Глава 6

Званый ужин, на котором я оказалась практически незваной гостьей, еще не начался. Приглашенные прохаживались по уютной гостиной, разбившись на группки, и о чем-то неспешно болтали, потягивая игристое из дорогих фужеров.

Но стоило нам войти, как к Винтеру тут же потянулись не знакомые мне люди, приветствуя и планируя украсть минутку его внимания. Демонстративно не представив меня, он жестом призвал держаться за его спиной, будто бы скрывая меня от любопытных взглядов.

Стало обидно.

Это ужасно узкое платье, стоившая сотни вырванных волосков прическа и дорогущее колье на шее, похоже, все равно не заставили мужа прекратить меня стыдиться. Мало того, он принялся даже загораживать меня собой, стоило хоть кому-то обратить внимание на мою персону.

— Даррен, представь же нас! — Присоединившаяся к нашей компании леди в возрасте приветственно протянула руки, нагло отпихнув Винтера в сторону. — Как твое имя, прелестница?

— Познакомьтесь, — сдался Винтер, тяжело вздохнув. — Моя супруга — Эвер.

— И как долго ты планировал прятать от нас это сокровище? — возмутилась она полушутя. — Рада познакомиться с тобой, дитя. Меня зовут Хиллен Вилорби.

— Мы знакомы, леди Вилорби, — склонила голову в вежливом поклоне. — Вы и ваш супруг — лорд Вилорби — были в прошлом году на приеме у лорда Гринвелла.

— Действительно, к моему сожалению, я не запомнила такую красавицу. Ох, память с годами подводит! Я приношу свои извинения за невнимательность, дорогая!

— Не стоит. На том приеме было много гостей, всех не упомнил бы даже сам хозяин вечера.

— И все же, — она задумчиво прищурила глаз, потерев острый подбородок пальцем. — Мне знакомо ваше лицо, вы правы. Но я не могу вспомнить… Эвер?..

Я готова была открыть рот, чтобы назвать свое девичье имя, но стоящий рядом Винтер резко занял все пространство между нами, загораживая меня спиной.

— Со вчерашнего дня — Винтер, — отрезал он, дав всем понять, что я бастард, но заранее отрезав все разговоры и обсуждения на эту тему. — Это главное. Хеллен, прекрасный прием, благодарю за приглашение. Жаль, что вы были в отъезде и не смогли посетить вчерашнее торжество.

На секунду растерявшаяся женщина быстро взяла себя в руки, вновь став светской дамой, и благодушно кивнула.

— О, Даррен! Тебя я и искал! Я хотел бы обсудить с тобой заседание совета относительно продовольственной палаты. Найдется минутка? Хеллен — вы прекрасны.

— Благодарю, — от комплимента подошедшего мужчины хозяйка вечера удивительным образом растаяла, став похожей на довольную кошку. — Рада твоему возвращению, Велдон.

— Несомненно, — отрезал он мягко, но непререкаемо, отчего я любопытно вытянула шею, стараясь разглядеть незнакомца.

Военный.

Облачен в парадный мундир, подчеркивающий статность и ширину плеч. Он держал идеальную осанку, глядя прямо на Винтера. Серые, глубоко посаженные, но распахнутые глаза смотрели ровно и холодно, а вот губы, напротив, выглядели куда мягче, даже если сравнивать с губами Винтера.

Заметив мое любопытство, мужчина, названный Велдоном, сперва нахмурился, но только на мгновение, а следом его взгляд потеплел, став не таким тяжелым.

— Представишь?

— Моя жена Эвер Винтер. Эвер, это мой товарищ и сослуживец — Велдон Кроули.

— Очень приятно, — кивнула, слегка смутившись от внимания незнакомца.

— Уверяю, я рад знакомству с вами, как ни с кем другим.

— Что ты хотел обсудить, Кроули? — рыкнул Винтер, вновь багровея. — В двух словах — я тороплюсь.

— А, да, — Ведлон, словно забывший о его существовании, резко вернул рассеянный взгляд на моего мужа и тут же собрался. — Я слышал, что Дензелы будут настаивать на внесении пятой поправки. Если к ним присоединятся Кирби, нам не устоять.

— Нет причин для волнений. Со вчерашнего дня Гринвелл на нашей стороне и поддержит билль.

Секунда на осознание, короткий, но внимательный взгляд в мою сторону и принятие. В голове Велдона Кроули явно сложилась картинка; кивнув сам себе, он кивнул Винтеру:

— Рад слышать.

— Речь о билле на лавочную торговлю?

— Да что ты об этом знаешь? — едва не рявкнул Винтер, зло уставившись через плечо.

Клянусь священным Троем — будь мы наедине, он откусил бы мне голову за храбрость задать этот вопрос.

На самом деле, отец хоть и не держал меня подле себя, но так как статус у меня был едва ли чуть выше прислуги, я многое знала, становясь невольным свидетелем чужих бесед. Лорд Гринвелл был закоренелым женоненавистником, считая женщин не самым интеллектуальным созданием, и оттого не стеснялся болтать в их присутствие. Даже свою родную дочь Миранду, рожденную в законном браке, он считал скорее красивым аксессуаром, который в будущем мог бы принести ему полезные союзы. Иногда мне казалось, что несчастная леди Гринвелл, которую мне не удалось застать при жизни, специально умерла, только чтобы избавиться от общества собственного супруга.

— Достаточно. Если речь все же о нем и о поправке на товары из-за границ, то на вашем месте я бы не была так уверена в поддержке лорда Гринвелла.

— Это еще почему? — фыркнул Винтер. Однако, судя по взгляду, он был готов слушать — правильное решение с его стороны.

