Глава 11

Рина

Дисар-ри не сводил с меня сверкающих глаз. Впрочем, команда, делавшая вид, что поглощена завтраком, тоже по-прежнему косилась в нашу сторону. Я же обмакивала кусочек выпечки в джем, кормила капитана и чувствовала себя донельзя странно. Этот мужчина, от которого я не ожидала ничего такого, вроде готовки еды, сегодня однозначно меня покорил своей заботой и вниманием.

С того момента, как Джан постучался в каюту, разбудив ни свет ни заря, и заговорщицки велел одеться и тихонько зайти в столовую, прошло уже два часа, и мы с командой наблюдали увлекательнейшую картину под названием «капитан зачем-то учится готовить». Трасирий страдал, поглядывал в нашу сторону и никак не давал Дисар-ри знать, что в столовой полно народу. Сдается, мстил капитану за свое разгромленное рабочее место. Если бы я знала, для кого он готовит… сбежала бы. Не привыкла я к всеобщему вниманию.

Но почему-то от одного этого пронзительного взгляда Дисар-ри, его невозможной, почти запредельной близости, когда нас разделяет лишь стол, а воздух кажется накаленным и тяжелым, хочется по-глупому улыбаться. Временами мне все происходящее казалось невероятным, ненастоящим… Особенно когда Дисар-ри взялся и меня кормить с рук, заявив, что так точно вкуснее. Я краснела и не могла отказаться. Тем более еда была вкусная, навевала воспоминания о доме. В Академии на Риндаре меню было разнообразное, но продукты привозили не с Земли, а с ближайших планет со схожими климатическими условиями. И пусть готовили вкусно и сытно, даже временами я находила яблочный пирог или пирожки, но подобного завтрака с мужчиной, который перед всей командой таким необычным образом заявил, насколько я ему небезразлична, у меня не было.

И да, я улыбалась даже тогда, когда поднималась из-за столика и шла за капитаном, относившим поднос. Команда все еще находилась в столовой, хотя блины давно закончились.

– Вылет через полчаса. Готовьтесь, – велел Дисар-ри, снова становясь самим собой.

Я поддалась всеобщей суете и отправилась проверить контейнеры с растениями. Полила те, что нуждались во влаге, – лилии, алиронии и лирисы, проверила и откорректировала настройки для нескольких видов лютиков, которые явно чувствовали себя некомфортно, а потом отправилась к капитанскому мостику.

Команда разбежалась по своим местам. За пультом управления остались Кай и Исар, Дисар-ри щелкал какие-то голограммы на лаурте. Но мелькали они так быстро, что рассмотреть не удавалось. Я покосилась на Лар-ину, которая выглядела чересчур подавленной. Кажется, она одна не обращала внимания на команду, которая переговаривалась друг с другом. Лишь смотрела куда-то вдаль и острым ноготком скользила по колену. Я даже не припомнила, видела ли ее за завтраком. Взгляд ее обратился к Рингиру, ненадолго задержался и вернулся к окну. Переживает? Ох, и странная она… эта инарка!

От мыслей меня отвлек Дисар-ри. Он обернулся и оглядел команду, отдавая распоряжение к взлету. Мы шустро расселись по креслам, закрепляя ремни безопасности.

Привычный рывок – и корабль стал набирать скорость, покидая Рохтан-Ритуну. Я напряглась, ожидая, что могу почувствовать себя плохо, но, как ни странно, ничего подобного не произошло. И боюсь, если пойду к Лео поинтересоваться, почему мой организм стал спокойно переносить взлеты, он точно не так поймет.

– Тренировка через час, – напомнил капитан, отпуская команду и направляясь к Каю.

Прикинув, что у меня еще есть время, отправилась в каюту и занялась выпускной работой. Пока я лишь создала таблицу, куда заносила все растения, которые добыла на планетах, отдельно помечала те, что были на голограммах. Рядом вписывала свойства. Имелось и несколько рисунков, где я набрасывала планы сада, но чувствовала – это все не то. Джан, заглянувший ко мне через четверть часа, долго рассматривал мои чертежи, но потом сознался, что не разбирается в схемах сада, и взялся за распределение растений со схожими свойствами по группам. Я повздыхала и решила отложить чертежи до лучших времен, понадеявшись на вдохновение. Пока Джан копался и что-то бормотал под нос про кровожадные лютики, я взялась за расчеты, связанные с почвой и водными условиями для деревьев.

