Глава 2.

Амелия Андреева

От возмущения у меня вспыхивают щёки. Я терпеть не могу, когда ведут себя нагло, но когда ещё и сначала прикрываются маской благородства, а потом пользуются этим… Вдвойне отвратно.

Зачем тогда вообще помогал мне с ними? Ну и бросил бы на произвол судьбы в таком случае. Посидел бы и помолчал. А получается, он такой же испорченный, как и они. Если ещё не хуже… У него же на лице написано – бандит. Ну, если не бандит, так точно – избалованный деньгами и властью придурок. А я с такими дел не имею.

– Я никуда с тобой не пойду, ещё раз говорю, – отрезаю максимально злобно, чтобы он осознал, что я не из тех, кто будет лизать ему задницу. – Хочешь – зови их обратно и скажи, что ты передумал, пусть меня уволят. Потому что я не просила тебя помогать.

– Ох ты ж, нихера себе, язычок прорезался… – улыбается он, облокотившись на столешницу. – Ты же понимаешь, что лучше по-хорошему…

– Не нужно мне угрожать, я пошла работать, – отрезаю, перебив, и следую брать следующий заказ, как вдруг неожиданно, стоит мне исчезнуть на кухне, в мою руку вцепляется Лизка. И буквально сжимает её с такой силой, что приходится отдёрнуть.

– Ай!

– О, Боже… Ты его знаешь? Откуда?! – верещит, словно ужаленная, и я тут же меняюсь в лице.

– Что? Нет, я не знаю…

– В смысле? А чего он тогда за тебя заступился?! – тут же возмущенно возникает она, скуксив лицо.

– А я почём знаю? Кто это вообще такой?!

– Блин, Амела… Это же Назар Грек, как можно не знать, блин?! – выдаёт она так, словно он сам министр или даже президент.

– Эээммм… Я уже поняла, только кто он такой-то?!

– Сын Себастьяна Альбертовича!

Блин, она снова говорит загадками…

– Мне сейчас вообще не легче стало. Ты издеваешься? – смеюсь я, а она крутит указательным пальцем у виска.

– Дорогуша… Посмотри, кто учредитель сети ресторанов, которым мы принадлежим, – сообщает она, заставив меня замереть на месте. Серьёзно? Почему я помню только управляющего… Господи…

Потому что напрямую никогда о нём не думала даже. Нафига мне знать, кто тут учредитель??? Я ведь даже не админ… Просто официант. А сам учредитель к нам никогда не являлся с визитами…

Блин, что за день сегодня такой?! Нафига он вообще припёрся?!

– Иди работай, у тебя пятый, – направляет она меня и исчезает из зала, будто главная здесь, хотя у нас нет иерархии, просто она такая халда по натуре. Я выглядываю из-за шторки и понимаю, что этот наглый парень всё ещё сидит там, блин… И вот что мне теперь делать? Когда я сказала про увольнение, я же пошутила… Мне нужны деньги… Мне реально здесь нравится. И график, и зарплата, и персонал. Всё, как надо…

Дальше я бегаю по залу, как дурочка, стараясь не смотреть на него, но нет да нет всё равно поглядываю, потому что он буквально прошивает меня своим стальным хитрым прищуром, будто наизусть меня решил запомнить…

Только вот мне всё это вообще не нужно. Он мне не нравится. И по нему видно, что от него проблем не оберёшься, так что ни за какие коврижки…

Наше заведение закрывается в десять. И до конца смены остаётся час. Сердце в груди тревожно бьётся, потому что я вижу, что Лизка услужливо улыбается ему и что-то ставит на стол, а потом они оба смотрят в мою сторону, и он бесцеремонно тычет на меня пальцем, словно я какая-то вещь… А сначала казался таким интеллигентным, блин… И мата даже не проронил там в конфликте… А тут такое хамло, блин, думающее, что все и вся ему принадлежат.

Через секунду Лизка идёт прямиком ко мне, пока я стою никого не трогаю и жду цезарь с лососем, чтобы отнести другому клиенту.

– Он требует тебя… – выдаёт, подходя прямиком ко мне и застав врасплох.

