Глава 10

До клуба добираюсь, на удивление, быстро и без проблем. Трасса в это время суток пустовала, а навигатор сделал своё дело, выведя кратчайший путь. Погони не было.

Возможно, те, кто стреляли в нас, решили повременить. А может, их изначальной целью было припугнуть. Но кого? Меня или Дениса? Хотя… не похоже на то, что они хотели нас просто припугнуть.

Взгляд невольно приклеивается к пассажиру в отключке. Сжимаю руль обеими руками так, что костяшки пальцев белеют. В салоне холодно, потому что от водительского окна осталась лишь стеклянная крошка, а на дворе ноябрь. Но я всё равно не решаюсь зайти в клуб, который красуется прямо перед носом машины.

Меня терзают сомнения.

Почему бы просто не сбежать? Наверняка каждый в «Мулен Руж» знает, чья это машина, раз Денис так уверенно говорил, что охрана меня пропустит. А если получится так, что некий Леонид обвинит во всём меня? Всё выглядит слишком подозрительно.  Я бы точно не поверила.

Еще около пяти минут я борюсь с собой, боясь принять неверное решение.

Но внезапно Денис издаёт глухой болезненный стон. И это перевешивает всё, что было на чаше «сбежать».

Я не могу вот так вот просто оставить его на произвол судьбы. А вдруг машину обнаружат не сразу? Или решат не беспокоить владельца?

Да, он козлина ещё та, но, несмотря на это, Денис заслонил меня собой. Мог тысячу раз изнасиловать, но не сделал этого. А значит, зла, настоящего, он мне не желает. Иначе прибил бы сразу, как только отыскал беглянку.

Пока для меня остаётся загадкой, для чего тогда он меня похитил… Но и это можно выяснить если я спасу своего похитителя. И спрошу с него. По полной. Как только придёт в себя.

Решившись, выхожу из машины и уверенным шагом иду к входу в клуб. Двое громил тут же преграждают мне дорогу и сурово смотрят из-под нахмуренных бровей.

Оно и не удивительно, ведь выгляжу я потрепанно. Да ещё и, наверняка, на одежде засохшие пятна крови Дениса, и своей собственной, – крошка от стекла, разлетевшись, поцарапала кожу, вызвав мелкие повреждения на неприкрытых одеждой участках тела.

– Я от Дениса Ставровски.

В разгар происходящего я не обратила внимания на его фамилию. Но стоит мне ещё раз произнести её в более спокойной обстановке, как что-то внутри неприятно царапает. Мысль, способная раскрыть происходящее, плавает где-то на поверхности, но мне не удаётся ухватиться за неё. Голова трещит, и боль притупляет всё остальное.

– Кто такая? – гремит надо мной один из лысых вышибал.

– Думаешь, назвала фамилию, и всё? Пропуск заслужила автоматически? – вмешивается второй, более умный экземпляр. – Нет, дорогуша, одной фамилии босса недостаточно, чтобы пройти в элитный загородный клуб. Таких, как ты тут предостаточно.

Он кивает куда-то в сторону. Любопытство заставляет обернуться и посмотреть.

Там стоят разномастные девицы, но всех их объединяет одно – они явно нацелены найти развлечение на ночь или богатых папиков. Вычурная одежда, вызывающее поведение, стервозные, как на подбор, лица. И все выглядят, словно товар на аукционе – сразу хочется оценить.

Я морщусь и возвращаю взгляд обратно на громилу, что поумнее.

– За моей спиной машина вашего босса.

На самом деле я блефую в этот момент, потому что точно не уверена, босс ли он им. Но иду ва-банк, так как иного выхода не вижу. Неизвестно, сколько ещё мне вот так вот перед ними стоять и убеждать, что я не из «этих».

Глаза громил стреляют в указанном направлении. Лица становятся хмурыми – видно, что мыслительная деятельность запустилась. И я добиваю:

– Он послал меня сюда. Не пропустите внутрь, так позовите сюда Леонида. Немедленно.

– Это реально машина босса. – игнорирует меня первый, что потупее. И чешет лысину.

– Номер его. – кивает второй.

– Немедленно! – гаркаю, теряя терпение. – Леонида! Живо!

Видимо, прямая задача этих двоих выполнять приказы, а не думать, ибо они сразу же реагируют. Тот, что поумнее, достаёт рацию и несколько раз проговаривает в неё:

– Приём, приём. Пост охраны вызывает Леонида.

Сначала ничего не происходит. Я слышу лишь шум помех. Но потом что-то скрипит, настраивая нужную волну, и до нас доносится ответ:

– Слушаю. Что у вас там стряслось на этот раз? Очередной форс-мажор? – доносится усталый баритон, искаженный динамиком рации.