В итоге на тренировку мы чуть не опоздали. Разминаясь, я наблюдала, как двигаются тейринцы. Каждый раз Дисар-ри показывал им новые приемы. Дорт и Рингир, вечно молчаливые и угрюмые, явно лидировали, хотя и Джан не отставал. Капитан не умел делать поблажек. Через два часа, когда я с трудом передвигалась и мечтала побыстрее сбежать и принять душ, Дисар-ри нас отпустил. Мы только и успели выбраться в коридор, когда по громкой связи Кай сообщил, что на весьма небольшом расстоянии от нас, практически у ворот, замерли два боевых корабля. Дисар-ри уточнил про оружие, какие-то параметры, расчеты и велел всем немедленно отправляться в пульт-гостиную и пристегиваться.

По тому, как переглядывались тейринцы, не высказывая удивления и паники, я поняла, что к подобному исходу событий они явно были готовы. Даже Лар-ина, вышедшая из каюты, спокойно прошла на свое место.

– Не переживай, Рина, прорвемся. Капитан и не в таких обстоятельствах выводил корабль целым и невредимым.

То есть дело серьезное…

Расспросить Джана о происходящем я не успела. Корабль тряхнуло, Дисар-ри щелкнул по панели, взлетел и настроил какой-то прибор на потолке.

– Ставь высшую скорость, Кай! – отдал он распоряжение. – Нарий, хвост может зацепить, сворачивай до минимума.

Я еще не осознала этот приказ, когда корабль снова тряхнуло, а потом послышались странные щелчки, дверь забаррикадировалась, а снаружи вылезли металлические, поблескивающие серебром пластины, напоминающие щиты. Корабль свернулся как коробочка, о чем свидетельствовали приборы, и я глупо захлопала глазами, так как впервые столкнулась с подобным. Очередная техническая разработка тейринцев, о которой никто не слышал?

– Кай, что там…

– Уровень опасности третий, расстояние для атаки – три световые минуты.

Дисар-ри кивнул, сохраняя спокойствие и хладнокровие, которое меня пугало еще больше, чем его сверкающий взгляд.

– Не проскочим, капитан, зацепит. Они сузили расстояние до минимума и выпустили…

– Я вижу, – оборвал он.

Джан тревожно всматривался в приборы и хмурился. Я выглянула в иллюминатор, насколько позволял ремень безопасности, но ничего, кроме черноты и рассыпавшихся звезд, не увидела.

– Исар, какая к нам ближайшая планета? – поинтересовался Дисар-ри, не сводя глаз с пульта управления.

– Обитаемая?

– Да.

– Шорна. Почти вся местность болотистая. Неядовитых видов змей не обнаружено. Из птиц…

– Мы должны до нее дотянуть с повреждением в левом крыле, – отдал приказ капитан.

Кай кивнул, не отрываясь от панели управления.

– Джан, Рингир, пересаживайтесь.

Оба тейринца тут же вскочили и заняли места с двух сторон от пилотов.

– Не дать обстрелять правое крыло и днище. Приказ ясен?

– Да, капитан!

– Кай, предельная скорость, Нарий, следи за откатом, Исар, курс на Шорну. Через две минуты начинаем. Через семь минут мы должны оказаться в воротах.

– Есть, капитан, – отрапортовали пилоты, навигатор и Джан с Рингиром.

Дальше все происходило слишком быстро. Капитан стремительно взлетел к потолку, снял с шеи кулон, что давал мне на дне океана, накинул его на выдвинувшийся крюк. Спустился и скинул тренировочную рубашку. Еще мгновение – и пол в каюте раздвинулся, предоставляя взгляду весьма странный прибор, летающий по кругу и выпускающий тонкие, сантиметров по пять длиной иглы. Воздух в этом огороженном пространстве сгустился, капитан же оборачивался и хватал его руками, будто видел какие-то нити. Я сколько ни приглядывалась, не могла рассмотреть энергию, которую он явно собирал. Да и слишком была шокирована происходящим. Я даже об опасности не думала, лишь смотрела на капитана, который скатал в руках никому не видимый клубок.

– Начали! – отдал он приказ и запустил собранное в кристалл.

