Глава 5

Спала я плохо. Если говорить мягко.

Всю ночь мне мерещился новоявленный супруг, который то входил в комнату, то укладывался рядом. И каждый раз просыпаясь и не обнаруживая никого вокруг, я долго не могла заснуть, ворочаясь с боку на бок.

Утро пришло слишком быстро, возвращая меня в новый день, где Винтер все еще мой муж.

Грешным делом у меня даже появилась мысль прикинуться больной, запираясь в выделенной мне комнате. Но Винтер наверняка не упустит шанса проверить, а потому я собрала все свое мужество и поднялась с постели. Вновь надев платье из своего небогатого гардероба, я, стараясь дышать ровно, покинула более-менее безопасное место и вышла в коридор, тут же натыкаясь на седовласую женщину.

Она удивленно приподняла брови, отчего ее маленькие очки чуть съехали, потом отряхнула руки и улыбнулась. Слишком радушно.

— Госпожа Винтер! Доброе утро! Вы уже проснулись? Завтрак ждет вас в столовой.

— Здравствуйте, э-э-э…

— Розалин, — представилась дама, спешно поправив фартук. — Я домоправительница. Можете обращаться ко мне по любому вопросу!

— А…

— Господин Винтер отбыл по работе, — поймав мою мысль, пояснила женщина. — Он выдал мне распоряжения по поводу вас.

— Страшно спросить…

— Что?

Мотнув головой, я постаралась улыбнуться, чтобы милая женщина не заметила мое смятение, и спросила:

— Что за распоряжения?

— Конечно же, обогреть вас и накормить! — восторженно заявила она, подхватывая мою руку и утягивая за собой. — Я не знала, что вы любите, поэтому приготовила всего и побольше! Тосты с джемом, блинчики и яичница уже ждут! Хотите?

Живот предательски заурчал, напоминая, что на вчерашней свадьбе мне и кусок в горло не лез. Даже крошки становились поперек. К тому же из кухни, мимо которой меня провели, пахло просто изумительно, вызывая неслабый аппетит.

— С радостью.

— Проходите же тогда скорее!

В столовой и вправду уже был накрыт стол. Под серебрящимися куполами наверняка стояла еда, дорогая посуда сверкала своей чистотой, но из-под крышечки кофейника уже не шел пар.

Очень красиво.

Дома я ела со всеми за общим столом. В кухне.

Мне не полагалось завтраков в кругу семьи — как минимум потому, что мой завтрак был куда раньше, чем поднимались отец и Миранда. Их обед чаще всего проходил вне дома, который я практически не покидала, а ужин или вовсе пропускался, или совмещался с деловыми встречами отца, на которых мне не было места.

Поэтому мои трапезы проходили в кругу слуг, которые понимали ценность времени и никогда не жалели для меня чашки супа.

Сейчас же мне предлагали провести трапезу в столовой. Есть из красивой посуды приготовленную специально для меня еду.

Демоны Бездны… Почему мне так неловко?..

— Розалин, а вы… не хотите присоединиться?

— Я? — брови женщины взметнулись вверх, вытягивая лицо, отчего ее очки вновь съехали на кончик носа. — Трой с вами, госпожа Винтер! Я уже давно позавтракала, и не посмею…

— Может, хоть чашечку кофе?

Подумав несколько секунд, она все же кивнула, согласившись:

— Разве что одну чашечку.

Потянувшись к кофейнику, я призвала силу, нагревая напиток, и любезно наполнила тонкую фарфоровую чашку, приглашая новую знакомую за стол.

— О, какое чудо! Что же вы, милая, я могла бы погреть на печи!

— Зачем? Я справляюсь с этим быстрее, — улыбнулась я, впервые получив нечто похожее на благодарность. — Тем более я тонко чувствую нужную температуру: кофе не обжигает губ, но при этом все еще горячий.

— Очаровательно! Госпожа Винтер…

— Зовите меня Эвер.

— Эвер, — не став спорить, домоправительница произнесла мое имя с такой мягкостью, словно я ее любимая внучка. — Господин Винтер не говорил, что его супруга — обладательница дара.

— Лишь части, — призналась я. — До вчерашнего дня я была Килиан.

