Глава 17

— Ты выглядишь, как женщина с низкой социальной ответственностью, моя дорогая. Когда сегодня увидел тебя в газете, в пурпурном наряде, с перьями в волосах, то первой мыслью было уточнить, сколько стоят услуги такой смазливой крошки, — шепнул на ухо Максимилиан Лэнгфорд, мой разлюбезный свекор.

Мы собрались в просторном светлом кабинете витражными окнами, заостренными кверху. От обилия зеркал, бликующих мозаик и начищенных рожков светильников рябило в глазах. Возглавлял длинный стол Себастьян. Меня усадили посередине, между Эвергрейвом и старшим Лэнгфордом. Точнее, последний подсел в последний момент, согнав с соседнего кресла прежде незнакомого мне господина. 

Себастьяну это явно не понравилось. Он вообще не излучал добродушие. Пока все занимали свои места, его лоб ни на минуту не разгладился. И на переносице тоже залегла неровная морщина. 

Неутоленное желание мужчины переносят хуже. Известный факт — и хоть какое-то утешение. 

Слова, сказанные им напоследок, когда я покидала кабинет, борясь с головокружением, звучали в ушах громче, чем неуклюжие попытки его отца заставить меня смутиться. 

— Заканчивай это глупое представление, Динадин. Возвращайся домой и жди меня там. С этим необходимо разобраться. Так дальше продолжаться не может.

И пока надо мной колдовала секретарь Дэвида, теса Алма, я продолжала прокручивать их. Что он имел в виду под разобраться? Донести меня до кровати? Ничего другого конструктивного Себастьян мне не предложит. 

Утром мой поверенный с некоторым удивлением сообщил, что бывший муж пока отказался обжаловать решение суда. Морально я готовилась к тому, что тяжба затянется на несколько месяцев, да и Лэнгфорд вчера дал понять, что в его корпорации мне делать нечего. 

Алма простейшими заклинаниями привела в порядок ажурную вышивку на лифе платья. Кружево не только растрепалось, но и оказалось порвано в паре мест. Может, поэтому Себастьян сейчас постоянно опускает глаза мне на грудь?

А вот с багровым отметинами на шее она возилась почти все время, что оставалось до совета. Тщетно. Даже несколько слоев тона не давали результата, а иллюзии на мне не держались. 

Самое забавное, что каларианки, особенно в возбужденном состоянии, могли свободно менять внешность. Однако мне это качество не досталось, в отличие от полной невосприимчивости к чужой магии — в результате ни одно маскирующие заклинание не удержалось. 

— Я не знаю, госпожа — всплеснула руками теса. — Можно попробовать замотать шею платком. Но где я его сейчас найду? И под ваше шикарное платье ни один не подойдет. 

Я готова была разреветься. Проигнорировать заседание? Прийти с кровоподтеками? Проблема в том, что грандэрл уже предупредил наблюдателей, что я приглашена. Но Себастьян, который чуть не смел меня с доски, как зазевавшуюся пешку, сам же и спас положение. 

Со звуком лопнувшего шара передо мной и тесой возникла коробочка от модного дома «Илинньи», а в ней — черный кружевной чокер. С учетом, что на платье тоже имелись черные кружева, повязка подошла идеально. Алма ловко закрепила ее ровно под горлом. 

Как он раздобыл украшение так быстро? Купил для Софии, а отдал мне? Так что на совет я все-таки попала. И единственное, что теперь выдавало мою слабость, — это припухшие от поцелуев губы. 

… Связь еще не разорвана. У Лэнгфорда все признаки удержания и собственнического поведения. Это скорее всего нормально для мага его типа. Он не умел отдавать, не умел делиться. А тут социальные нормы вынуждали его отпустить прежде запертую дома самку, чтобы иметь возможность завести новую в том же статусе.

Поспособствует ли это моим планам? Пока что — только мешает. И как быть со своей чудовищной реакцией на его близость? Есть у «Лэнгфорд Эстейт» бизнес, очень далекий от метрополии… Может быть, отправиться туда? Но тягать детей в другое полушарие Себастьян не позволит.

