Глава 19

Мы ехали недолго, максимум полчаса в машине, и вот мы уже оказались в центре города. Дмитрий припарковал машину возле многоэтажного стильного здания.

«Неплохое место для офиса, — подумала я, вылезая из машины вслед за Дмитрием. — Только кто же нас сейчас туда пропустит?» — пронеслась мысль в моей голове, когда ко мне подошел муж.

Дмитрий взял меня за руку и повел… на противоположную сторону улицы. Я немного удивилась такому повороту событий, но не стала ничего говорить, решив просто посмотреть, что же будет дальше.

Мужчина провел меня еще немного и остановился возле старого одноэтажного здания. В ночи его разглядеть было сложно, но я и так знала, что это за строение. Много раз я проходила мимо этого дома, ему очень много лет, он стоит тут еще со времен создания города и считается достопримечательностью этого города. Вот только никто не спешил восстанавливать это великолепие, ведь оно в ужасном состоянии и требуется много сил, времени и денег, чтобы вернуть ему былое величие. А кому это нужно?

Дмитрий обошел меня и встал сзади, обнимая. Он развернул меня в сторону того самого многоэтажного современного здания, у которого мы припарковали машину. Указывая на самый верхний этаж, он проговорил:

— Вон там теперь находится мой главный офис. Именно там я теперь буду сидеть и следить, как обстоят дела во всех моих фирмах, — сказал Дмитрий. — Кстати, я их все восстановил, только теперь у них другие названия и другой хозяин. — признался он.

Ну, я как — то и не сомневалась, что именно в том здании и есть его главный офис. Мне хватило одного взгляда на него, чтобы понять это. Оно полностью ему подходит по стилю: массивное и холодное, облицованное стеклом и металлом. А вот новость о новом хозяине меня немало удивила.

— И кто же теперь хозяин всего этого? — спросила я и указала на здание.

— Серотенко Дмитрий Дмитриевич, — ответил Дима, чем шокировал меня окончательно.

— Ты с ума сошел?! — воскликнула я.

— Почему же? — спокойно проговорил он. — Рано или поздно это все равно перейдет детям. Так почему не сейчас?

— Но это… как — то неправильно! Он несовершеннолетний, как ты такое провернул? — промолвила я, не найдя никаких других подходящих слов.

— Не зацикливайся, все уже улажено и исправить что — то будет трудно. Да и стоит ли? — проговорил он. — И я тебе совсем не это хотел показать, — сказал Дмитрий и развернул меня к другому зданию.

К тому самому, одноэтажному, к этой великолепной достопримечательности города. И пока я непонимающе смотрела на это здание, Дмитрий с чем — то возился позади меня. И спустя минуту перед моим лицом появились ключи. Обычные ключи, — такими каждый, и мы в частности, открывает свои двери. Дмитрий потряс ключами перед моим лицом, вырывая меня из какого — то непонятного для меня оцепенения.

— Держи, — сказал муж, вкладывая мне в ладонь эти самые ключи.

— Что?! — непонимающе спросила я у него, поворачиваясь к Дмитрию лицом.

— Просто открой и все увидишь! — проговорил Дмитрий, разворачивая меня и подталкивая к двери здания.

Не понимая еще толком ничего, я подошла к дверям и дрожащими руками повернула ключ в замочной скважине. Но двери я открывать не стала, почему — то мне хотелось сначала все узнать у Дмитрия. Вот только у него были другие планы, он резким и сильным движением рук распахнул двери. Конечно, Дмитрий поторопился, утверждая, что я все увижу. Увидеть хоть что — то в этой темноте было просто невозможно!

Я только и успела сделать шаг, как почувствовала, что у меня из — под ног резко уходит земля. Не успела я вскрикнуть, как оказалась в крепких руках мужа.

— Ты что творишь! — воскликнула я, немного придя в себя от испуга.

— Ничего криминального, — смеясь, проговорил Дмитрий. — Просто тут еще не все успели убрать, и ты можешь упасть, — сказал он.

Дмитрий прошел немного вперед и аккуратно опустил меня на ноги. Перед тем как отойти, он шепнул мне на ушко: «закрой глаза». Конечно, это было смешно, так как я и с открытыми глазами ничего не видела. Но решила все же сделать так, как меня попросил Дмитрий. Спустя несколько минут, в течение которых я прекрасно слышала, как передвигался Дима (гул и эхо тут были отменными, давая понять, насколько помещение большое и просторное), щелкнул выключатель и тут же зажегся свет.