Тот налился неоновым светом, вспыхнул, рассыпаясь на грани, выпуская что-то нереально жуткое и горячее, и корабль будто накрыла мощная сильная волна, укрывая, словно куполом, и защищая… Дисар-ри не оглянулся, не покинул круга и даже не пошатнулся, когда нас сильно тряхнуло. Попадали какие-то вещи, оставленные в углу, корабль накренился, перевернулся, сделал рывок… Глухой удар пришелся на левую сторону, в иллюминаторах со всех сторон мелькало бело-голубое зарево.

Моя сила рвалась, требовала выхода, потому что я находилась в опасности. Я прикусила губу до крови, чтобы не кричать. Боль ввинтилась в висок, лишала возможности дышать.

Снова удар – и резкий кувырок. Черная громадина чужого горящего корабля в иллюминаторе слева. Сужающаяся воронка перед глазами и мельтешение световых полос. Я зажмурилась, потому что ничего, кроме точек, не видела. Дышалось тяжело, пошла кровь из носа, в голове шумело. И внутри билась одна-единственная мысль – только бы не выпустить энергию, которая всегда возрастала в случае опасности.

– Четверть часа – и мы выберемся из коридора, – раздался голос Исара.

– Левый бок, где хранятся вторые запасные люки, пробит, двигатель цел, – отрапортовал Джан. – Приказ выполнен, капитан.

– Один из вражеских кораблей уничтожен, – подал голос Рингир. – Приказ выполнен, капитан.

– Держим курс на Шорну, – раздался голос Дисар-ри, который показался почему-то не далеким, а слишком близким. – Лео…

Меня отстегнули, ощупали…

– Адиса Рина, вы слышите меня?

– Да.

– Глаза откройте.

Я выполнила его приказ, но зрение не возвращалось. Дорого же я заплатила за то, что не позволила энергии вырваться на свободу.

Мне неожиданно разорвали рукав на левой руке, что-то вкололи, потом заставили проглотить горькую жидкость и запить водой. Ладони дрожали, зубы стучали. К вискам прижались чьи-то пальцы, и стало легче дышать, но зрение не возвращалось. Такого еще никогда не было, и я с трудом сдержала панику.

– Чувствительность повышена, капитан. Адиса Рина, кроме потери зрения еще что-то пугающее вас имеется?

– Нет. С остальным я справлюсь.

– Реакция на защиту кристалла? – уточнил Дисар-ри.

– Полагаю, да. Даже тейринцы не всегда выдерживают. Лар-ина там как? – поинтересовался целитель.

– В обмороке, – ответил Локрис. – В лечебную капсулу?

– Обеих, – ответил Лео.

Меня подхватили на руки, не дав ничего осмыслить, куда-то понесли. То, что это сделал капитан, не вызывало сомнений. Дисар-ри так и не успел одеться после тех странных действий с кристаллом, который явно активизировал неизвестную мне защитную энергию, спасшую корабль с экипажем. И я чувствовала жар его тела, твердое плечо под щекой и чуть терпкий мужской аромат, свойственный именно этому мужчине.

– Вам хуже? – вдруг встрепенулся он, когда я попыталась чуть потянуться у него на руках, собирая крохи силы.

– Безумно хочется вас потрогать, капитан. Плечи и спину, мышцы все эти… – созналась я и даже не сразу сообразила, что именно и кому сказала.

– Что ты ей вколол? – глухо поинтересовался Дисар-ри.

– Восстанавливающее с успокоительным эффектом. Оно убирает последствия шока, снимает слабость. Зрение и силы вернет лечебная капсула.

– Не хочу туда, – поморщилась я.

– Почему? Она безопасна для вас, адиса Рина, – тихо заметил Дисар-ри, явно боясь меня испугать.

– Если бы там были вы, капитан…

– То что?

– Я бы вас потрогала, и мне не было бы страшно, – заявила я.

Какую гадость они вкололи, что язык с трудом поворачивается, а запах мужчины становится все сильнее?

Дисар-ри вздрогнул и остановился. И я даже не сразу поняла, что укусила его в плечо и теперь зализываю укус.

– Лео, – прохрипела я.

– Что, адиса?

– Я вас убью, когда эта пакость исчезнет.

– Я доберусь до него раньше, адиса Рина, – прошипел капитан.

Я снова уткнулась в его плечо. На большее сил не было. Слабость наступила страшная, губы саднило, во рту остался привкус крови – металлический, противный, такой ни с чем и не спутаешь.

Вскоре меня бережно положили, разжимая ладони, которыми я вцепилась в Дисар-ри.

– Капитан… – позвала я.

– Да, адиса Рина.

– Вы красивый. Очень.

