Глава 2

Парни были не только услышаны, но и правильно поняты. В тот же вечер дома у Оксаны состоялся «совет», на котором две закадычные подруги обсудили всё и сделали организационные выводы.

Но они были бы не они, если бы сразу обнародовали свои решения, потому целый месяц Серёга и Никита находились в подвешенном состоянии, с волнением ожидая, что же будет дальше.

А Женя и Оксана, тем временем, приглядывались к парням, проверяя свои догадки. И если с Колокольцевым давно и всем всё было ясно, то в чувства Никиты Оксана поверить никак не могла.

Конечно, она замечала взгляды, которые он на неё бросает, и слышала, как меняется эмоциональная окраска его голоса, когда Никита обращается к ней. Однако уверовать в то, что Никита выбрал именно её, Оксана не могла достаточно долго, всё сомневалась.

Тем не менее, когда четырнадцатого февраля на уроке иностранного языка учительница поставила на стол ящик для анонимных посланий, и Никита, и Серёга получили «сердечки» от Оксаны и Жени. Анонимные, разумеется. У Никиты сердечек, ясное дело, было больше, чем у всех остальных парней.

Получила «сердечко» с признанием и Оксана. Три слова были написаны печатными буквами, чтобы Оксана не смогла определить, кому принадлежит почерк. А на дискотеке, посвященной двадцать третьему февраля, подруги сделали следующий шаг: первые пригласили Никиту и Серёгу на танец.

После этого Никита и Сергей быстро отвадили от Оксаны и Жени остальных кавалеров, а по окончании дискотеки Серёга пошёл провожать Женю, а Никита — Оксану. В тот же вечер Никита впервые поцеловал Оксану, а уже после праздников вся школа была в курсе, что Колокольцев встречается с Полетаевой, а Красных — с Рощиной.

Оксана, единственная из их компании, получила по окончании школы серебряную медаль. Правда, на экономический факультет ей поступить не удалось: пришлось сдавать все экзамены, а не один, потому что первый, математику, на пять сдать не получилось, и в итоге не хватило полутора баллов.

К счастью, Оксана подала документы ещё в педагогический университет, успешно сдала первый экзамен и была зачислена на специальность «преподаватель иностранного языка».

Женя поступила на платное отделение юридического факультета, а Никита и Серёга поступили в технический университет на электротехнический факультет.

Серёга сделал предложение Женьке сразу, как только им исполнилось по восемнадцать лет, но поженились они в начале третьего курса. Родители жениха и невесты сразу подарили молодым однокомнатную квартиру.

Никита и Оксана поженились летом после четвёртого курса. Жили сначала у родителей Никиты, с которыми Оксана прекрасно поладила, но через год, как только ребята получили дипломы и начали работать, сняли квартиру самостоятельно.

* * *

Конец лета 2005 года.

Чтобы взять ипотечный кредит, Никите и Оксане нужно было работать несколько месяцев, до зимы. Однако в августе в семье Красных, и вообще, в паре Никита — Оксана впервые возникли проблемы.

Оксана, которой удалось устроиться переводчиком на одно из крупных совместных предприятий, получила профессиональное предложение, от которого было очень сложно отказаться…

Она никогда не была карьеристкой, однако отказаться от гранта и от стажировки в Китае было выше её сил. Оксана выросла в очень простой семье, и особо не путешествовала, да и грандиозных успехов в учёбе никогда не показывала, хоть и выдавала результаты прилично выше средних.

Потому сейчас для неё имел очень большое значение тот факт, что её профессионализм был признан и оценен, и именно ей оказали большое доверие.

Осталось только убедить Никиту… С тех давних пор, как они начали встречаться, расставались лишь однажды, когда Никита уезжал на курсы в столицу.

Никита ещё на пятом курсе, в период преддипломной практики, начал работать в отделе по обслуживанию высокоточного оборудования на огромном заводе, и теперь трудился там же на постоянной основе.

Работа Никиты не была связана с командировками. Он уезжал лишь однажды, на те самые курсы повышения квалификации в Москву, и отсутствовал десять дней. Молодые супруги тогда созванивались по нескольку раз в день, долго разговаривали по вечерам, очень скучали друг по другу.

… В этот августовский день Оксана вернулась с работы раньше, купила вино, торт, приготовила любимый салат Никиты и запекла курицу в духовке.

— Мм, как вкусно пахнет, — удивился Никита, как только появился в дверях квартиры. — Я точно помню, что сегодня нет никаких праздничных дат. А ароматы такие, будто Новый год или день рождения.

— Сейчас всё расскажу, — улыбнулась Оксана, хотя на душе у неё кошки скребли.

Она чувствовала, что Никиту не обрадует её новость, но действительность оказалась ещё хуже, чем ожидания.

— Десять месяцев? Оксанка, ты с ума сошла? По-твоему, я готов расстаться с тобой на десять месяцев? А ты готова расстаться со мной?

