Глава 24

Я вернулась позже Сани, мы с Марком много гуляли по улице, слепили двух корявых снеговиков в парке, а потом грелись в торговом центре почти до закрытия. Мне было необходимо проветрить голову. Только вот чем больше я пыталась ее проветрить, тем больше мусора в ней появлялось. Я сама позволила всему произойти, а теперь я отравлена. Отравлена мужчиной, которой проник в мою кожу, мои легкие, мою глупую голову. Я ни на что не надеялась, я все знала, только лишь мечтала о том, что все продлиться немного дольше.

Я не хотела возвращаться домой, я не хотела видеть лицо своего бывшего мужа и улыбаться ему. Но я буду. Ради сына. Ради моего комочка безграничного счастья.

Я почитала Марку «Девочку со спичками» в который раз, и он уснул. На кухне осталась немытая посуда, за столом сидел Саня и, его взгляд прошелся по мне, как только я вошла.

– Где ты была?

– Гуляла с Марком.

– До десяти вечера?

– Ты меня в чем-то подозреваешь!?

Да! Пусть будет так. Я молила, желала с самого начала, чтобы он что-то заподозрил. А если нет.. Я оставлю все как есть. Мое временное «хождение налево» успело сделать меня счастливой и несчастной одновременно.

Лучше бы он не появлялся сегодня в кафе! Я бы смогла забыть о нем, через месяц, может через год, но этот человек именно то, что я о нем знала: лжец, манипулятор и бабник. Я не думала, что так далеко все зайдет. Я не думала, что мое сердце можно еще растопить, я не думала, что так сильно мне опротивеет тот, с кем я живу столько лет и воспитываю ребенка.

– Нет, конечно. Просто ты какая-то взвинченная, и не только сегодня.. Отдохни, я посуду сам помою.

Он подошел ко мне и приобнял, я уткнулась носом в его плечо и едва не разревелась. Такой родной, такой чужой! Такой близкий, добрый и заботливый. Я не могу так..

– Я спала с твоим боссом, – тихо говорю я, и все вокруг замирает. Зловещая тишина.

Саня медленно отстраняется и стеклянными глазами смотрит на меня.

– Когда?

Он начинает расхаживать по кухне, его голос становится неестественно низким.

– Не отвечай. Это было не один раз, ведь так?

Он снова смотрит на меня, его дыхание учащается, и лицо становится красным. Он умывается холодной водой из-под крана и подходит ко мне, я делаю шаг назад и упираюсь в стену.

– Мы поженимся, и все будет хорошо.

Я хмурюсь, не могу поверить, что он говорит это.

– Ты слышишь меня? Саша, я говорю, что спала с твоим боссом, другим мужчиной, понимаешь!? А ты о женитьбе?

– Да!

Он придавливает меня к стене.

– Зачем ты мне это говоришь? – его голос срывается и, злость сменяется беззащитностью, мне хочется пожалеть его, словно маленького мальчика. – Зачем сказала мне это?

– Я не хочу тебе врать..

– Почему он? Что со мной не так?

– Все с тобой так, все в тебе прекрасно, я не знаю почему..

Я начинаю плакать, когда Саня утыкается лицом мне в плечо и его слезы опаляют мою кожу. Я все разрушила.

– Мы так много прошли: история с Марком, суд, развод.. – он всхлипывает и снова смотрит на меня красными глазами. Я вытираю его слезу, в то время, когда мои струятся уже по шее. Я так редко плакала раньше. Почти никогда. Может так себя чувствует живое сердце?

– Я знаю, милый, знаю.

– У вас все кончено?

Я закрыла глаза на мгновение, поджала губы и кивнула.

– Вот и прекрасно, все хорошо. Забудем об этом. Поняла? Ты же любишь меня? Знаю, что любишь.

Я просто киваю, беззвучно проглатывая слезы, пока Саня прижимает меня к себе и гладит по спине.

– Идем спать, милая, завтра новый день, мы все решим завтра, – он повторяет это как мантру, успокаивающую ложь, от которой хочется сквозь землю провалиться.

– Ты иди, – вытирая слезы, говорю я, – мне нужно принять душ, я скоро приду к тебе.

 Он молча уходит, я едва стою на ногах, опираясь о стену. Я все правильно сделала. Правильно.

 Бреду в ванную, слышу звонок телефона, доносящийся из кармана пальто, Саня, вероятно, тоже слышит его. Достаю мобильник, запираюсь в ванной, включаю воду на максимум, смотрю на дисплей телефона и начинаю рыдать, опустившись на пол.

Очередной звонок, я сразу сбрасываю. Вытираю слезы. Что нужно этому ублюдку? Чувствую, что снова позвонит. Крепко сжимаю телефон в руке, хочется его сломать. Позвони, пожалуйста. Снова рыдаю.