– М-да… с дозой я явно переборщил, – неожиданно отозвался Лео.

– Я не хочу, чтобы вы уходили, капитан. С вами так хорошо и спокойно… И пахнете вы вкусно. Домом…

А потом раздался легкий щелчок, голоса мужчин стали гулкими и тихими, кожу начало слегка покалывать, и я провалилась в безвременье.

* * *

Я открыла глаза и чуть сощурилась, рассматривая обстановку. Лео находился неподалеку за своим столом и вносил в голограммы какие-то данные.

Раздался щелчок крышки капсулы, в которой я находилась, и тейринец оглянулся.

– Как самочувствие?

Он поднялся, подошел ближе, проверил приборы.

– Показатели в норме. Зрение вернулось?

Кивнула и уточнила:

– А сколько прошло времени?

– Двое суток.

Ох!

– Ужин через полчаса.

Покосилась на Лар-ину, все еще находящуюся в соседней капсуле и что-то бормочущую во сне, поблагодарила целителя за заботу и сбежала к себе в каюту. Та встретила меня разбросанными схемами и рисунками. Я ведь так и не успела после тренировки их убрать, не до этого было. Посмотрела в зеркало и бросилась умываться. Контрастный душ оказался весьма кстати. Посвежевшая и переодетая в чистое, почувствовала, как проголодалась.

В столовой уже находилась почти вся команда. Они неожиданно стали подходить, интересоваться моим самочувствием и даже уступили очередь к столу раздачи.

– Смотрю, наша птичка ожила, – заметил Трасирий, накладывая лилаби и ставя на поднос стакан с ярко-зеленым соком.

– Не то слово! Да я слона готова съесть.

Тейринцы запереглядывались и дружно полезли в лаурты искать, что это за животное такое. Размерами впечатлились, сравнили с моими и, дружно посмеиваясь, отправились ужинать.

Я уже почти заканчивала доедать лилаби, когда в столовой появился Джан. Чуть уставший, немного растрепанный. Увидел меня, улыбнулся и тут же присел за столик.

– Смотрю, ты чувствуешь себя гораздо лучше.

– Что верно, то верно. Какие у нас новости?

– Мы на Шорне. Пробит запасной блок, придется ремонтировать. Покорежено левое крыло, сгорела система вентиляции… На самом деле все не так страшно, но еще дня три-четыре мы тут проторчим, пока починим…

– А капитан где? – поинтересовалась я, так и не заметив его в столовой.

– Помогает механикам.

Наверное, удивляться, что он разбирается не только в навигации, уже не стоило. Я попыталась расспросить о нападении, но Джан отмахнулся, давая понять: капитан не желает, чтобы это происшествие обсуждалось на корабле.

Когда с ужином было покончено, Джан отправился отсыпаться – он был на ногах вторые сутки. Наверное, так и остался бы помогать, если бы Дисар-ри не отправил поспать, пригрозив в наказание за непослушание отловом на болоте гадюк длиной с его рост.

Я посмеивалась над его ворчанием, но капитана поддерживала.

– Трасирий, они хоть там едят? – поинтересовалась я, когда команда исчезла из столовой и я осталась в ней одна.

– Забегали раза три. Правда, только Дорт – механик наш, да Рингир. Джан вот… Капитана я не видел, но еду ему время от времени кто-нибудь уносит. Утром вроде захватывали точно.

– Ужас! – возмутилась я, представив, сколько прошло времени. – Может, я тогда отнесу?

Трасирий покосился на меня, подумал и кивнул.

– Атмосфера на планете близка к земной, поэтому выйти можешь спокойно. Только никуда дальше корабля не отходи. Опасно, Рина. Испарения ядовитые на этих болотах. Туман вчера такой стоял… и на два шага не видно, а уж змей самых разных…

– Я буду осторожна, – ответила я. – Готовь контейнеры.

Я быстро сбегала и переоделась в комбинезон, переплела косу и выглянула в иллюминатор. Ночи на Шорне непроглядные, но корабль был освещен, поэтому успешно разгонял темень и распугивал хищников. Я зашла к Трасирию, подхватила увесистый контейнер и выскользнула наружу. Небо затянуло серо-красными облаками, что навевало жуть. Моросил противный дождик, дул холодный ветер, под ногами тянулся зеленоватый туман, явно пришедший с болот. Воздух, пропитанный влагой, казался тяжелым. И запахи – тины, ряски, стоячей воды – заставляли морщить нос. Я огляделась, внимательно посмотрела под ноги, прислушалась и пошла в ту сторону, где ремонтировали корабль.