– Можно сказать и так. – косится на меня громила. – Тут девушка. – замолкает, подбирая слова. – Странной внешности. Говорит, что Денис Ставровски послал. Требует вас. Немедленно.

Замечаю на лице вышибалы ироничное выражение и чувствую, как накатывает волна злости.

Там Денис лежит без сознания. Теряет кровь. На счету каждая минута, а эти олухи забавляются!

И, несмотря на то, что Денис сказал мне сообщить Леониду лично, вырываю рацию из рук громилы и твёрдо чеканю:

– Леонид, Денис ранен. И если вы сейчас же не окажете ему помощь, он может погибнуть от кровотечения.

Громилы округляют глаза не только от моей выходки, но и от слов. И стоят истуканами, не понимая, что со мной делать. Видимо, впервые с ними так нагло себя ведут.

Оно и понятно. Я бы в здравом уме и светлой памяти тоже обходила бы их стороной. Но усталость и пережитый стресс дают о себе знать и мне уже плевать на всё. На последствия, на страхи, на желание сбежать. Хочется просто лечь и уснуть. Лишь бы не находиться здесь и сейчас. Абстрагироваться.

Динамик рации молчит всего пару секунд.

– Я сейчас буду. – доносится из него настороженное.

Только после этого возвращаю рацию её владельцу, отходя в сторону. За спиной слышится недовольное бурчание тех, кто застрял в очереди за мной. Но мне глубоко фиолетово и на недобрые взгляды и на ворчание. Я мечтаю лишь об одном – чтобы это всё скорее кончилось.

Не проходит и минуты, как двери клуба открываются, и из них выходит статный молодой человек. Одет примерно так же, как Денис, только в более светлых тонах: рубашка молочного оттенка выгодно подчеркивает блондинистые волосы, аккуратно уложенные гелем, а брюки идеально отглажены. Хоть бери его и прямо сейчас топай на торжество по случаю окончания универа.

Его цепкий взгляд голубых глаз скользит по толпе у клуба, и безошибочно выделяет меня. После чего он оказывается рядом со мной, протягивая руку для приветствия.

– Добрый вечер. Моё имя Леонид. Надеюсь, это не была изощренная шутка с вашей стороны, иначе…

Но он замолкает, как только я пожимаю его руку в ответ и представляюсь.

– Татьяна.

– Что случилось?

Взгляд голубых глаз теряет всякую подозрительность и недоверие, став максимально серьезным. Между бровей залегает глубокая морщинка, словно ему часто приходится хмуриться вот так. Он смотрит на меня другими глазами. Взгляд, наконец, отмечает пятна на одежде и некую растрепанность в моём внешнем виде.

– На нас напали. Неизвестные стреляли, когда мы ехали по дороге из леса. Дениса ранили. – понижаю голос, чтобы нас не услышали зеваки, толпившиеся вокруг

Я говорю сухо. Одними фактами. Чтобы сэкономить время.

– Где он?

Вместо ответа киваю в ту сторону, где припарковала машину. Леонид секунду оценивает ситуацию, а после стремительно шагает к черной БМВ.

– Как давно стреляли?

– Примерно, полчаса назад.

Леонид подходит к машине. Видит Дениса. Он всё еще в отключке. Желваки на его скулах напрягаются, он достаёт телефон из кармана и совершает ряд звонков: один – врачу, насколько я поняла из короткого разговора, а второй – неизвестным людям, которым мужчина только раздал указания.

Я не вслушиваюсь в разговор. Обхватываю себя за плечи и зябко ёжусь, только сейчас понимая, что убежала из загородного дома Дениса в том, в чём была, не утруждаясь облачением в верхнюю одежду. Тогда мной двигала одна единственная мысль – сбежать.

Кто бы знал, что всё так обернётся.

– Спасибо вам, Татьяна. – Леонид оборачивается ко мне. В его глазах, кажется, и вправду видится искренняя благодарность. – Вы можете отдохнуть в отеле. Дальше я разберусь со всем сам. Мои люди проводят вас. – без намека на то, что я могу оспорить последнее заявление, произносит блондин.

– Я не собираюсь идти в отель. – неожиданно, внутри поднимается волна протеста, и я выпаливаю то, что первое проносится в голове. – Пока не увижу собственными глазами, что Денису оказали помощь и он в порядке, даже не надейтесь от меня избавиться.

Сомневаюсь, но мне кажется, что в голубых глазах мелькают искорки веселья. Но они пропадают, будто их и не было, как только мужчина моргает.

– Как скажете.

На удивление, Леонид не пытается спорить или отослать меня подальше. И это обескураживает, ведь я уже настроилась на то, чтобы отстаивать свою точку зрения. Хотя сама не до конца понимаю, что заставило меня принять подобное решение.

