Глава 25

– Что это?

– Не трогай!

Саня, отшвырнул мою руку, когда я потянулась к его рассеченной губе, которую заметила сразу, как он вошел в квартиру.

– Мой руки и иди на кухню, я приготовила «Жульен».

– Я не голоден.

– Сань, сколько можно, а? Три дня прошло.

– Ты изменила мне!

– Не кричи, Марк играет в зале, подумай о нем. И что, черт возьми, с твоей губой?

– Спроси своего любовника.

Он сбросил куртку и ботинки и прошел в ванную, я пошла за ним.

– Он ударил тебя?

Саша усмехнулся, глядя на меня через отражение в зеркале.

– Ты даже не отрицаешь, что он твой любовник.

– Мы закрыли эту тему. Иди есть, я найду перекись.

– Ты собираешься уйти от меня?

Саня стоял у меня за спиной, пока я ковырялась в аптечке.

– Нет.

Я обернулась к нему и приложила смоченную перекисью водорода вату к засохшей на губе крови.

– Из-за Марка, да?

Я сглотнула ком. Не смогла ничего ответить. Трусливая дура.

– Пожалуйста, не бросай меня. Этот мудак использует тебя и вышвырнет на улицу. Не бросай меня, умоляю, – его голос сорвался, и Саня опустился передо мной на колени, крепко обняв за бедра.

Его тихая мольба и признания в любви, его слезы выбивали из колеи и разрывали мне сердце. Я опустилась рядом и поцеловала его в макушку.

– Я ничтожество, знаю. Теперь я понимаю, почему получил работу в «Роттен Голд», потому что ты спала с ее хозяином, это унизительно, Ида, ты унизила меня.

– Прости, прости меня, мой хороший, я никогда не хотела, чтобы так произошло.

Я плакала и гладила его по голове, пока он обнимал меня с такой силой, будто боялся, что исчезну.

– Я не уйду.. не уйду..

Мне нужно три дня, чтобы разобраться со своими чувствами. Точнее попрощаться с тем, кто вызывает их у меня. Мне придется это сделать.

– Давай все сначала, а?

Саня встал с пола и грубо провел рукой по своему раскрасневшемуся лицу.

– Давай сначала, Ид? К черту «Жульен». К черту все. Сходим в ресторан, выпьем вина. Давай?

Я смотрела на него с печалью и страхом. Он пугал меня и вызывал жалость. Один из самых важных людей на этой планете стал вызывать у меня жалость. Может, это я жалкая? Я уже не знаю.

Я быстро кивнула, и Саня потянулся, чтобы поцеловать меня в губы, я позволила, даже при всем своем желании отвернуться. Нет, он не стал мне противен, но я не чувствую ничего от его прикосновений. Он перестал быть мне близок как мужчина, и это душило изнутри. Огромный кирпич разрастался в моей груди от мысли о том, что мне придется жить с этим. Я думала это нормально, думала это и есть любовь, но это совсем не она.

Последние дни я плохо спала, часто просыпалась, либо совершенно не смыкала глаз, и мое лицо выдавало этот факт с потрохами, поэтому сегодня я особенно преклоняюсь пред создателями консилера и тонального крема.

– Как мне одеться? – прокричала я Сане, который находился в ванной.

– Как ты умеешь!

Мы шли в дорогой ресторан, который был явно нам не по карману, но Саня настоял, и его настроение подозрительно улучшилось, после моего согласия отужинать вместе вне дома, на самом деле мне не хотелось никуда идти совсем.

В шкафу из того, что я не надевала сотню тысяч раз, красовалось лишь то черное, подаренное Владом платье, я сняла его с вешалки и приложила к себе, оно все еще хранило на себе аромат той ночи, даже после стирки, а может это моя разыгравшаяся фантазия.

– Это он тебе купил?

Я вздрогнула, когда Саня вошел в комнату.

– Надень его.

– Нет. Я избавлюсь от него, если ты хочешь.

– Я хочу, чтобы ты надела его.

– Сань..

– Это просто тряпка, красивая тряпка, и ты в ней божественна, надевай.

Он говорил так, будто ничего вообще не происходит, а я чувствовала себя так, будто надо мной намеренно издеваются. Нет, это Саня, он не способен на что-то плохое. Я хотела надеть это платье, но факт того, что муж знал, чей это подарок, заставлял меня чувствовать себя не в своей тарелке.