Вскоре раздался голос капитана, который попросил какой-то инструмент, потом послышался легкий скрежет, полетели искры. Я осторожно заглянула внутрь и обнаружила, что трое тейринцев в простых комбинезонах с помощью неизвестных мне и, сдается, многим расам инструментов состыковывают куски, сдвигая блоки.

Капитан неожиданно обернулся, и наши взгляды встретились. Его глаза чуть отливали серебром и утягивали меня на край Вселенной, где никого, кроме нас двоих, не осталось. Я забыла, как дышать, где нахожусь и зачем пришла. Просто смотрела на капитана и не двигалась.

А потом волной пришли воспоминания… Тогда, после лечебной капсулы, я не помнила произошедшего. Лео сказал, это бывает, беспокоиться не стоит, все вернется. Так и случилось, как он пообещал. И теперь от стыда я готова была провалиться сквозь землю, бежать даже через все эти болота. Вот как я могла ему заявить, что хочу его потрогать?

– Это ужин, – тихо заметила я, поставила контейнер и отвернулась, старательно сохраняя последние остатки гордости и пытаясь уйти спокойным шагом, а не сорваться на бег так, чтобы сердце колотилось, готовое выскочить.

И неожиданно уткнулась в плечо капитана, который оказался передо мной.

– На вас действовало лекарство, адиса Рина, – спокойно заметил Дисар-ри, давая понять, что от него не укрылось мое смятение. – Хотя… я бы отдал все звезды над Тейриной, чтобы услышать от вас эти слова снова. Сейчас.

И уставился на меня, не давая возможности сбежать. Мне стало жарко и душно, я открывала и закрывала рот, так и не находя слов.

– Вы… вы…

Он поднял руку, потянулся к моей щеке и замер, словно остановленный невидимой стеной.

– Без вашего разрешения я не могу к вам прикасаться, адиса Рина. Какая жалость! Но вы ко мне можете. Всегда.

Я нервно сглотнула, а потом сделала глупость. Шагнула ему навстречу, кивая и позволяя чуть огрубевшим от работы пальцам скользнуть по щеке, обвести контур губ, погладить подбородок.

– Капитан, мы сходим поужинать? – раздались голоса тейринцев слишком близко, и я вздрогнула.

Дисар-ри же лишь сверкнул глазами.

– Идите, – ответил он, так и не убирая руку и не сводя с меня глаз.

Но стоило им уйти, как Дисар-ри вспомнил про ужин.

– Составите компанию, адиса Рина?

– Посижу рядом, – согласилась я, понимая, что в меня и кусочка не влезет.

Пока Дисар-ри мыл руки, я оглядела поваленное дерево на полянке, где мы находились, и быстро расстелила небольшую скатерть и вытащила еду.

Капитан вскоре вернулся, приступил к ужину, время от времени спрашивая меня о чем-то, попутно сообщил, что мои растения не пострадали, он даже проверил настройки, но заглянуть в лабораторный блок стоит. Я поблагодарила и потянулась к термосу, когда он неожиданно спросил:

– А вы точно не хотите меня потрогать?

Я пролила теплый сок, который так заботливо налил Трасирий, и уставилась на Дисар-ри. Скажу, нет – поймет, что соврала. Но и правду говорить невыносимо.

– Я серьезен в своих намерениях, адиса Рина. И хотел бы, чтобы вы перестали бояться и начали ко мне привыкать.

– У нас у обоих есть тайны, капитан, – заметила я.

– И?

– Не уверена, что вы примете меня вместе с ними.

– Я приму вас любой, адиса Рина. А вы меня?

Я поймала его встревоженный взгляд.

– Как у вас все просто! Вы так уверены в себе, своих чувствах, а я…

– Сомневаетесь? Для вас прошло слишком мало времени? Или вас что-то смущает в моей расе? Крылья? Моя сила? Мое прошлое? Что?

– Крылья я бы хотела потрогать. Очень.

Дисар-ри неожиданно рассмеялся, удивляя меня. Я глянула в его глаза и только сейчас поняла, что мы опять вернулись к этому «потрогать». Черт!

– Вы, когда сердитесь, становитесь еще красивее. Я вам уже об этом говорил. Что касается крыльев… я запомню, адиса Рина. И однажды… позволю вам их коснуться.