Блондин открывает пассажирскую дверь, делает какой-то знак одному из громил, и он тут же оказывается рядом.

– Осторожно перенесите Дениса ко мне в кабинет. – взгляд Леонида цепляется за перевязанное плечо выше места ранения, когда Ставровски вытаскивают. В голубых глазах мелькает одобрение. – Перевязано довольно-таки профессионально. Вы медик?

Помощь по остановке кровотечения я оказала Денису сразу же, как только мы остановились у клуба. Но только сейчас до меня доходит, что я делала это на автомате, пока была полностью погружена в свои мысли о том, сбежать мне или остаться.

– Нет, – качаю головой из стороны в сторону. – у нас был дополнительный курс на выбор. Я решила обучиться оказанию первой помощи в экстренных ситуациях. Пригодилось, как видите. – слышу долю иронии в своём голосе.

Леонид понятливо кивает и, замечает, что я ёжусь от холода.

– Пойдёмте внутрь, я угощу вас горячим глинтвейном.

Я с благодарностью смотрю на блондина, и мы молча проходим в клуб через черный вход, следом за громилой. Темнота и ограждение служат прикрытием от любопытных глаз.

И, стоит только двери за моей спиной захлопнуться, я запоздало раздумываю: а правильно ли я поступила? Или, может, всё же стоило сбежать от зверя-похитителя, пока была возможность?

***

Кабинет Леонида просторный, светлый и уютный. А ещё довольно аскетичный: ничего лишнего, только рабочие принадлежности и минимум мебели. Громила укладывает Дениса на диван, после чего уходит, оставляя нас с блондином наедине.

Я нервно топчусь у входа, пока Леонид проходит к одному из шкафчиков и достаёт из него аптечку.

– Не стесняйтесь, чувствуйте себя, как дома. – вежливо улыбается он и достаёт из коробки нашатырный спирт.

Ага, мне уже один предлагал чувствовать себя, как дома, но при этом посоветовал не забывать, что я в гостях. Так что рано расслабляться, несмотря на все старания блондина устроить гостеприимную атмосферу.

– Давно он в отключке? – хмурится, кидая задумчивый взгляд в сторону Дениса.

– Примерно с того самого времени, как по нам стреляли. – отвечаю я и прохожу к дальнему креслу. Усаживаюсь в него, и только сейчас понимаю, насколько же я устала.

Глаза невольно прикрываются. Я жмурюсь, мечтая просто нормально поспать.

– Может, всё-таки отправитесь в отель? – предлагает Леонид. Я лениво приоткрываю веки и ловлю на себе участливый взгляд голубых глаз.

– Нет. – несмотря на состояние, голос звучит твёрдо.

– Я его не съем, пока вас не будет. – хмыкает мужчина. – Приведу в чувство, подлатаю. Не более. Как-то же уживались с ним до этого момента.

Блондин пытается шутить, судя по виду, но у меня совсем не то настроение, поэтому я просто направляю на него угрюмо-упрямый взгляд исподлобья. На что ответом мне служит усталый вздох.

– А вы..? – замолкаю, давая возможность Леониду закончить фразу самому.

– Я его хороший друг.

Ага, так я и поверила. Одна улыбка блондинчика чего стоит. Может, он и друг Денису, но явно не простой. Их связывает что-то ещё. Возможно, бизнес.

Если сложить два плюс два, то, судя по всему, клуб принадлежит им. Совладельцы?

Пока мои мысли лениво строят предположения, Леонид усаживается на диван рядом с Денисом и подносит к его носу вату, смоченную нашатырным спиртом. Ставровски хмурится, закашливается, но постепенно приходит в себя. На его лице мгновенно проступает недовольное выражение, словно его без причины разбудили посреди ночи.

– Лео? Что..? – хрипит он, осматриваясь затуманенным взором. Но через долю секунды Денис подскакивает на диване, болезненно кривится. Глаза его испуганно расширяются. Ищут кого-то, сканируя пространство. – Где она? – следом вылетает из его губ.

Кресло находится в дальнем углу кабинета, поэтому я нахожусь вне поля зрения своего похитителя. От того он сразу меня не замечает.

В груди почему-то начинает щемить. Внутри разливается непонятное мне тепло.

Неужели он так сильно беспокоится за меня? Или причина в другом? Рыбка ускользнула из сетей..?

Как бы ни хотелось думать, что первое предположение верное, нужно смотреть реальности в глаза. Прошло слишком мало времени, чтобы он на самом деле искренне беспокоился за меня. Так что…

– Она в порядке. – ухмыляется блондин и косится в мою сторону.

Денис тут же прослеживает за его взглядом и, наконец, натыкается на меня. Сложно передать ту жгучую смесь эмоций, что мелькает в его карей радужке, но одну я разглядела очень явно. Неверие, вот что превалировало над остальным. Он даже мысли не допускал, что я могу его не бросить!