Ставлю на «вибро». Звонит. Я глажу ладонью знакомые цифры на экране телефона, и дрожащими пальцами нажимаю на зелёную кнопку. Медленно подношу телефон к уху. Молчу. Хочу услышать его голос.

– Ты оставила ключи от машины прямо на бампере, черт возьми. Почему ты не взяла тачку или хотя бы папку с документами? Ида?

Его голос проникает в меня, злит, будоражит, но при этом это все, что я хочу сейчас слышать.

– Ида, ты здесь?

Я закрываю рукой лицо и громко всхлипываю.

– Что случилось, черт возьми? Скажи мне! Не молчи, хорошо? Ты плачешь? Ты расстроилась из-за тех денег, что я бросил в тебя. Я погорячился, ладно? Ты здесь вообще не причем. Черт! Не реви, прошу. И не молчи, ты пугаешь меня! Что там шумит у тебя? Ида, ответь иначе я приеду к тебе домой..

– Он все знает, – надорванным голосом говорю я.

– Что? Кто знает? Почему ты плачешь?

– Я рассказала Сане, что спала с тобой.

В трубке повисла тишина, я всхлипнула и поднялась с пола, чтобы умыться одной рукой.

– Он ударил тебя?

– Нет, разумеется, нет..

– Послушай, возьми все самое необходимое.. Нет, ничего не бери, собирай Марка, я сейчас приеду за вами.

Я засмеялась сквозь слезы.

– Завтра мы идём подавать заявление в ЗАГС, Влад, тебе не нужно никуда приезжать.

– Черта с два это случится, слышишь? Ида, ты слышишь, черт возьми!?

– Мы просто потрахались пару раз, мне было хорошо, а тебе?

– Сегодня я повел себя, как мудак. Чего ты хочешь, скажи мне честно. Ты хочешь снова за него замуж? Чего ты хочешь, Ида?

Я молчу несколько секунд, а затем меня накрывает новой волной слез.

– Я просто хочу обнять тебя прямо сейчас..

– Я уже выехал, жди меня. Все будет хорошо, поняла?

Я положила трубку и выключила воду. Из зеркала на меня смотрел совершенно другой человек, я больше не знала, кем являюсь.

Выйдя на носочках из ванной, я схватила пальто с вешалки и накинула его сверху растянутой домашней майки, обула старые кроссовки для пробежки и вышла из квартиры.

– Если ты сейчас не вернёшься, все кончено, можешь не приходить обратно.

Я притормозила на секунду и пошла дальше, затем услышала быстрые шлепки комнатных тапок по лестнице, Саня бежал за мной.

– Ида, если выйдешь на улицу..

– То что?

– Это конец! Ты понимаешь? Конец!

Он схватил меня за плечи и начал сильно трясти.

– Ты не уйдешь! – он буквально хрипел, я никогда прежде не видела столько злости в этом человеке. – Чего ты хочешь от меня, скажи! Говори, а!

Он силой двинул меня спиной в почтовые ящики и принялся стягивать с меня штаны, я била его в грудь и рыдала, молила, чтобы он остановился.

– Может я смогу трахать тебя также, как он?! И ты будешь моей, а!? Он берет тебя силой, вот так!?

– Остановись, Саш, прошу, пока не поздно..

Я кричала навзрыд, вырывалась.

– Чего нет во мне, что есть в нем?

– Я не люблю тебя! Ясно?

Он застыл, а я не могла остановить свой истерический плач.

– Я дам тебе время попрощаться с ним, шлюха, иначе все вокруг узнают про Марка.

Укол боли, страха и разочарования прокатился по мне от самой груди и до пяток. Я двинула Сашу, что были силы и, выскочила на улицу, поскользнувшись у самого выхода, я упала на колени и разрыдалась.

Я слышала, как захлопнулась домофонная дверь, а вместе с ней дверь в мою прежнюю жизнь, и я не хотела открывать ее впредь, но у меня не оставалось выбора. Саня ненавидит меня прямо сейчас, но он также как и я – семейный человек, нам обоим придется пройти этот этап.

Я пыталась подняться с холодной земли, но мое беспомощное тело не желало поддаваться, от этого я разревелась ещё сильнее, будто все невыплаканное за жизнь решило разорвать меня прямо здесь на холодном снегу.

Яркий свет ударил в лицо, я подняла голову и увидела знакомый силуэт, сквозь пелену слез. Влад выскочил из машины и оказался рядом со мной так быстро, что я не успела моргнуть. Он поднял меня со снега, и я обмякла на нем, как расплавленная свеча.

