Глава 38.

Амелия Андреева

Готовлю нам обоим завтрак, пока он, словно довольный хитрый кот, наблюдает за мной со стороны и лыбится. Всё утро мне не давал тут нормально хозяйничать. Бегал и мукой швырялся, как дурачок. Теперь вечером полы мыть, хотя у него тут робот-пылесос, кстати, имеется… Я и без подобной техники спокойно бы прожила, но раз уж есть, можно и запустить, думаю. Не страшно же…

– Что? – спрашиваю у него, потому что взгляд такой. Ну просто не могу, блин. Как лужица растёкся передо мной на своём стуле.

– Ничего… Красивая просто и приятно смотреть на тебя. На этой кухне… – говорит, чем задевает конечно же. Мне порой кажется, что всё, что он говорит, откладывается в моей памяти так или иначе. Я не знаю почему. Просто потому что он – первый парень, к которому я почувствовала что-то большее, чем привыкла чувствовать к противоположному полу.

– Запоминай тогда, потому что я здесь ненадолго…

– Глупости опять твои, – закатывает он глаза. – Не беси.

– Я и не бешу… Говорю, как есть. Хочу снять своё небольшое…

– Амелия, где, блин? – перебивает он с наездом. Сразу же щетинится как дикобраз. – Давай я тебе сниму, раз уж на то пошло. Чтобы ты хотя бы добиралась нормально.

– Нет. И не смей, блин, лезть в мои решения, понял?! – нападаю ответно, отчего он только качает головой, когда я кладу панкейки ему на тарелку. – Ешь… Молча.

– У меня вопрос… В чём тогда моя функция? – спрашивает, заставив меня нахмуриться и удивиться.

– Что, прости?

– Ну серьёзно… Разве парень не должен помогать своей девушке, нет? Даже такой, как ты выражаешься, избалованный мудень как я это понимает. А ты за своё…

– Дело ведь не в этом, Назар… А в том, что я хочу проявить самостоятельность…

– Правильно. Потому что твоя тётка что-то там тебе наплела. Но по сути это она гонит в данной ситуации. Ты – девчонка. А девчонки принимают ништяки. Это нормально. Подарки, цветы, внимание, помощь деньгами… Всё это норм, красавица. Тем более с твоими данными…

– А… С моими данными значит… – выдаю, сцепив зубы. Так и знала, что он начнёт намекать на внешность. У него всё одно да потому.

– Я не только про красоту… Вот хотя бы завтрак… – толкает он блинчик в рот и смакует, прикрывая глаза. Аж ресницы подрагивают. – Ну охуенно же… Восхитительно, блин.

– Спасибо, конечно. Но это совсем не то…

– Ещё как то. Это тоже достоинство. Потому что ты делаешь это сама. И порыв у тебя из души идёт. Ты ухаживаешь за мной, а я за тобой. В чём проблема, зайчонок? – спрашивает он, заставив просто замолчать и проглотить язык. – Ну ты подумай пока… Позавтракай… Может что-то для себя решишь всё-таки.

– Ага, точно… Назар…?

– М?

– У меня сегодня работа… А тебе бы врачу показаться.

– У меня всё норм… Башку обработаю и готов… На учёбу вместе поедем, и на работу отвезу тебя после, – заявляет он уверенно.

– А если плохо станет?

– Если станет плохо, то у меня такая помощница есть… Она меня из любой передряги вытянет… Даже с монтировкой на толпу отморозков кинется. Амазонка моя…

– Прекрати, – закатываю я глаза, слушая весь этот бред, который словно сахар скрипит на зубах. Как же он любит все эти пламенные речи. Кажется, что жить без этого не может. Да ещё и смазливый такой… Просто до безобразия.

Ну что это за глаза, а? Как у хитрого лиса… И улыбка… И в целом личико такое… Как из модельного агентства, блин.

– Пялишься, Андер, – улыбается, взглянув на меня, и я тут же бросаю взгляд в тарелку.