— О, — понимающе протянула она, на секундочку замолчав. — Как хорошо, что это было вчера, — неожиданная улыбка, прогнавшая некоторую неловкость, осветила ее лицо. — Теперь вы Винтер. Никто не посмеет думать о вас плохо. Этот род всегда защищал членов своей семьи, поэтому у меня нет никаких сомнений, что под этой крышей у вас начнется новая чудесная жизнь, Эвер.

Она говорила это так уверено, что ей невольно хотелось верить.

Конечно же, я не питала иллюзий, и хоть и понимала, какие трудности меня ждут, все равно не могла перестать бояться насчет своего замужества. Это сейчас я распиваю утренний кофе с приятной женщиной, но скоро этот момент закончится.

Позавтракав, я по привычке собрала посуду и сказала:

— Розалин, как вы смотрите на то, чтобы я помогла вам на кухне?

— Священный Трой! Что за ерунду вы говорите, милая Эвер? У вас куча дел!

— Правда? — усомнилась я, не припомнив ничего, что могло бы занять мое время.

Одно дело — когда ты работаешь, и совершенно другое — когда неожиданно начинаешь жить совершенно незнакомую жизнь.

— Конечно! Я же говорила вам — господин Винтер выдал распоряжения… Та-а-ак, минуточку… Да, вот!

На стол передо мной лег тонкий бумажный лист, который был исписан сверху донизу. Быстро пробежавшись взглядом по плану и по заметкам, что составил для меня Винтер, невольно захотелось закусить щеку изнутри и нахмуриться.

Что я и сделала.

— Вас что-то смущает?

— Что такое «скре-же-те-раль»?

— О! Это такая маленькая коробочка! Она хранится в кабинете господина Винтера! Он частенько ее забывает и отправляет за ней кучера!

Собственно, в плане так и было записано:

«Привези мне скрежетераль, если я его забыл!»

Там вообще было много всего записано. Если это был план одного дня высокородной госпожи, то я не могла не проникнуться к ним уважением, вздыхая над кучей мелких, но затратных по времени поручений.

«Забрать костюм из ателье Гаван».

«Отнести корреспонденцию на почту, подписать выданные счета, выделить содержание».

«Забрать мой мундир».

«Обсудить продовольствие с Ривером с рынка».

«Отправить средства в благотворительный фонд, заранее обговорив условия с госпожой Манкс».

И еще куча таких же пунктов, каждый из которых был подписан дополнительными пометками лично от Винтера, вроде «Живее, Эвер», «Ты хоть знаешь, как отправлять корреспонденцию?» или «Костюм должен сидеть отлично. Размеры мои на глаз определишь или облажаешься?»

Пугало не только количество дел, но и то, что если я с чем-то не справлюсь, то сама вложу в руки Винтера причину надо мной насмехаться. Практически ничего из его списка я никогда не делала!

Чтобы выполнить все, я должна начать прямо сейчас!

— А, вот и скрежетераль! — вернувшаяся в столовую Розалин поставила передо мной крохотную коробочку. — Вы позавтракали?

— Спасибо большое, Розалин! Я хотела бы вам помочь с уборкой, но, боюсь, не успею, — я утерла губы салфеткой и поднялась.

— Священный Трой! Бегите, Эвер! С посудой я справлюсь сама, это моя работа! Удачи вам, и спасибо за кофе!

Правильно распределив задачи, я начала с тех дел, что были поблизости. Зашла на почту, отправила нужные письма с помощью любезной дамы, что согласилась подсказать мне, как правильно оформляется ответ. Забрала мундир, который даже на вид выглядел идеально, подписала счет портному, пробежалась по рынку в поисках Ривера и, отыскав его, едва не застонала.

Я понятия не имела, какой объем продовольствия обычно необходим дому, в котором жил Винтер! Но сжалившийся надо мной пожилой Ривер принес старые записи: собрав нечто среднее из увиденного, я поблагодарила его и поспешила дальше.

Позднее утро и целый день пролетели незаметно. Я опомнилась, только когда солнце уже начало клониться к горизонту, стоя на пороге управления, в котором служил Винтер.

Идя по стопам отца, Винтер с ранних лет крутился подле него, а когда подошло время, также занялся политической карьерой. Лишь раз пять лет назад он решил оставить пост, записавшись рекрутом на сражение у перевала.

Я помню тот год.

Едва ли не самый лучший год в моей жизни, когда Винтер в ней отсутствовал! Даже Миранда в то время оставила меня в покое, повзрослев и став выходить в свет. Семнадцатилетняя я стала ей менее интересна, чем открывшиеся перспективы званых ужинов и танцев, на которые ее стал брать отец.

