рявкает он так, что у меня разом пропадает любое желание спорить. Заметив это, он чуть смягчается. – Нельзя. Просто поверь. – и смотрит на меня умоляющим взглядом. – У меня нет сил с тобой спорить, птичка. Так что, пожалуйста… – прикрывает глаза на секунду, собираясь с силами. – Похоже, я через пару минут отключусь. Так что слушай внимательно.

– Денис, – лепечу дрожащими губами.

– Просто послушай. – очень настойчиво перебивает. – Сейчас будет проезжая часть. Повернешь направо. Проедешь пять километров до клуба. Ни в коем случае, и ни под каким предлогом не останавливаясь. Ты меня поняла? – лишь дождавшись моего кивка, он продолжает, пока я старательно пытаюсь сосредоточиться не только на дороге, но и на его словах. От меня зависит его жизнь… Боже… – Ты же помнишь, как выглядит клуб? Мулен Руж. Зайдешь туда, охране скажешь, что тебя послал Денис Ставровски. Попросишь срочно привести к тебе Леонида. Когда он появится, объясни ему всю ситуацию, он сам отвезет меня к врачу. Сама жди в отеле возле клуба, в котором мы…

Денис прерывается, резко вдыхает, сквозь стиснутые зубы, и сильно щурится.

– Денис, ты в порядке? – взволнованно пищу я, собираясь остановиться на обочине и помочь ему.

– Я тебе что сказал минуту назад? Никаких остановок! Или ты в душе блондинка?! – рычит мужчина, стреляя глаза в сторону дороги. – Просто. Довези. Меня. До. Клуба. – чеканит слова. – Я буду в порядке, если ты сделаешь всё согласно моим инструкциям. В противном случае, ты даже до проезжей части не доедешь с такой куриной памятью!

– Эй! Давай обойдемся без оскорблений! Я вообще-то помочь тебе хотела. – огрызаюсь в ответ.

Но до меня не доносится ни звука. Сначала я не обращаю на это внимания, думая, что Денису стало совестно. Но чуть позже понимаю, что не по этому.

– Вот гадство! – ругаюсь, стуча по рулю и не зная, за что мне всё это наказание.

Денис отключился, оставив меня один на один с проблемами, которые уже наверняка у меня на хвосте. С его личными проблемами, между прочим! Благо, успел пристегнуться, поэтому не полетел носом вперед и не расквасил себе лицо…

Надеюсь, я успею его спасти. Всё же он, как-никак, спас мне жизнь, заслонив собой. Я теперь его должница.

А долги я привыкла возвращать несмотря ни на что.