— Никита, но такая возможность, такой шанс выпадает лишь однажды, пойми! Это бесценный опыт, это образование, которое откроет передо мной очень много профессиональных путей.

— Оксана, ты же никогда не была карьеристкой. Ты всегда говорила, что я и наша семья — самое главное для тебя, а теперь ты хочешь вот так взять и улететь почти на целый год.

— На десять месяцев, Никита! До конца июня. Я же вернусь. И как моя поездка идёт вразрез с тем, что ты и наша семья — самое главное?

— В смысле — как, Оксана? Лично я не хочу и не могу расстаться с тобой так надолго. Мы поженились всего год назад, мы планировали покупать квартиру в ипотеку, а сейчас мы целый год будем жить не пойми, как? Я здесь, а ты где-то там? Среди чужих людей, в чужой стране? Я слышал о подобных грантах, однако всегда был уверен, что подобные поездки — для людей, не привязанных к месту, свободных от личных обязательств, без семьи и детей.

— Никитушка, — Оксана умоляюще смотрела на мужа. — Я семейный человек. Но именно сейчас, пока у нас ещё нет детей, я имею возможность осуществить нечто подобное, пройти обучение, поработать за границей. Потом у меня не будет такой возможности. А с ипотекой можем повременить.

— Как у тебя всё просто, Оксанка! Ты всё за всех решила, и даже ипотека тебе уже не важна, хотя мы столько говорили об этом.

— Для меня всё важно, Никита! Я скоро вернусь. Пойми, даже если я сейчас откажусь, чем я это объясню руководству компании?

— Как чем? Семейными обстоятельствами.

— Допустим, они примут это объяснение, но отношение ко мне как к работнику изменится. Меня не будут считать перспективным сотрудником, перестанут мне доверять.

— Это важнее всего в твоей жизни?

— Нет…

— Вот видишь! У тебя красный диплом, ты знаешь несколько языков, и без работы точно не останешься.

— Но мне очень, очень хочется поехать, Никита!

— А ты знаешь, Оксанка, что когда я был на курсах в Москве, преподаватели, которые прилетали из Новосибирского Академгородка, очень настойчиво приглашали меня к ним на стажировку? Но я сразу отказался, потому что ты только-только устроилась на работу в компанию, а уехать без тебя на целых полгода я не хотел, не мог. А ты вот, оказывается, можешь, Оксанка!

Отложив вилку и нож, Никита встал из-за стола и вышел из кухни.

Оксана тут же ворвалась в комнату, прямо следом за Никитой. Он стоял у окна, спиной к двери и сложив руки на груди. Возмущение и боевой настрой Оксаны моментально улетучились, как только она увидела эту спину.

Осторожно подошла, обняла Никиту за пояс и прижалась щекой к его спине. За прошедшие годы Никита ещё «подрос», и теперь Оксана была совсем миниатюрной по сравнению с ним.

Оксана чувствовала, как муж постепенно расслабляется, напряжение уходит.

— Почему ты даже не сказал мне о том, что тебя приглашали на стажировку в Новосибирск? Очень обидно, что не доверяешь мне.

— Прости, — в голосе Никиты чувствовалось искреннее раскаяние. Он взял руку Оксаны и прижал ладонь к губам на несколько секунд. — Это совсем не от недоверия. Просто для меня даже вопрос не стоял, я не придавал значения этому приглашению. А ты поезжай, если хочешь. Я не имею права тебя держать и препятствовать развитию твоей карьеры.

— Ты сейчас искренне говоришь? — разжав руки, Оксана обошла мужа и заглянула в его лицо. — Правда так думаешь?

Никита подхватил Оксану на руки так, чтобы их лица были на одном уровне. В его глазах не было больше обиды и осуждения, которые Оксана заметила, когда муж ушёл из-за стола, но была грусть.

— Нет, я по-прежнему не представляю, как мы сможем расстаться на такой длительный период. Но ты же не на гулянку собираешься. А если я тебя не отпущу, если удержу сейчас, это обязательно выйдет боком потом. Настанет день, когда мы оба сильно пожалеем об этом. Я знаю, о чём говорю. У моего дядьки, маминого брата, в семье сложилась такая ситуация, и в итоге всё закончилось очень печально.

— То есть, ты меня отпускаешь? — Оксана не могла поверить в своё счастье.

— Да. Но тогда и ты меня отпускаешь. У нас же равноправие, правда?

— Правда, — ответила Оксана, стараясь не выдавать свою тревогу и сомнения.

— Не хотелось бы превратиться в Пенелопу в брюках, потому я буду не просто ждать твоего возвращения, а потрачу время с пользой для собственной карьеры.

— То есть, у тебя ещё есть шанс поехать в Новосибирск?

— Уверен, что есть. Когда отказался, мне дали понять, что ждут меня в любое время. Завтра же позвоню, прямо с утра. Сегодня у них там уже достаточно поздний час для решения рабочих вопросов. А сейчас давай вернёмся к прекрасному ужину, который ты приготовила. Потом у меня долго не будет ничего подобного.