– Слишком личное? – не удивилась я.

– Да. Вы так и не ответили на мои вопросы.

– Я не так много знаю о вашей расе, временами… сгораю от любопытства.

– Но все же держите свое слово, – заметил капитан, складывая контейнеры один в один.

Мне показалось, он хочет улыбнуться, но старательно сдерживается, чтобы ненароком не обидеть.

– Разумеется! – возмутилась я, досадуя, что он заподозрил обратное.

– И все равно вас что-то тревожит. Полагаю, моя команда о чем-то сболтнула за ужином, а вы все не так восприняли.

– Вот откуда вы такой проницательный, капитан? – вспылила я, поднимаясь.

– Не вздумайте сбегать, догоню, – предупредил он, снова оказываясь рядом.

Я попереминалась с ноги на ногу, потом ковырнула носком ботинка землю, увидела, как возвращаются тейринцы, успевшие поужинать, и все же решилась.

– Кое-кто из ваших упомянул, что женщин надо воспитывать… – выпалила я, вспомнив разговор в столовой.

Дисар-ри посмотрел на меня и снова тепло рассмеялся, заставляя чувствовать, как жар ползет по телу, пробирается внутрь, заставляя желать этого мужчину, как никого на свете.

И ощущение – он мой, предназначенный Вселенной, подаренный звездами, становится все сильнее. Я чувствую это кончиками пальцев, боясь спугнуть невероятную сладость чуда.

– Адиса Рина, на моей планете женщин принято оберегать и защищать, заботиться о них и… любить. Просто любить. Вот и все. А воспитывать… у нас для этого птенцы есть, адиса Рина.

Отвечать я не стала, так как вернулись тейринцы. Я быстро попрощалась, подхватила контейнеры и направилась к кораблю.

Дисар-ри

Уже шел второй час ночи, а я только возвращался на корабль. Двое суток сумасшедшей тревоги за мою тезаринку, когда Лео не выдержал и выгнал меня из целительского бокса, грозя вколоть снотворное, уже закончились. Рина живая, невредимая. Еще желаннее, чем была. И крылья серебрятся, рассыпая мягкий свет, почти наполовину сменив цвет.

Наверное, это даже хорошо, что Лео заставил меня уйти. Занялся ремонтом корабля, почти забылся. Ночевать я все равно приходил в целительский отсек, и Лео только головой качал, но не возражал. Некоторое время я сидел рядом с Риной, просто смотрел, как она спит, восстанавливая силы, а потом отправлялся на соседнюю кровать отдыхать. Соблазн заглянуть к ней и сейчас был слишком велик.

Ничего, разберусь с починкой «Звездного странника», снова позову на свидание. Я почувствовал, как жар, так тщательно в последнее время сдерживаемый, снова возвращается, не давая нормально вздохнуть.

Я знал, сегодня мы сделали шаг навстречу друг другу. И однажды все встанет на свои места. Все получится. Я ведь не намерен сдаваться. И буду стараться… быть мягче, осторожнее, терпеливее. Рина такая пугливая, но в то же время доверчивая и наивная. Хрупкая, как лазорь-цвет поутру.

Вызов от дяди пришел неожиданно, и я принял его.

– Что стряслось?

Я понимал: в такое время суток просто так он звонить не станет.

– Оппозиция выслала с Тейрины еще семь кораблей, – без предисловия заявил он. – Инарка не выдала сведений об их базе?

– Нет, дядя. Я дал ей время и возможность выбрать сторону. Пусть решает сама. Сейчас она еще находится в целительском боксе у Лео. Действие кристалла и на нее было оказано впервые.

– Они вас ищут. Если вычислят…

– Раньше чем через неделю им до нас не добраться. Лететь с повреждениями нам нельзя.

Дядя это и сам понимал, но все равно за меня волновался. И за команду тоже.

– Их больше, Дисар. В семь раз больше, чем вас. Я хочу выслать подкрепление.

– Дядя, много кораблей, дрейфующих по неизученным планетам, вызовут подозрения. И нас найдут…

– Вас и так найдут. Это вопрос времени.

– Знаю. И я к этому готов.

– У тебя осталось три недели. Подкрепление я все же пришлю к последней планете, на которой вы остановитесь. Скинь координаты.

Я кивнул, понимая, что рисковать не стану.

– Держи меня в курсе новостей и береги себя, – попрощался дядя, отключая связь.