Лучшее время в моей жизни…

Винтер вернулся с войны еще более заносчивым, злым и ядовитым, чем я его помнила. Он буквально не упускал меня из виду, каждую секунду ища возможность вонзить шпильку или бросить желчное замечание. Уже на тот момент взрослый мужчина, приближающийся к порогу двадцатипятилетия, буквально травил меня, наверстывая упущенный год.

Но служба в армии пошла на пользу карьере, придав его словам веса и значимости. Насколько я знала, урывками подслушивая деловые разговоры лорда Гринвелла, — Винтер-младший обещал в будущем дать своему отцу фору, заняв его место или даже став более успешным.

Я неплохо разбиралась в нынешней обстановке, и хоть моего мнения и не спрашивали, но я была согласна с отцом. Придет время, и Винтер-старший оставит дела, полностью передав их сыну, который уже успел дорасти до его положения.

— Ты задержалась. Где скрежетераль?

Всклокоченный, помятый и явно сердитый — в кои-то веки не только на меня, Винтер вышел из здания, подхватывая за руку и утягивая к ждущей карете.

— Опять напялила эти обноски? Завтра же отправляйся к Гаван и закажи себе приличные платья, чтобы не позорить меня.

— Ты сам с этим отлично справляешь, — фыркнула скорее по привычке, протягивая требуемую мужем коробочку. — Вот.

— Отлично. Где мой мундир?

— Со мной, — качнув головой на свой локоть, указала на висящий через руку чехол.

— Еще лучше. Живей в карету, нам пора.

— Нам?

— Ты же Эвер Винтер? Моя жена, так? Так что да, нам. Не стой столбом, Эвер, у нас мало времени. Еще тебя необходимо привести в божеский вид!

Чуть ли не силой запихнув меня в салон, Винтер запрыгнул следом и спешно ударил по крыше, отдав кучеру приказ трогаться.

Словно не замечая меня, он торопливо стянул сюртук, идеально сидящий по фигуре, затем расстегнул пуговицы на сорочке и потянулся к манжетам, ругаясь сквозь зубы.

— Дай я, — прервав поток ругани, шустро расстегнула маленькие пуговки, что не давались крепким пальцам Винтера, и потянула на себя рукава.

Ни слова благодарности.

Облачившись в новенький мундир, Винтер ладонью пригладил торчащие светлые волосы и выпрямился, превращаясь в военного, которым стал, вернувшись со службы. Обведя меня суровым оценивающим взглядом, он резко открыл окошечко за своей спиной и крикнул:

— В студию на Красной аллее! — Захлопнул створку и вновь обернулся ко мне, презрительно поджав губы. — Сил нет смотреть на это рванье.

Закатила глаза.

Может, от усталости, а может, от нервов, но ругаться сегодня у меня просто не было сил. Я лишь промолчала, демонстративно отвернувшись, закинула ногу на ногу, сцепила руки в замок и уронила их на колено.

Винтера мое молчание совсем не устраивало. Поерзав на месте пару минут, он вновь открыл рот:

— Лучше сразу расскажи, где облажалась.

— О чем ты?

— Список дел, — уточнил он. — Хочу заранее знать, где следует за тобой исправлять.

— Расслабься, Винтер, я со всем справилась.

— И с продовольствием? — кивнула. — Счета? — и вновь согласие. — Что, даже договорилась с Лютером?

— Да. С ним возникли сложности, но после обстоятельной беседы ему пришлось согласиться с тем, что твой заказ важнее прочих.

Винтер крякнул.

Натурально издал странный звук, похожий на сдавленный писк утки, и вытаращил глаза, таращась на меня, как на приведение.

— Что?

— Он готов взяться за работу?

— Я же сказала: он согласен, и плату возьмет без срочности.

Кажется, Винтер не был готов к тому, что я справлюсь.

Да, не спорю, артефактор Лютер оказался крепким орешком. Он наотрез отказывался брать заказы. Махал руками, гудел, как труба, но, следуя за ним по пятам, я все же смогла найти путь к сердцу недовольного и раздраженного мастера.

Решение оказалось простым: напитать несколько его поделок своей силой.