Он крепко прижал меня к себе и отвёл к машине, усадив на заднее сидение. Включив сильнее обогрев, мужчина перебрался ко мне. Он молча снял с себя пальто и укрыл им меня. За все это время он не проронил ни слова. Его лицо было суровым, а зубы стиснуты. Я смотрела на него, как будто он был моим всем, но от этого хотелось реветь ещё больше.

Он взял мои холодные руки в свои и поднес к губам, согревая их теплом своего дыхания, в этот момент я начала оттаивать полностью. Я могла не верить ему, подозревать в чём-то, думать, что бросит, обманет, но я чувствовала, что он придет за мной, мое сердце знало, что он придет и успокоит его.

– Спасибо, что приехал..

Влад крепко сжал мои руки и легонько улыбнулся сквозь напряжение, затем он погладил мое лицо и осторожно вытер с него остатки слез. Мы молча смотрели друг на друга, и я впервые ощутила себя не только желанной, но и нужной, важной. Этот человек смотрел на меня так, касался меня так.

Он притянул меня к себе так, что моя голова упокоилась на его груди, внутри которой грохотало сердце, я положила руку на то самое место и прикрыла глаза.

Его подбородок устроился на моей макушке, а руки мягко и успокаивающе поглаживали волосы.

– Он что-то сделал тебе?

– Ничего, все хорошо.

– Я сравняю его с землёй.

 Я резко отстранилась и заглянула в почти черные глаза мужчины.

– Ты же шутишь? Прошу тебя не делай ничего, хорошо? Он ни в чем не виноват.

– Тогда почему ты в таком состоянии, таком виде? Ты, буквально, лежала в снегу, когда я подъехал. Что, по-твоему, я должен думать? Я вырву ему каждый палец, которым он тебя касался, все, поочередно.

Такой настрой пугал меня. Я знаю, на что способен этот человек. Он закапывал заживо мою подругу, чтобы шантажировать собственного брата.

– Пожалуйста, не делай ничего.. я умоляю, прошу тебя. Если я хоть капельку важна тебе..

Он нахмурился, а затем черты его лица смягчились, он притянул меня к себе ещё ближе и мягко поцеловал в губы, затем взял мое лицо в руки и наши лбы соприкоснулись. Мы смотрели друг другу в глаза, дышали одним воздухом, и я больше ничего не хотела. Он, я и Марк, какая несбыточная фантазия.

– Важна. Не бойся меня.

– Я не боюсь..

– Я видел это на твоём лице минуту назад, ты испугалась, Ида.

– Я..

– Ничего не говори.

Он поцеловал мой лоб, скулы и губы.

Все мурашки планеты собрались на моей коже, когда он так касался меня, все бабочки мира поселились внутри меня, и я чувствовала, будто могу летать. И я теперь не знаю, как буду жить без этого.

Мы просидели в обнимку около получаса, Влад крепко прижимал меня к своей груди, иногда целовал в макушку и снова согревал мои руки.

Хорошее могло бы длиться вечно, но не в моем случае.

– Он отпустил меня попрощаться.

– Черта с два ты вернёшься туда.

– Там мой ребенок, Влад!

– Забери его, дождемся утра и решим этот вопрос.

– И что ты мне предлагаешь? Ты сам сегодня все сказал. Наши отношения даже отношениями назвать нельзя! Ты предлагаешь забрать ребенка от отца и пойти куда?

– Ко мне.

– Ты спятил?

– Забирай Марка, двери моего дома открыты..

– Ты сошел с ума!

– Может и сошел, но я предлагаю тебе выбор.

Я горько усмехнулась.

– Выбор между чем и чем? Они моя семья! Это мой дом! – я указала рукой на подъезд, из которого буквально была выброшена, как котенок.

– Ты же не любишь его. Скажи, что я ошибаюсь и, я отпущу тебя обратно прямо сейчас.

Я тяжело дышала, периодически сглатывая ком горечи. Я не могла поверить в то, что слышу.

– Ты говорил, что любовь это глупость.

– Говорил, но это не ответ, Ида.

– Если я скажу, что люблю его, ты прекратишь преследовать меня и, мы больше никогда не увидимся?

– Не увидимся..

От его ответа все сжалось в груди в маленький комочек, под ложечкой засосало. Я придвинулась ближе к мужчине, взяла его колючее лицо в ладони и мягко коснулась губами его губ, две слезы поочередно скользнули из моих глаз и, я ощутила их соленый привкус.

– Я хочу принять твой подарок. Хочу полететь в Италию, хочу встретиться с отцом, и я хочу, чтобы ты был там со мной, но..

– Но ты не готова порвать эти «мертвые» отношения?

– Я хочу сохранить семью.

– Я понимаю, но не собираюсь принимать это.

– Что это значит?

Влад стряхнул большим пальцем слезы с моего лица и пронзительно взглянул мне в глаза. Его настрой волновал, согревал, но и пугал одновременно.