– Вовсе нет. Ешь давай… И поедем.

– Окей… – усмехается ответно. А я и впрямь теперь чувствую себя дурочкой. Зачем так на него заглядывалась, блин? Иногда кажется, что я излишне много себе позволяю в его адрес. Повышенный интерес.

Воспоминания о том, что мы с ним вчера делали настолько сильно жгут мои внутренности. Он опять мне снился всю ночь. И я солгу, если буду продолжать нести тот бред о том, что мне не понравилось. Напротив – моё тело, будто наконец освободилось от оков. Я же ощутила весь спектр эмоций к нему. Даже если местами он меня просто бесил… Остальное, казалось, принадлежит мне одной.

А вчера после душа я просто побоялась к нему идти, потому что знала, что всё повторится, и не факт, что закончится банальными прикосновениями без проникновения. Просто испугалась…

Ведь сама подсознательно хотела. Даже тогда, когда он трогал. Боялась, но хотела, как бы там ни было. Физиологию никуда ведь не денешь.

А моё тело к нему тянется. Борись – не борись. Не поможет ничего. Ладно хоть поняла это вовремя. Пока ещё не поздно…

Утром проснулась от его наглых рук и сразу же напряглась. Вот как с ним иначе? Он же как танк. Прёт напролом. И получает, что хочет. Получает, потому что ему невозможно запрещать. Слишком он упрямый. Своенравный. Какой-то… Честный и гадкий одновременно. Как раз своей честностью он и отторгает меня. Потому что порой его мысли слишком мерзкие и озабоченные. А порой он и вовсе словно корень зла для меня.

Радует только одно… Что вчера остановился сам и аккуратно всё сделал. Без последствий.

– Поел?

– Да, спасибо…

– Тогда просто составь в раковину… Я сейчас, – иду закинуть в сумку нужные тетради, глядя на то, как он убирается за нами обоими. Не желаю встревать в его конфликт с посудой. Раз сам решил – пусть моет.

Просто хожу и собираюсь, не обращая внимания, а потом жду его в гостиной. В своём привычном виде. Джинсы, лонгслив и плащ.

– Быстро ты… – хихикаю, потому что он мыл две тарелки и кружки около десяти минут.

– Я вообще не приспособлен. Долго всё делаю… Я про домашние дела.

– Ага… Золотой мальчик. Одевайся.

– Да я почти. Ща приду… – исчезает в своей комнате и через пару минут выходит ко мне в своих бананах и толстовке.

Оба с ним надеваем то, что первым выпадет из шкафа. Только разница в том, что он выглядит, как с обложки глянцевого журнала, а я просто как девочка из деревни, блин. Нет… Меня в принципе устраивает. Я люблю простоту… Без загонов. А он, кажется, всё готов принимать во мне. Вот и это пусть принимает. В платье он меня точно никогда не увидит…

– Чё смотришь так? – спрашивает с улыбкой, пока рассматриваю его видок. Вырвать бы эту дурацкую серьгу из уха. Она меня нереально бесит. А он ещё и хвастается ходит.

– Ничего, просто. Выходим?

– Пошли, да… – закрывает за нами дверь, а потом тянет свою руку, чтобы сплестись с моей пальцами.

– Ты чего?

– Ничего, держать тебя хочу… Ты же моя. Моя же? – спрашивает, когда заходим в лифт, и я пытаюсь от него спрятаться, но он же как липучка, блин. И смешит меня своими попытками залезть с вопросом прямо в лицо. – Ну, скажи, что моя… Только моя сладкая девочка…

– Ты дурак! Назар, блин! Отстань!

Смеёмся оба, и двери лифта открываются, а там какая-то женщина смотрит на нас так, словно мы неизвестно чем занимались, и она нас застукала за этим…

Мне аж стыдно становится. Раньше я сама видела подобные парочки и старалась не смотреть. А теперь ощущение, что все только и делают, что осуждают тебя. А для меня это буквально унизительно.