— Только не открывай глаза! — крикнул Дмитрий.

И он вовремя успел это сделать, так как я как раз собиралась их открывать. Я больше почувствовала, чем услышала, как Дмитрий подошел ко мне сзади. Он обнял меня за плечи и чуть повернул в другую сторону.

— Теперь открывай! — прошептал он.

И я открыла, чтобы тут же обомлеть от увиденного.

Я как будто оказалась в прошлом! Идеально белый, просто огромный холл. На стенах и потолке лепнина, на полу белый мрамор, а посреди всей этой красоты колонны из того же белого мрамора, и все это великолепие просто сверкало. А еще это помещение было пустое, абсолютно пустое… То есть мне явно не обо что было спотыкаться и падать! Дмитрий схитрил!

Я развернулась и пристально посмотрела на мужа. То, что он решил поносить меня на руках — это хорошо, мне даже приятно. Только я до сих пор не пойму, для чего мы тут! Да, это превосходное и красивое старинное здание, но…

— И что мы тут делаем? — поинтересовалась я.

— Тебе нравится? — спросил Дмитрий, не обращая внимания на то, что я ему вообще — то вопрос задала.

— Нравится, — честно ответила я. — Так ты ответишь мне, что мы тут делаем? — снова поинтересовалась я.

— Знаешь, после того разговора в отеле я долго не мог выкинуть из головы твою реакцию, когда ты говорила о своем ресторане, — проговорил неспешно и довольно тихо Дмитрий. — Я знаю, как ты не хотела расставаться с ним, но ты все же выбрала новую тихую жизнь. Ту боль и страдания, что принес тебе я и мои родители… ты не сможешь это забыть и я не смогу стереть тебе память. К сожалению!

Я, затаив дыхание, слушала его. С каждым словом Дмитрия я как будто возвращалась в прошлое. Я вспомнила те счастливые и спокойные годы, что мы прожили с сыном одни. Я вспомнила, как долго и старательно добивалась повышения за повышением. Как мы с сыном радовались, когда у меня все же получилось купить тот ресторан. И как было больно расставаться с ним. Вместе с памятью вернулась и вся та боль, которую я пережила там, в далеком прошлом. Больше не желая слушать об этом, я решила перебить Дмитрия:

— Дим? Я не пойму, к чему ты…

— Т — с–с… — прошептал Дмитрий, прикладывая палец к моим губам и заставляя меня молчать. — Я знаю, что иногда поступаю, как последняя сволочь. Что постоянно заставляю тебя нервничать и переживать. Но я такой, какой есть, и другим я не стану, — сказал он. — Я хотел сделать тебе сюрприз и снова чуть все не разрушил, — усмехнулся Дмитрий. — Так вот, память я тебе стереть, к сожалению, не могу. Но вернуть то, от чего тебе пришлось отказаться, я могу себе позволить. Это здание, оно теперь принадлежит тебе! И ты в полном праве распоряжаться им как хочешь. Основной ремонт сделан, осталось только…

Он не договорил, потому что я ему не дала этого сделать. Резко развернувшись, я обняла Дмитрия, получая ответную ласку от него. Я столько всего себе надумала! Столько себя накручивала! Столько всяких глупостей себе представляла. А он снова все сам решил и сам за это чуть не поплатился!

— Дим? — позвала я своего любимого мужчину.

— Да!

— Ты абсолютно не умеешь делать сюрпризы! — посмеиваясь, сказала я сквозь слезы.

* * *

Следующий месяц выдался для всех нас эмоционально тяжелым.

Мы с Дмитрием полностью погрузились в обустройство ресторана. Работа над интерьером, выбор названия, подбор персонала, разработка нового меню и остальные дела нас вновь сблизили.

Дмитрий всеми силами старался загладить ту ситуацию, которую он сам же и создал. Я, конечно же, его уже давно простила (хоть и не показывала ему это, пусть помучается) за то, что он вновь старался все делать и решать сам. Сколько бы я ранее не повторяла, что мы семья и все теперь должны делать сообща, он все равно поступает по — своему. Я стараюсь понять его и по возможности учитывать его приоритеты. Семья строится на доверии, на понимании, на умении в нужный момент делиться переживаниями, мыслями, планами. И это должно исходить с обеих сторон. Каждый должен отдавать семье всего себя и получать то же в ответ. Если этого у нас не будет, то и нормальной семьи у нас не выйдет. Я вижу, что Дмитрий старается исправиться и мне это нравится. А ошибки, которые мы совершаем… они будут всегда, — с моей стороны, или с его. Нам предстоит еще много чего пережить вместе. Переступая через свои принципы, свою гордыню, а иногда и через себя самого, чтобы сделать лучшее для семьи. И я верю, что мы справимся.