Мы оставили Марка у бабушки, и я была рада, что он не попросился побыть с ночевкой, тогда мое напряжение разорвало бы меня на части.

Ресторан оказался одним из самых дорогих в городе, мы заказали такси, и швейцары открыли для нас даже двери в машине. Я покосилась на Саню, взяв его под руку, и шепнула на ухо:

– Ты решил оставить здесь всю зарплату?

– Все для тебя, любимая, – он улыбнулся и коснулся губами моей щеки.

Мое сердце всю дорогу было не на месте, а сейчас совсем выпрыгивало из груди, я даже толком не понимала, что происходит. Нас проводили за столик у окна с видом на сверкающую аллею, официант разлил нам вино по бокалам и пожелал приятного вечера. В помещении царил полумрак и, играла тихая романтическая музыка, а я ощущала себя полной идиоткой.

– Сань, я ..

– Ничего не говори.

Он взял мою руку и мягко поцеловал, с его лица не сходила подозрительная улыбка.

– Вообще-то я хотела поговорить, но не о том, о чем ты думаешь.

– Хорошо, – он отпил немного из бокала и кивнул мне, я повторила его действие. Вино оказалось омерзительно кислым, и я слегка поморщилась, но отпила еще, мне нужно было это, потому что я собиралась врать.

– Пока мы играли в молчанку все эти дни, я нашла работу. Новую..

– Правда?

– Да. Я .. вернулась в «Корелл Клаб». Не на прежнее место..

– Не нервничай.

– Хм?

– У тебя рука дрожит.

Я опустила взгляд и заметила, как трясется бокал в моей руке.

– Я.. теперь ассистент босса, и..

– И?

– Сань, мы на три дня летим в Италию, боссу нужно, чтобы я сопровождала его, я ответила, что не могу, что у меня ребенок.. Почему ты все время смотришь на часы? Ты куда-то спешишь?

– Продолжай.

– Сань?

– Ида, продолжай. Я рад, что ты вернулась на нормальную работу, наконец-то. Так что там с Италией?

– В общем, мы летим на три дня, и босс предложил взять Марка с собой.. Ты слушаешь меня?

Он смотрел на часы каждые три секунды, а затем его взгляд задержался на входной двери позади меня и, я заметила какую-то странную полуулыбку на его лице, мое сердце почему-то забилось чаще.

– Марк останется дома, а ты лети, конечно, – он даже не смотрел на меня, когда говорил это.

Я проследила за его взглядом, и мою кожу, словно кипятком ошпарило с головы до ног. На какое-то время я будто оглохла и, только стук собственного сердца отдавал в ушах.

– Породистая лошадка.

– Что?

– Ты раздавишь бокал, отдай мне его.

Саня вытащил бокал из моей трясущейся руки и сделал глоток, я вновь посмотрела на пару, вошедшую в ресторан. Администратор проводил их за третий столик от нашего в параллельном ряду.

– Узнаешь ее?

– Нет.

– Ты тогда с них глаз не сводила на презентации манекенщиц «Роттен Голд», а я идиот думал..

Узнаю. Сразу узнала. Та самая красотка, которая висла на Владе в тот вечер, а потом они танцевали, и я уже тогда возненавидела ее.

Сейчас она мило улыбалась ему, он легонько держал ее за талию, а потом отодвинул для нее стул, я не могла прекратить смотреть на них. И я должна была догадаться, что так все и будет. Я знала это, но не могла ничего поделать с тем, как действовал и продолжает действовать на меня этот мужчина.

– Зачем ты привел меня сюда? Мы уходим.

Я попыталась встать, но Саша дернул меня за руку и, я плюхнулась обратно на стул. В этот момент я снова обернулась и мы с Владом встретились взглядами, его челюсть сжалась, а затем он отвел глаза, меня затрясло изнутри.

– Зачем ты это делаешь?

– Хотел показать тебе истину.

– Какую еще истину? Я сказала, что у нас больше ничего нет, но ты.. Поверить не могу.

– Поверить не можешь, что он трахает кого-то еще?

– Я ухожу!

– Ты нас позоришь. Сядь на место.

Он сжал мою руку так сильно, что я зажмурилась от боли.

– Мне нужно в туалет.

– Хорошо, иди.

Он отпустил, и я быстрым шагом направилась на поиски дамской комнаты, она оказалась в самом дальнем углу этого чудовищного места.