– В смысле требует меня?! – выпучив на неё свои глаза, замираю. Что за тупая реплика? Я что салат или горячее?

– Блин, ну хочет парень, чтобы его ты обслуживала… Иди, блин, Амела!

– Меня зовут Амелия, а не Амела… Когда ты уже выучишь?!

– Да не важно, ты что такая дурочка-то?! Такой парень зовёт, а ты тут стоишь! – добавляет и мне хочется рассмеяться ей в лицо. Что это ещё значит, блин?! Какой, такой парень? Чем он особенный-то? Отцовскими деньгами, что ли?! Что за стереотипы конченых неудачниц?! Я сама всего добьюсь, и мне не нужно строить глазки первому встречному, чтобы он дал побольше чаевых, нафиг. И уж тем более не нужно кидаться ему на шею, узнав, что он сын самого главного тут.

– В смысле? А мне что в руки ему нужно прыгнуть?! – возмущенно припираюсь я, пока за спиной не появляется напряженная Марина.

– А я не поняла, вы чего орёте на всё заведение. В чём сыр-бор?! – цедит она сквозь зубы, глядя на нас по очереди своими змеиными жестокими глазами. Я реально её побаиваюсь. Если она берётся за дело, порой кажется, что может задушить…

– Да вот Амела не хочет идти обслуживать Грека… – тут же жалуется на меня Лиза с наглой рожей. Так бы и втащила, если честно… В детстве тётя часто отправляла меня в деревню на лето… Помогать бабушке. Так вот мы там дрались. Не на жизнь, а на смерть. И я знаю, что это такое… Сейчас бы с удовольствием применила. Она заслуживает.

Марина тут же бросает на меня убийственный взгляд. И я не собираюсь с ней ругаться. Здесь для меня важнее работа, нежели правота…

– Я не не хочу… Сейчас пойду… Жду салат для тринадцатого столика…

– Я сама отнесу салат, – тут же лукаво режет Лиза, и я вздыхаю… Денег он ей что ли за это предложил? Иначе чего она так печётся?

К нему иду снова на полусогнутых… Потому что меня от него в целом пополам складывает. Ох уже этот взгляд… Мало того, что он оценивает, так ещё и обнажает, и трогает, не касаясь. Вот это дар, не правда ли?

– Так что Вам принести? – интересуюсь, поймав его карие. Густые брови неожиданно сходятся на переносице, а губы вытягиваются вперёд, издав еле слышимое «уффф», от которого мне становится тошно.

– Какая сердитая…

– Я серьёзно… Что Вы хотите? – переспрашиваю упрямо. Он меня так сильно бесит.

– Я уже сказал… Сижу тут, видите ли… Жду тебя…

– Ну… Придётся долго ждать. До «никогда» примерно. Устроит?

– Хах… – выдаёт он, улыбнувшись. На его брови виднеется небольшой шрам. Судя по всему, от старого прокола… Тут и удивляться нечему, у него такая странная внешность… – Нет, сладкая, меня не устраивает…

– Заказ… – ещё раз повторяю и встаю в позу. – Мы долго будем играть?

– Ну, давай… Принеси стейк…

– До нашего закрытия полчаса… Готовят стейк двадцать пять минут… А потом ещё нужно время, чтобы…

– Но вы ведь работаете до последнего клиента, разве нет? Не разочаровывай меня, Амелия… – качает он головой, и я сцепив зубы, записываю в телефон новый заказ.

– Что-то ещё?

– Мороженое…

– Какое?

– А какое ты любишь?

– Я? Я не ем мороженое…

– Пфффф… – выдыхает он, состроив усталую гримасу. – Тогда всё.

– Хорошо. Сию минуту, – исчезаю на кухне и начинаю убирать опустевшие столы, пока готовится его блюдо. Вот ведь противный и неугомонный… Приспичило же ему именно до меня докопаться… Будто я магнит для проблем, реально.

– Готово, Амелия, забирай, – зовёт меня повар Паша. – Я тут ещё добавил… Фирменный соус… Ему должно понравиться…

– Ага… Надеюсь, ты туда плюнул… – отвечаю, хихикая, а он цокает.