Он вообще превратился в ходячее противоречие. Заявил, что мне не место в обществе и, тем более, в деловых кругах — и уже на следующий после развода день организовал внеочередное заседание по моему вопросу. Чуть не взял меня на столе, приказал возвращаться домой — и тут же прислал кружевную ленту, чтобы я все-таки могла присутствовать на совете.

— Тебе идет ошейник, милочка. На болонку ты не тянешь, а вот на куртизанку, на такую прикормленную кошечку…  — не унимался Максимилиан. В это время брови Себастьяна неуклонно ползли вверх, а хранитель треста делал вид, что он оглох. 

Что происходило с обычно спокойной магией эрленда, я боялась даже вообразить. Слух у него в таком состоянии, наверняка, не хуже моего.

— Максимилиан, вы уже дедушка. В вашем возрасте, конечно, приятнее предаваться эротическим фантазиям, но все-таки мы собрались заняться планированием. Подумайте лучше, почему выручка от добычи в колониях в последнем квартале выросла у «Лэнгфорд Эстейт» всего на тридцать два процента, а компания Блеквуда на соседних островах подняла свою на пятьдесят?

Продолжать провоцировать Себастьяна чревато локальной катастрофой. Хотя его папочка буквально напрашивался, чтобы ему разъяснили разницу между куртизанкой, очень дорогой куртизанкой и каларианкой. Последняя размажет его по спинке стула совершенно бесплатно — и зуд в чреслах навсегда перестанет быть проблемой. 

Пока Максимилиан то ли кряхтел, то ли хихикал, слово взял его брат Винсент, сидевший прямо напротив меня. 

— Диди, ты ли это? Ах, моя девочка. Какие щечки, какие губки… Как похорошела! Иди сюда, обними старика. А похудела-то как… Эти два стервятника совсем тебя не кормят. Иди скорей, поцелую, — заворковал добрый дядюшка моего мужа, людоед на инвалидной коляске. — Хо-хо, сколько же мы с тобой не виделись?

За десять лет я так и не определилась, кого из двух братьев не выносила больше.  

— Довольно, дядя, — обрубил его Себастьян. — Мы кое-как собрали твое энергетическое ядро после того, как ты чуть не умер на своей сиделке. Начинаем, господа. 

Помимо Лэнгфордов, за столом еще около дюжины сотрудников траста, возглавлявших различные направления. Это также подчеркивало, что эрленд не шутил и заседание у нас не картонное. Напрасно я опасалась, что мое назначение рассмотрят только три держателя — муж и его старшие родичи, — заинтересованные избавиться от меня побыстрее.

Чем больше людей — тем больше информации просочится к репортерам. 

— Рад представить эрлу Динадин Лэнгфорд. Как вы знаете, супруга подарила мне двух замечательных детей. А после развода не пожелала рвать с семьей связи и захотела разделить управление со мной… Да, не в равных долях. Да, эрла пока будет пробовать свои силы… Так что сначала мы выслушаем Динадин, а затем — идеи каждого из вас. Где нам сегодня более всего нужен свежий взгляд и гибкий подход? Кроме того, прошу учитывать, что полгода, в течение которых эрла находится на испытательном сроке, совпадают и с переходным периодом, который по закону суд дает парам с детьми. Не исключено, что я и Ди, работая вместе, найдем выход из разногласий, которые до этого казались непримиримыми. 

Переходный период означал, что семья могла воссоединиться без юридических проволочек. Как будто и не было развода. Но, по-моему, если я не ошибаюсь, для этого требовалось согласие обоих… А не щелчок пальца эрленда. 

— Да, понятно, какой выход, — задребезжало у меня из медальона. — Кастрировать его, а потом и обратно можно взять. 

Вот же эбс. Кое-как я успела прикрыть грудь ладошкой. У моего беса открылся талант рубить правду в самый неподходящий момент.