Я закрыла за собой деревянную дверь и оперлась на нее спиной, пытаясь отдышаться. Хорошо, что кроме меня тут никого не было. Я подошла к зеркалу и увидела маленькую запуганную девочку, вместо той женщины, которая отражалась в любом зеркале раньше.

– Ида, открой.

Все мое нутро содрогнулось от его голоса, моя нижняя губа задрожала и, я сильно поджала ее. Не достоин! Ни единой моей слезинки не достоин!

– Ида!

Он, черт возьми, специально привлекает внимание? Я просеменила на носочках к двери и отодвинула затворку.

– Что ты тут делаешь? – мягко спросил он, пытаясь коснуться моего лица, но я увернулась. Его близость была слишком опасна.

– То же что и ты, провожу вечер со своей парой.

Он фыркнул.

– Она не моя пара.

– Правда?

Я не стесняясь эмоций, заглянула ему в глаза. Он смотрел на меня с нежностью и сожалением, мой подбородок задрожал, я сглотнула ком, отвернулась от мужчины и отошла обратно к зеркалу.

Он поймал меня за руку и развернул к себе, прижав задницей к холодной раковине.

– Этот урод подслушал мой разговор, когда я подписывал его заявление об увольнении.

– И ты за это ударил его?

– Потрясающе. Это он тебе так сказал? Я не тронул его и пальцем.

– Это ничего не меняет, Владислав Романович.

Я оттолкнула его и быстро прошагала к выходу, но снова была поймана и теперь уже прижата к двери.

– Она для меня ничего не значит, это дочь моего делового партнера, ты должна его помнить с презентации.

– Мне-то какая разница? Пусти!

Он только сильнее прижимает меня к двери, и я резко втягиваю носом воздух.

– Ничего не значит, слышишь? – Шепчет мне в губы, сжав лицо рукой.

– А я?

Он молчит, изучая глазами мое лицо, я жду, наплевав на то, что Саша наверняка все понял, знает, что мы оба здесь и нас нет слишком долго. Мне все равно. Я хочу знать. Его молчание убивает. Лучше бы ударил, не так бы больно было.

– Какой позор, – шепчу я, отталкивая мужчину, – Я здесь, в этом чертовом платье.. И ты.. Какой позор!

Я отталкиваю его, но он крепко обвивает меня руками сзади, не давая возможности пошевелиться. Я сдаюсь. Он дышит мне в шею, а я вся дрожу и покрываюсь мурашками.

– Все хорошо, – шепчет Влад, обнимая. Он замечает мои тихие слезы, я позволяю ему видеть мою слабость. Я позволю ему все, что угодно.

– Я ненавижу тебя, – говорю, оборачиваясь, – ненавижу за то, что позволяю себе эту слабость с тобой, за то, что.. – мой голос срывается, и мужчина мягко целует меня в губы, затем он убирает поцелуями соленые слезы с моего лица и утыкается носом мне в макушку, глубоко вздохнув.

– Я закончу этот злосчастный ужин, как только выйду отсюда. Ты можешь ненавидеть меня, но поверь, – Теперь он снова смотрит мне в глаза, – Ты важнее, чем та сделка, которая, скорее всего, сорвется. Ты важна мне, Ида, слишком важна, чтобы я позволил себе потерять тебя из-за такой глупости.

– Так ты не спишь с ней?

– Не сплю, – он мягко улыбнулся и провел рукой по моим волосам, затем его лицо стало жестким, он напрягся и словно задумался о чем-то. Мне показалось, что я знаю, каждое его выражение лица, – это не предвещало ничего хорошего.

– Влад..

Я сжала лацкан его пиджака.

– Все будет хорошо, я не подставлю тебя, не бойся. Он заслужил, чтобы я набил ему морду, за весь этот цирк, за то.. за то, что делает тебя несчастной.

– Влад..

– Все будет хорошо, я обещаю, иди.

Он взял мою руку и прижал на несколько секунд к своим губам, удерживая своим взглядом мой. Я умерла и возродилась в этот момент. Моя жизнь перевернулась на триста шестьдесят градусов, не иначе. Я больше не хотела возвращаться за тот столик, где находился мой бывший муж, но я сделала это, и однажды, совсем скоро, мне придется сделать это навсегда. Мы поженимся и, будем играть роль образцовой семьи пока не подохнем, я от любви к другому мужчине, а Саша от ненависти ко мне.