И, как это обычно случается последние пару суток, во мне моментально просыпаются негодование и злость.

И какого черта после такого я вообще его спасала? Надо было бросить и дело с концом! Это ж надо быть обо мне такого мнения!

Морщу нос, демонстративно фыркаю, скрещивая руки на груди, и отворачиваюсь, впиваясь злым взглядом в окно, сквозь которое проступают очертания ночного неба, усыпанного звёздным полотном.

– Зря ты так, – цокает Леонид, – она защищала тебя, словно тигрица. Даже не пожелала идти в отель, пока не убедится, что тебе окажут помощь.

Я отрываюсь от окна и испепеляю ненавистным взором хитро ухмыляющегося блондина.

Подлец! Сдать меня с потрохами… По нам же ясно видно, что мы друг друга не перевариваем!

– Я вижу, – басит раненый и пытается подняться, чтобы сесть.

– Лежи, герой. – укладывает его обратно Леонид, вцепившись в его здоровое плечо. – Геннадьевич будет тут с минуты на минуту.

Денис сбрасывает его руку. И достаточно одного его взгляда, чтобы блондин поднял руки перед собой, встал с дивана и отошел на безопасное расстояние.

– Как знаешь.

«Друг, говоришь? Странные у вас отношения для друзей.» – проносится в голове.

Раздаётся стук. И только после разрешения Леонида в комнату входит миловидная девушка с разносом в руках. Она молча ставит на единственный имеющийся в кабинете стол три бокала с различным содержимым – бардовым, золотисто-коричневым и прозрачным – после чего также молча удаляется, не взглянув ни на одного из присутствующих.

Вот это я понимаю – вышколенный персонал! Делай своё дело и не суй любопытный нос туда, куда не следует.

Но именно это и наталкивает интуицию на не очень хорошее предчувствие относительно происходящего.

Денис поднимается с дивана и подходит ко мне, возвышаясь.

– Я же просил ждать меня в отеле.

– Мало ли что ты просил. – поджимаю губы, стараясь не смотреть на него.

– Даже и не знаю, благодарить тебя или отходить ремнём по вредной пятой точке, ищущей приключения там, где не следует. – вздыхает мужчина.

Раздаётся приглушенный смешок, который сразу попытались задавить, но вышло плоховато.

– Определись для начала. – тихо бурчу я, не желая продолжать разговор.

Сил совсем не осталось. Меня клонит в сон, и сопротивляться этому с каждой секундой становится всё труднее.

От дальнейшего странного диалога меня спасает врач, появившийся в кабинете, и вошедший без стука. Как к себе домой.

Тот самый «Геннадьевич» оказывается дедулей лет эдак шестидесяти, с добрым лицом, испещренным глубокими морщинами. В его руках покоится небольшой стальной чемоданчик, который он, несмотря на возраст, держит уверенно и крепко.

Доктор моментально оценивает витающую в воздухе атмосферу и разряжает напряжение одной простой фразой:

– Ну, что, сынок, всё никак не прекратишь набивать шишки? – качает седой головой, улыбаясь. – Что на это раз? Ножевое? Пулевое? Ссадины? Царапины? – сухой, трескучий голос звучит саркастично.

Значит, то, что произошло с нами в лесу, не впервые. Это плохо. Очень плохо. Похоже, я связалась с нехорошими людьми… Точнее, перешла им дорогу…

– Пулевое, Алексей Геннадьевич. – тепло улыбается в ответ Денис, оставляя меня в покое, наконец. Но перед тем, как пройти обратно к дивану на осмотр, бросает на меня многообещающий взгляд, что мы ещё вернемся к этому разговору.

На этот раз тяжко вздыхаю я, что не укрывается от внимательных цепких глаз доктора.

– Подлатаем сейчас, будешь, как новенький.

Леонид следит за происходящим с легким прищуром. И, пока Геннадьевич приступает к осмотру, блондин подходит к столу, берет бокал с бардовым напитком и протягивает его мне.

– Обещанный глинтвейн. Идеальное средство от простуды.

Я с благодарностью принимаю напиток. Отпиваю и уже спустя долю секунды ощущаю, как жар от горячего вина распространяется от горла по всему телу, согревая и расслабляя. Отгоняя ненужные мысли, тревогу, и усиливая желание провалиться в сон.

Глинтвейн кончается слишком быстро, и отставляю пустой бокал обратно на стол. Прикрываю глаза, не в силах больше держать их открытыми.

Голоса мужчин становятся приглушенными, мысли путаются между собой. Невозможно ухватиться ни за одну из них. И я сама не замечаю, как проваливаюсь в дрёму. А после – окончательно засыпаю.