– Амелия… Это же Грек…

– И ты туда же… Ээээх… – несу ему его стейк, а он, вальяжно развалившись на двух стульях и переписываясь с кем-то, поднимает на меня свой нахальный деловитый взгляд.

– Ваш стейк…

– Голодная? – спрашивает меня, заставив застыть перед ним и вытянуться стрункой, сжав поднос и прикрывшись им как щитом, блин.

– Нет.

– Врёшь же… Смотришь так… Присядь, поешь со мной, – предлагает, чем окончательно срывает мне все заслонки.

– Слушай… Назар, верно?

– О… Польщён… Уже узнавала про меня, – улыбается он, убирая телефон в свою кожанку. Хам… Даже не снял верхнюю одежду.

– Я не узнавала, – ворчу себе под нос. – Ешь сам, пожалуйста… Я уберу и пойду домой.

– Ты пойдёшь в мою машину, а не домой. Это не обсуждается.

Смотрю на него и хочется треснуть ему в лоб. Но я не могу так тупо лишиться этого места… Как бы там ни было.

– Угу, как скажете. Приятного аппетита, – отвечаю и исчезаю на кухне, а после подхожу к Кириллу – ещё одному официанту.

– Слушай, смени меня, а… Мне пораньше надо убежать…

– Блин, Амелия…

– Все чаевые за сегодня твои…

– А… Ну, не вопрос, окей.

– Спасибо, – тут же снимаю с себя фартук и быстренько бегу к второстепенному входу, чтобы раствориться в темноте вечерней улицы. Сделать мне это удаётся без проблем.

Я пока не думаю о том, что будет завтра или в любой другой день, когда у меня будет смена. Для меня главное, что сейчас удалось убежать. Потому что я вообще никак не хотела с ним контактировать. Не думаю, что его интерес к моей персоне сохранится. В конце концов, он не из тех парней, кто будут терпеть подобного рода унижения. Ну, кинули его разок. Найдёт другую добычу…

Сажусь на автобус буквально сразу и следую домой.

Доезжаю быстро. За считанные восемь минут по пустым улицам, а дальше сразу же поднимаюсь на наш этаж и открываю ключ своим ключом. Обычно в десять Мирослав уже спит, поэтому делаю всё тихонько и встречаюсь со взглядом тёти…

– Блин… Молоко, я забыла…

– Ну, ёлки, Амелия… – хмурится тётка, вскинув руки и хлестнув ладонями по крупным бёдрам.

– Теть Люд, я сейчас сбегаю…

– Да раздевайся уже, поздно на улице! Ещё чего не хватало!

– Нет, я так не могу… Извини, сейчас вернусь, там за углом открытый магазин ещё…

Она отмахивается и ворчит на меня, а я снова бегу на улицу. Забыла ведь напрочь из-за этого парня. Настолько он меня выбил из привычной колеи…

Быстро добежав до магазина, юркаю внутрь и прошу молоко с сигаретами, как велела тётка. Покупаю, толкаю в пакет и бегу обратно…

Холодный вечерний воздух обнимает меня с новой силой, словно предостерегая о том, что ночь может быть полна разных угроз. Улицы, когда-то знакомые и уютные, теперь кажутся зловещими. Мне кажется, что всё это из-за того придурка.... Я чувствую, как страх сжимает моё сердце в железные тиски.

Шаги за мной звучат слишком громко, и я невольно ускоряюсь, прислушиваясь к каждому шороху. Ветер завывает, и мне кажется, что он шепчет о том, что мне не следовало выходить снова, да ещё и так поздно. Говорила ведь мне тётка, а я совсем не хочу быть звездой сегодняшних некрологов. Оборачиваюсь, но улица пуста, только фонари бросают тусклый свет на тротуар, и в их свете я вижу, как тени становятся длиннее и темнее.

Включаю турборежим, заворачивая за дом, где меня вдруг резко хватают за талию, зажав рот ладонью и обволакивая горячим дыханием, шепчут прямо в ухо со спины:

– Попалась, зайчонок… Не убежишь теперь…