Утром Никита позвонил в Новосибирск, где его согласие восприняли с большим энтузиазмом. Так совпало, что вылет у Оксаны и Никиты был назначен на один день. Только Никита собирался лететь прямым рейсом, а Оксана пока летела в Москву, а уже далее — в Пекин.

Никита должен был лететь во второй половине дня, но приехал в аэропорт утром, вместе с Оксаной, чтобы подольше быть с женой. Проводил Оксану на посадку, дождался объявления о вылете и долго стоял у огромного окна, хотя ничего вокруг не видел. Потом провёл ладонями по лицу, словно избавляясь от наваждения, и быстро пошёл в сторону касс.

* * *

… Было четыре часа утра, когда Оксана вышла из такси около дома, в котором они с Никитой снимали квартиру, осмотрела дорожные сумки. Да уж, это по пути в аэропорт сильный Никита нёс всё, а теперь-то придётся ей самой тащить всё. Потому что она идиотка. Потому что она, можно сказать, своими руками отправила мужа одного в чужой город на полгода. Оксана поёжилась и застегнула ветровку: конец августа выдался прохладным, да и четыре часа — это теперь не утро, а, скорее, ночь.

А ведь Женька пыталась её вразумить. Ещё пару дней назад, когда они вдвоём пили дома у Колокольцевых зелёный чай с жасмином. Женька, которая была уже на девятом месяце и напоминала небольшой воздушный шар, выговаривала Оксане за то, что первенец Колокольцевых появится на свет в отсутствие Оксаны и Никиты. Из-за этого придётся ждать возвращения кого-то из них, чтобы крестить сына.

Оксана оправдывалась. А потом Женька, став серьёзной, вдруг сказала:

— Дура ты, Оксанка.

И сколько Оксана ни пыталась добиться от подруги объяснений, так и не получила их. А вот сегодня… Точнее, теперь уже вчера, когда летела в Москву, поняла вдруг всё сама.

Оксана, пыхтя и отдуваясь, вылезла с сумками из лифта и обрадовалась: хозяйка ещё не сдала квартиру под охрану. Видимо, утром приедет. Оксана и Никита заплатили компенсацию за полгода вперёд, поскольку квартира их очень устраивала, и они хотели пока оставить её за собой. А хозяйке выгодней было потерять в деньгах, чем сдавать жильё незнакомым людям.

Оксана затащила сумки в прихожую, включила свет, взвизгнула и подпрыгнула от неожиданности. В дверях прихожей стоял Никита. Он был в домашней одежде.

Спотыкаясь о сумки, супруги Красных кинулись друг к другу.

… — А теперь давай всё порядку, — Никита растормошил Оксану, которая намеревалась уснуть у него на плече после довольно долгой и бурной встречи.

— Это ты давай всё по порядку, — сонно пробормотала Оксана. — Почему ты дома? И почему не спал, когда я приехала?

— Не спалось. Сидел, мысли разные думал. Как только ты улетела, я сдал билет и вернулся домой. Решил, что буду ждать тебя тут. Не хочу лететь в Новосибирск. А вот ты⁈ Ты же улетела в Москву?

— Улетела, — Оксана поцеловала мужа в ямочку у основания сильной шеи, и руки Никиты, обнимающие жену, сжались крепче. — Но пока летела, поняла, что совершила даже не глупость, а непростительную ошибку. Что я просто не смогу без тебя, Никита, и не нужна мне эта стажировка. Из столицы связалась с руководством. Хорошо, что я вылетела заранее, за четыре дня до начала стажировки, потому что они сразу нашли кого-то другого. Компания аннулировала все документы, оформленные на моё имя. Меня даже обещали не увольнять, но я планировала уволиться сама.

— Почему?

— Потому что собиралась лететь к тебе в Новосибирск и жить с тобой там полгода.

— А я думал как-нибудь собраться и прилететь к тебе хоть на недельку. Я очень рад, Оксанка! Так счастлив… И даже не буду это скрывать. А в Китай мы с тобой обязательно вместе полетим, обещаю!

— Мы с тобой прямо как в рассказе «Дары волхвов», Никита! Помнишь, у О. Генри?

— Это потому что мы по-настоящему любим друг друга, Оксанка!

… Никита и Оксана заговорщики переглянулись, и Оксана позвонила в двери квартиры Колокольцевых.

Они слышали, как кто-то подошёл к двери и заглянул в глазок. Двери открылись. Женька молча переводила взгляд с невозмутимого лица Никиты на лицо Оксаны.

— Здравствуй,…па новый год, — наконец, выдала Женька, которая даже в глубоко беременном состоянии не отказалась от своей любви к крепкому словцу. — Я пришёл на ёлку…

И тут вдруг глаза её округлились, она охнула и схватилась за живот. Никита и Оксана, не сговариваясь, бросились к ней.

— Черти вы, супруги Красных, удался ваш сюрприз, — прерывисто пропыхтела Женька. — Скорую вызовет кто-нибудь? Серёги дома нет.