– Идём, – крепче хватаю его пальцы и тащу в сторону двери. Выходим из подъезда и сразу же ныряем к парковке.

А там быстро скрываемся в его машине от лишних посторонних взглядов.

– Покраснела, зайчонок… – замечает он по мне, да я и сама чувствую.

– Просто все так смотрят. Что им, блин, нужно?!

– Да ничего. Просто завидуют, да и всё…

– У тебя на всё такое мнение, – пристегиваюсь я, когда он заводит машину и начинает движение.

– Конечно, на всё… А ты как думала? Вспомни Федченко… Они все одинаковые… Бабы.

– Ага… А я кто, Назар?

– Ты? Ты серьёзно сейчас спрашиваешь? Ты – зайчонок, – лыбится, обхватив моё колено своей лапой.

– Убери! – настаиваю злобно.

– Нет. И не подумаю. Сиди ровно, а то машину занесёт…

– Я потом тебе вмажу, клянусь… – цежу, стиснув челюсть.

– Девочка моя красивая… – снова напевает. – Я на тебя подсел…

– Смотри на дорогу лучше, балабол…

– Не хочу на дорогу, хочу на тебя.

– Тогда мы врежемся во что-нибудь…

– Лааааадно… Всё. Отвернулся. Видишь?

– Вижу, ага, – смотрю на ту самую милую ямочку у него на щеке, и сама улыбаюсь. Как-то совершенно странно и просто для себя кладу ладонь поверх его руки и до самого университета мы с ним едем вот так. Получается, почти за руку.

Чувствую, как сердце в груди носится, словно одурелое. Чему удивляюсь? С Назаром же всегда так…

Да он мне и выйти не даёт, когда подъезжаем.

Начинает целовать прямо в машине.

– Назар… Ну…

– Если не здесь, то в аудитории… Выбирай…

– Ладно, – отвечаю, обхватив его за шею, и позволяю ему водить языком по моему… Или же сама так хочу. Мне приятно отчего-то. Даже слишком… Он так целуется, словно ощущает меня сладкой карамелью на палочке. Во всяком случае я так себя чувствую, когда он причмокивает и горячо дышит мне в лицо. – Всё… пора, – напоминаю, открыв глаза и глядя в его котлованы. А они у него, кажется, снова наполнены похотью. Он за секунды возбуждается… И всегда раздевает взглядом.

– У меня встал…

– Спасибо, что сообщил…

– Пожалуйста, – ржёт он. – Дай минуту… – прикрывает глаза и тяжело дышит, пока я смотрю на бугор у него в джинсах. Ох уже эти парни… Тяжело им с этими штуками, конечно. Девушкам попроще…

Хотя о чём это я вообще?! Ничего подобного. Пошли они на фиг, извращенцы!

– Всё… Минута прошла…

– Ладно, идём, – выходит из машины сразу после меня… Ну и конечно же все, кто там был… Каждая пара глаз теперь направлена именно на нас, блин.

Час от часу не легче. И без того меня шлюхой называли. А теперь я с ним утром примчала… Будто ночевали вместе. Да так и было. Чему я удивляюсь?

– Не обращай внимания, – обнимает меня, по-братски притянув за плечо.

– Тебе легко говорить.

– Да так же как тебе. Никакой разницы… Плевать вообще на чужое мнение, – отвечает он, остановившись прямо на крыльце. Где все стоят и изучают нас со стороны. Ловит мои глаза своими и, перехватив за талию, притягивает, начав страстно целовать прямо там… На глазах у других учащихся и преподавателей, которые спешат на работу… С таким напором, что я себя теряю в его руках и растворяюсь от эмоций. Таким разных и неправильных, но сводящих меня с ума однозначно.

Просто прекрасно… Не хватало только полностью раствориться в отношениях с ним… Это будет катастрофа, верно?

Не успеваю я додумать это, как отрываюсь от его губ и вижу, что моя тётя стоит внизу и смотрит на нас ошарашенным до глубины души ненавидящим меня взглядом…