Каждый артефакт должен был быть чем-то закреплен, а так как магией владели лишь единицы, ждать шанса, когда к тебе придет свободный и настроенный на работу маг, можно было месяцами! Даже с учетом того, что дело было привычным, я существенно ускорила работу Лютера, вызвавшись зарядить несколько его артефактов прямо здесь и прямо сейчас!

И пусть я не обладала магией так, как тот же Винтер, но моих сил хватило, чтобы наполнить целых три устройства, подарив ворчливому артефактору несколько свободных дней. В ответ он любезно согласился взять заказ Винтера и обещался заняться им как раз в эти появившиеся выходные.

— Как ты умудрилась?

— Иногда достаточно сказать «пожалуйста», — процедила я, не став рассказывать мужу о том, как все было на самом деле.

Я была вымотана.

Мой крохотный резерв заполнялся не так быстро и чисто, как это было у законнорожденных магов. Я могла работать, беря силу взаймы, но потом некоторое время приходилось восстанавливаться, чувствуя тошноту и усталость. Но не став рассказывать о своей слабости мужу, я обезопасила себя, стараясь не выглядеть беззащитной.

Винтер нахмурился, вперив в меня пронзительный взгляд, но уточнять больше ничего не стал, пока мы не добрались до места назначения.

Так же грубо вытянув из кареты, Винтер толкнул меня к стеклянным дверям, едва позволяя не путаться в ногах.

— Приведите ее в порядок. Чтобы я не мог узнать, — выдал приказ, и две хихикающие девицы бросились ко мне, не упуская возможности кокетливо стрельнуть взглядом в Винтера, ставшего похожим на статую.

Он действительно замер как столб и уставился в противоположную от входа стену, игнорируя льстивые взгляды.

О, демоны Бездны!

Эти полчаса в студии платьев окончательно меня вымотали! Девицы запихивали меня то в один наряд, то в другой, а еще одна женщина безжалостно драла волосы, расчесывая их слишком резкими движениями! Туфли я мерила уже сидя, разогнав надоевших служанок с неожиданной для себя решительностью.

Кошмар… Какой высокий каблук… Но выбора нет.

К концу этой экзекуции я сама себя в зеркале не узнала, что уж говорить об открывшем рот Винтере! Обычно собранные волосы распустили, закрутив локоны на огромные бигуди, а платье из струящейся черной ткани подчеркнуло все, что нужно, кроме того, что хотелось бы скрыть. Смущал только вырез на груди и слишком уж узкая юбка, которая сдавливала ноги, заставляя делать мизерные шажки, чтобы передвигаться.

Вздрогнув и сбросив с себя ступор, Винтер отчего-то разозлился, сведя темные брови к переносице. Бросив спешный взгляд на часы, висевшие, как и всегда, на цепочке, он недовольно цокнул и вновь схватил меня за руку, потянув за собой.

Только вот я больше за ним не поспевать. Тут же запутавшись в ногах, спеленутых юбкой, покачнулась, заваливаясь боком на голую брусчатку.

— А-а-а!..

— Демоны Бездны! Эвер! — рявкнул Винтер, подхватив меня в полете. — Ты что творишь?

— А что ты меня дергаешь? Сам бы попробовал в этом побегать!

— Я тороплюсь!

— А я не успеваю! Смирись, Винтер!

Мы бы так и ругались, пока я продолжала висеть в руках мужа, а он крепко меня держал, не позволив упасть. Только, похоже, он и вправду спешил, потому что, прорычав что-то гнусное и пакостное, перехватил мое тело на руках и забросил к себе на плечо, спешно бросившись к карете.

Весь оставшийся путь прошел в ледяном молчании.

Я вновь смотрела в окно, не обращая внимания на пыхтящего от недовольства мужа, то и дело чувствуя, как он поглядывает в мою сторону, но хотя бы молчит. Разве что иногда мне казалось, что смотрит он вовсе не в лицо, а несколько ниже, разглядывая декольте платья.

— Надень.

Только карета остановилась, супруг вытащил из рабочего сюртука бархатную коробочку, протягивая мне. Под крышечкой меня ждал комплект семейных драгоценностей с квадратными рубинами. Не став гневить мужа еще сильнее, я торопливо надела их, не ожидая помощи.

Тяжелое колье охватило шею, серьги непривычно оттянули уши. Из всего комплекта разве что браслет был впору и, на мой взгляд, смотрелся хорошо.

— Веди себя прилично, — шикнул он, навешивая на лицо маску любезного и воспитанного господина. — Не позорь меня.