Глава 24

Себастьян, еще двумя часами позже

— Александр, мне плевать, как это звучит. Убери свою методичку. Засунь в… дальний ящик. Протокол «бывшая жена Лэнгфорда» отменяется. Недействителен. Понял меня? Ни одно существо с подозрением на то, что оно когда-нибудь носило брюки, не остается с Ди наедине. Вы всегда рядом — и тут же ставите в известность меня.

Уже разгар вечера. Я у себя в отеле. Не один. Но и не в компании какой-нибудь очаровательной девицы. Не с раздетой и раскрасневшейся Динадин на шелковых простынях. Нет. Со мной дети.

Викки собралась ночевать здесь. Анри рвется к матери. Та отправила их ко мне, заявив, что у нее острая головная боль, а оставлять сына и дочь дома без родителей — то ли безнравственно, то ли безответственно. 

Я ее не до конца расслышал. Кристалл барахлил. У одного из нас скакала магия. Или у обоих сразу… И если Викки довольна, просто счастлива, то Анри насупился и вот-вот расплачется прямо над тарелкой. А Александр Рейнер, глава моей личной службы, сообразительный малый, на этот раз прикидывается идиотом. 

Я отошел от стола, за которым мы ужинали. Поставил глушилку и уже готов грохнуть переговорную шкатулку об пол. 

— Почему протокол недействителен? Развод не состоялся? — бубнил маг. — Но газеты уже написали… Блеквуд назвал эрлу самой очаровательной деловой женщиной в Нетании. Император выразил уверенность, что одна из лучших учениц его первого выпуска обязательно проявит себя. 

До сегодняшнего дня в стране не существовало женщины, занятой бизнесом, а этот эбсов курс окончили две с половиной эрлы. Эти двое, точно, сговорились. Однако Блеквуд вполне предсказуем. Мечтает, чтобы я сорвался и намылил ему шею…

Надоело, что его суда постоянно тормозят в проливе из-за ошибок в декларациях. Еще бы. Страны архипелага, входившие в торговый блок, меняли правила несколько раз в неделю — и ровно так, как выгодно Лэнгфордам. 

— Потому что я так сказал. У меня есть основания считать, что Ди угрожает опасность. Ее репутация на волоске. Здоровье тоже. Через нее попробуют шантажировать семью. Не исключено похищение с целью выкупа. Ее выбрали самой легкой мишенью. Теперь ясно? Не спускать с нее глаз.

Я говорил предельно мягко. Во-первых, это всегда действовало безотказно. Во-вторых, нельзя менять модуляции — иначе энергия просто рванет. 

Дети за столом махали руками в мою сторону. Эбс, эбс, эбс. Чем я все это заслужил? Захлопнул шкатулку. 

Надо было хватать Ди прямо на свадьбе, не изображая оскорбленного грандэрла. Нет, вместо этого я раздобыл пузырек с краской и всячески демонстрировал ей, как мне неприятна «ситуация» и как я не рвусь заменить в ее постели Итона… Тогда она еще не успела наглотаться этой дряни. И перепить в тот день не успела бы… Раскрытая каларианка. Драка с ее отцом. И после драка с гостями. Как бы я поступил с Динадин?

— Папа, смотри, по стене ползет трещина. По потолку тоже. Сразу две. Сейчас все обвалится, — Виктория чуть ли не хлопала в ладоши. — Это у соседей кто-то потерял контроль. Наша мама так не умеет. Только стекла бьет, а ведь у нее пятый уровень. 

Анри слишком внимательно смотрел на меня. У него чувствительность повыше, чем у Викки. Наконец-то в его взгляде не только опасение, не только осторожность — что-то горячее, похожее на восхищение.

Мне вдруг захотелось потрепать его по белобрысой вихрастой макушке. 

— Не у соседей и не потерял. Просто тяжелый день, — признал я. — Ешь консоме, сын. В тушеной арриве много витаминов. И положи котлету обратно. Куда ты ее сунул, под стол?

Только мать умудрялась кормить этого упрямца чем-то, отличным от горячего шоколада, пудинга и мороженого. Ди заговаривала ему зубы. 

Он потянулся за следующей котлетой. Однако вся его поза говорила, что затея бесполезная и толку не будет. 

— Съешь эбсову котлету и кусок любого жареного мяса. Вон Викки уже закончила, а третий десерт — это уже перебор, дочь… Тогда мы с вами займемся подавлением хаоса. Я покажу, как можно стягивать структуру, чтобы вернуть материи исходную форму.

Ого, оба глядят на меня, раскрыв рот. А ведь это не так сложно. Нужно иметь терпение и точность. Много точности. Я с детства компенсировал нехватку силы умением наводить порядок. При помощи магии это даже удобнее.

*******************

После ужина и сеанса показательного ремонта Анри все же согласился ночевать в моих покоях и дать маме отдохнуть. Однако он не ушел в отдельную спальню, и я постелил ему на кушетке в своей. 

О том, чтобы вызвать женщину для утех, речи уже не шло. Не буду же я прятаться в других комнатах или в одной из ванных. Настроение пропало. Я смирился. 

— Мама всегда читает мне на ночь. Но твои книжки, наверное, не такие интересные. Ты можешь рассказать мне сказку. 

Сын сопел мне в бок. Он явно хотел спать. И при этом схватил мое плечо двумя руками. В клещи. 

Сказки я не любил. Поэтому рассказывал ему легенды Сейранских островов, пока мой службист Генри бегал в наш опустевший особняк за книжками. 

Как так вышло, что этим вечером я так и не сумел поговорить с Динадин с глазу на глаз? Уйдя от Хэллорана, я отправился к ней, но она занималась примеркой. Причем не где-нибудь, а в салоне нижнего белья. Оттуда она сразу улизнула порталом в аптеку. Затем — в апартаменты, где и объявила себя больной. 

Я бегал за ней по всему городу, как какой-нибудь мальчишка, еще не окончивший академию, но решивший приударить за светской эрлой. Без намека на взаимность. 

Кристалл завибрировал. Задремавший было Анри дернулся. Я постарался раскрыть переговорный артефакт как можно дальше от него. Поставил громкость на минимум. 

Снова Александр. На этот раз, скорее, встревоженный. 

— Грандэрл. В отеле, где остановилась ваша жена. На этаже, где как раз ее номера… А там сейчас больше нет других постояльцев…

— Быстрее, Рейнер. 

— Оттуда поступил запрос. По коду для каларианцев. То есть анонимность — первой категории, потребность — первой категории… И… 

— Где тебя тренировали, в школе для девочек? Хватит заикаться.

И он все-таки выпалил: 

— Запрос на мужские услуги. Кто-то вызвал мужской эскорт. Мужчину, брюнета, до тридцати лет. И я подумал…

— !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!