– Сегодня я сказал, что ничего не могу дать тебе. Я не семьянин, и много работаю, это все не мое.. Но я готов, и я буду заботиться о тебе, это пока все что я могу предложить. Если по возвращению из Италии ты решишь быть со своим парнем.. Черт, я просто дам тебе этот грёбаный выбор. Я не хочу отпускать тебя, Ида. Ни сейчас, ни потом.

Наши губы соприкоснулись и, Влад углубил сладостный поцелуй, который мог бы залечить любые раны.

– Я не люблю его, – прошептала я. И это звучало так легко, что я могла бы прокричать об этом.

Мужчина улыбнулся, заводя прядь волос мне за ухо. Он знал очевидное, ещё, кажется, раньше, чем я это поняла.

– Останешься со мной сегодня?

– Я не могу.

Он шумно вздохнул и достал что-то из кармана, затем протянул мне, я нахмурилась.

– Ключи от моей квартиры, не делай такое лицо. Если что-то..

Я сжала его руки и улыбнулась, все мое тело наполнилось теплом.

– Все будет хорошо. Я не возьму их.

– Если он хоть словом..

– Он не обидит меня. Я слишком хорошо его знаю.. Положи обратно ключи, я не воспользуюсь ими, даже если ты заставишь меня взять их.

– Упрямая.

– Почему ты так настроен?

– Как?

– Даешь мне ключи от своей квартиры, хочешь, чтобы я ушла из дома, вбиваешься в доверие к моему сыну, на этой неделе он притащил из сада еще одну дорогую игрушку.

– Мне нравится твой пацан, а я нравлюсь ему, – он пожал плечами.

– Это не ответ, Влад.

– Я волнуюсь за тебя, нравится тебе это или нет.

Он открыл дверь, чтобы я вышла, я коснулась губами его щеки и сняла пальто, которым пропахла вся моя одежда.

– Позвони мне, как придешь.

– Я напишу, ладно? Не стану звонить.

– Хорошо. Я буду здесь какое-то время, на всякий случай.

***

«Все хорошо, ты можешь езжать домой. Я думаю нам лучше не видеться какое-то время»

«Я хочу видеть тебя завтра, и послезавтра. Это не обсуждается»

« Я тоже хочу.. Но уже сказала Сане, что мы порвали. Это сложно»

«Но при этом ты собираешься со мной в Италию, Ида. Тебе придется выбирать»

«Если это проблема.. Я не полечу тогда. Мой сын самое важное, что у меня есть, Влад»

«Нет никаких проблем, ни о чем не волнуйся. Спокойной ночи»

Почему-то мысль о том, что эта женщина там, в квартире с ублюдком, с которым наверняка проведет ночь, чтобы загладить свою неверность, не давала Владу покоя. Как назойливая муха крутилась в голове и сдавливала тисками виски. Трахать эту стерву одно удовольствие, ее кожа, руки, губы, изгибы тела, все словно было создано для него, за это он ненавидел ее еще больше. Слишком рано она раскололась своему псевдо-муженьку. Но может и к лучшему, для него самого, для Влада, уж слишком хороша эта женщина. Нельзя слишком много думать о ней, иначе все полетит к чертям. Чертовка. Даже когда ее рядом нет, проникает в сознание, и как яд отравляет его. Иногда он ловит себя на мысли, что даже искренен с ней, как сегодня в этом чертовом гараже. Хотел все прервать, закончить, послать ее к чертям, запороть весь план, все потому что слишком быстро сучка впивается под кожу.

Раздался телефонный звонок, который Влад с нетерпением ждал уже несколько дней.

– Извиняюсь, что поздно Владислав Романович.

– Отставь это, давай к делу.

– Боюсь, что папаша помер давно, он подрабатывал в порту в Портофино, там его и нашли рыбаки три года назад, если опираться на официальные данные.

– Черт! Что с Мариной, ты ее нашел?

– Нет, ни одного следа с позапрошлого года, она была в Греции, а потом исчезла.

– Гадина, ладно, с ней я потом разберусь. Остановимся на той, что уже на крючке.

– Девчонка все также неприступна? Поражают эти нищебродки, строящие из себя королев.

– Заткнись. Она влюблена в меня по уши. Разберись с отцом, у тебя три дня.

– Но он мертв, босс.

– Найди кого-нибудь. Дворник, бывший зек, неважно, главное мужик за пятьдесят. Найди кого-то, кто мать родную продаст за деньги, потом вышлешь мне счет.

– Это жестоко. Что если она узнает?

– О, она обязательно узнает. Узнает, что ее папаша алкаш, хам и самодур, а потом знаешь что? Она прибежит ко мне в постель, будет плакаться в мое плечо, а я буду утешать ее до утра. Работай. А потом займись Мариной.