— Потому, что сейчас он, как и еще некоторые лорды, среди которых Дензелы и Кирби, имеет выходы на поставки из Туанси и Чуруди. Если каждый торговец будет иметь право ввозить товары на нашу землю, они потеряют свой доход, не выдержав честной конкуренции. Уверяю вас, лорд Гринвелл не поддержит то, что может лишить его золота.

Мужчины молчали. Но молчали хорошо, задумчиво, обдумывая и осмысливая мои слова.

Скажи я нечто подобное отцу, он или бы рассмеялся надо мной, назвав речь «потугами», или же разозлился, возмущенный тем, что я способна на размышления.

Но Винтер и Кроули не спешили разразиться гневными замечаниями, а, напротив, заинтересовались.

— Если лорда Гринвелла мы вычеркиваем, то по голосам уступаем оппозиции, — протянул Винтер, напряженно хмурясь.

— А лорд Холлвей? Он хоть и старик, но у него тоже есть право голоса.

— Лорд Холлвей решил уйти на пенсию и теперь числится в совете лишь номинально, — разочарованно хмыкнул Кроули. — Я пробовал с ним договориться, но он заупрямился, что больше не хочет принимать никаких решений.

— Я могу его уговорить.

Уставившиеся на меня две пары глаз смотрели ошарашенно, заставляя смущаться и покусывать изнутри губы. Велдон Кроули, подумав несколько секунд, согласно кивнул, а вот Винтер…

Винтер холодно и отстраненно молчал, режа своим взглядом, полным стали.

— И речи быть не может.

— Но почему? Даррен, твоя супруга права: если Гринвелл выходит из игры, то мы проиграли. Если есть шанс получить голос Холлвея — я за.

— А я против, — не сдавался муж, вновь начиная загораживать меня спиной. — Обсудим это позже, Вел, а сейчас мне пора… поговорить со своей женой, — последнее он уже прошипел, вновь волоча меня куда-то сквозь толпу гостей. — Ты что вытворяешь?

Стоило оказаться на балкончике, с которого открывался чудесный вид на городские улицы, подсвеченные вечерними фонарями, Винтер тут же придавил меня всем телом к парапету.

— Пытаюсь помочь, не понял?

— Не смей в это лезть, Эвер, — проговорил по слогам, стараясь задавить своим тоном. — Я запрещаю.

— Запрещаешь спасать твой билль? Чудно, Винтер, а главное, как дальновидно. Далеко пойдешь!

Упершись ладонями в парапет за моей спиной, он придвинулся так близко и хищно, что мне пришлось отклониться, чтобы не стукнуться лбами. Взгляд Винтера жрал меня по частям, тело дрожало от гнева и напряжения, а дыхание было таким злым и тяжелым, что становилось страшно.

— Мне твоя помощь не нужна.

— Ошибаешься.

— Эвер!

— Винтер!

— Прекрати знать меня «Винтер»! Я — Даррен!

Ах, вот оно что…

Оказывается, чувства супруга были задеты моим официозом, которого я придерживалась уже много лет.

Когда-то давно, после очередной сцены с нашим участием, я зареклась произносить его имя, обращаясь исключительно официально или по титулу. Так как лордом он еще не стал, пресловутое «Винтер» прилипло к нему растопленной смолой.

И, как сейчас выяснилось, сильно его раздражало. Но хуже всего было то, что даже в собственных мыслях я давно не произносила это имя и, беззвучно проговаривая его в голове, все больше понимала, что с трудом могла бы исполнить этот… приказ?

— Тебе нужна моя помощь… Даррен.

— С какой стати ты хочешь мне помочь? С чего вдруг ты так просто открыла карты отца, а? Почему решила высказаться?

— Это допрос?

— С пристрастием, дорогая, — улыбнулся он с аппетитом льва.

— Ты меня не поймешь, а я не хочу объясняться. Так что просто устрой мне встречу с лордом Холлвей, чтобы заручиться его поддержкой.

— Эвер-Эвер-Эвер, — разочарованно покачав головой, Винтер разом обесценил мое предложение. — С чего лорду говорить с тобой — безродной пигалицей из дома Гринвелл?

— С того, что со вчерашнего дня я Винтер. А с лордом Холлвей я знакома уже давно, так что просто устрой встречу и не мешай.

Он был зол и раздосадован.

На кону маячил желанный голос, гарантирующий победу, но перспектива довериться мне его откровенно пугала и раздражала. Взвешивая все за и против, Винтер хрустел кулаками за моей спиной, неотрывно глядя в глаза, словно пытался отыскать в них подсказку.

— А если ты все испортишь?

— Тебе придется мне поверить, или наш брак в будущем не назовут удачным.

Улыбнулся.

— Я тебя в порошок сотру, если ты все испортишь.

— А если помогу? Что тогда… Даррен? Какой будет благодарность?

— Что ты хочешь?

— Отложи супружеский долг.

Улыбка исчезла с его лица, сменившись серой мрачностью. Судя по поджатым губам, он и сам не очень-то спешил с этим, но сам факт того, что я прямо просила об отсрочке, ударил по хрупкому мужскому эго.

— До принятия билля.

— Договорились, — кивнула, дав себе отсрочку на три дня.

— Но как только решение вынесут, — Винтер придвинулся ближе, едва не прижавшись губами к моему уху. — Мы приступим к делу независимо от результатов. И лучше бы мне быть в благостном расположении духа, дорогая.

— Несомненно, дорогой, — в тон ему процедила я, ожидая продолжения, но Винтер неожиданно отступил, снимая свой мундир.

Набросив его на мои плечи, супруг, не спрашивая моего желания, запахнул его полы на груди, скрывая декольте.

— Это платье… тебе не идет, — бросил, словно причину, и, не оборачиваясь, ушел, оставляя меня одну.