Глава 12.

– Еще бы. Достопочтенный воспитатель приюта вылезает в окно ночью, чтобы потрахаться в лесу с бывшим любовником. Отличная статья для Спид-Инфо, – ухмыляется он и меня прошибает злость, а не веселье.

– Я не собираюсь с тобой трахаться! – замахиваюсь, но руку ловят его пальцы, а другая рука хватает за плечо.

– Я даже спрашивать не буду, – говорит он и тянет меня за собой в лес. А я иду. Иду, потому что давно не испытывала этого ощущения внутреннего подъема, когда знаешь, что скоро падение в пропасть, но вот сейчас этот путь самое нужное. То, что тебе необходимо. С ним. Только с ним.

Мы уходим недалеко, и что удивительно не попадаем в кромешную тьму, а останавливаемся на поляне залитой лунным светом.

Он вдруг отпускает меня и идет прямо, неоткуда не возьмись достает плед и бутылку вина.

Поднимаю брови и собираю руки на груди.

– Значит там ты меня не собирался трахать?

– Нет конечно, там же за стенкой спят дети, – делает он оскорбленное лицо, заставляя меня тем самым улыбнуться, а потом испытать любопытство.

– И когда ты успел это сюда притащить? – спрашиваю и осторожно к нему приближаюсь, пока он садится на расстеленное покрывало и разливает вино. Господи, сто лет ведь спиртного в рот не брала. Ничего в рот не брала…

– Гуляли здесь с Демьяном, – говорит он, и поднимает тост, а потом протягивает вино в бокале, медленно, не отрывая от меня взгляда.

– Ты ждешь, что я изменюсь, но я все такой же, а ты все равно здесь, – сажусь рядом с ним и беру бокал. Лечу к нему опять как мотылек на огонь. В надежде узнать, что огонь не был настоящим, а жар в груди просто отголоски боли. – Спустя пару дней встречи, а Жене своему дала два всего два раза за три с гаком года.

– Один раз, – поправляю его, и я смотрю в свой бокал. Помешиваю вино и чувствую, как Макс внимательно за мной наблюдает, подсаживается так близко, что касание ощущается даже через ткань брюк.

– Кончала?

– Имитировала, – говорю ему после небольшой паузы, почему-то не чувствуя неловкости от разговора такого характера.

– Тогда почему ты здесь, почему пошла за мной? – ставит он руку за моей спиной и наклоняется. Медленно, но верно, как танк, готовый размазать твои чувства по земле, от которого одно спасение. Смерть. С ним. Под ним.

– Хочу доказать себе, что и с тобой… имитировала… – Макс молчит, не слышно и смешка, только шум листьев над головой и стрекот сверчков. – Хочу доказать себе, что больше не люблю тебя.

– Полная хуйня, – рычит он мне в губы, забирает бокал и поднимает над нами. Продолжает смотреть в глаза и шипеть:

– Ты все помнишь. Поляну, твою комнату, бой, берег реки… И потом тоже… И в этом наша проблема. Как бы далеко мы не были друг от друга, мы помним все до мельчайших подробностей. Мы как вино. Попробовав хоть раз, вкус не забудешь никогда… – он все говорит и говорит, а я уже задыхаюсь, смотрю то на бокал, то на него, то хочу прикрыть глаза. Спрятаться от силы эмоций, которые закручиваются сильнейшим вихрем.

– Максим, – выдыхаю, потому что после его слов мне нечего сказать, потому что после его взгляда я не могу двигаться. Дышать. Существовать. Только он может управлять мною.

– Достань язык, – требует он и делает тоже самое. Выглядит при этом не смешно, а до дрожи, как эротично. Все что происходит сейчас насквозь порочно и красиво. И я достаю язык, чувствую касание кончиков и терпкое вино, что неожиданно льется тонкой струйкой сверху. А затем бурю, лавину, стихийное бедствие, в которое тут же превращается наш хмельной поцелуй.