Ну а пока нам предстоит открытие нового ресторана. И поверьте, это непростая задача!

Месяц. Именно столько мы с Дмитрием занимались рестораном. Сколько мы спорили, пока выбирали название для ресторана — не счесть, а споры о том, какими будут интерьер, меню и многое другое? Всех эпизодов наших споров и не пересчитать! Но благодаря им мы вновь вернули то, что было между нами ранее. Легкое общение, нежные прикосновения, страстные взгляды и мимолетные улыбки. Мне даже стало казаться, что страсть между нами лишь усилилась после этого случая. И, кажется, не только я это заметила!

Сегодняшний вечер должен стать для нашей семьи знаменательным. Мы все вместе старались, не покладая рук, трудились над нашим рестораном, и сегодня торжественное его открытие. И я ужасно волнуюсь! И пусть мне не впервой открывать ресторан, только этот ресторан гораздо больше, чем просто ресторан. Эта моя воплотившаяся в реальность мечта, которую подарил мне мой любимый мужчина. И именно от этого мне было так волнительно.

Чтобы скрыть свое волнение, я постаралась отвлечься и провести время с малышами. Ванечка с Анечкой уже совсем большими стали. За всеми этими хлопотами с рестораном, я уже и забыла, когда нормально проводила с ними время. Мы с Дмитрием подолгу задерживались в ресторане, напрочь забывая о времени (теперь — то мне стало понятным долгое отсутствие Дмитрия дома).

Спасибо матери Дмитрия, — если бы не она, я даже не знаю, как бы сложилась наша жизнь. Скорее всего, я бы сидела дома и занималась детьми, так как не доверяю чужим людям. Я даже не могу понять, как можно доверить ребенка чужому человеку? Да, мать Дмитрия мне тоже не родной человек, и да, в свое время она сделала мне немало гадостей. Но стоит только посмотреть на Анжелику, когда она держит кого — нибудь из малышей на руках, как сразу становится понятно, что она никогда их не обидит, что она сделает все и даже больше для них и ради них.

Из — за того, что мы днями пропадали в ресторане (иногда еще и в офисе Дмитрия), пришлось нанять в помощь Анжелике повара и уборщицу. Анжелика, разумеется, была против чужих людей в доме, но я прекрасно знала, что женщина не справляется сама и ей нужна помощь. Единственное, чем я утешила ее — это тем, что работники только приходили, чтобы выполнить свою работу, а затем уходили. На такое мать Дмитрия была согласна. А я была спокойна, зная, что приду домой, а там все накормлены, в доме чисто, и я сама могу провести время с детьми, а не тратить его на дела по дому.

Я стояла в своей комнате перед зеркалом, одетая в черное вечернее платье с драпировкой в пол и внимательно вглядывалась в свое отражение. Вечерний макияж хорошо гармонировал с платьем и высокой стильной прической. На ногах удобные туфли — лодочки, в руках небольшой клатч. Образ мой был продуман до мелочей и выглядела я просто прекрасно, но что — то все равно было не так. Какое — то непонятное чувство засело во мне с самого утра и явно не торопилось меня покидать. Что это за чувство, я так и не смогла разобрать. То ли от волнения я себе что — то придумала, то ли еще что, но я заметно нервничала из — за этого.

— Ты отлично выглядишь! — прошептал мне на ушко Дмитрий, подходя и становясь у меня за спиной.

— Спасибо! — ответила я и робко улыбнулась нашему отражению.

Если честно, Дмитрий тоже выглядел потрясающе. Черный костюм, такая же рубашка с несколькими расстегнутыми пуговицами. Волосы были зачесаны назад, на лице еле заметная щетина. Дмитрий выглядел самим воплощением женских грез!

— Ты готова? — поинтересовался муж. — Можно выдвигаться?

Готова ли я? Сама не могу этого понять.

— Дим! Может, не поедем никуда? — спросила я.

Не знаю, почему, но мне так не хотелось идти на этот праздник… Однако мы так старались, желая быстрее открыть ресторан! А сейчас, осознавая, что нужно поехать и предстать перед толпой незнакомых (или малознакомых) людей, я испытываю тревожное чувство.

— Ты плохо себя чувствуешь? — взволнованно спросил Дмитрий.

— Нет! — поспешила я его успокоить. — Просто тревожно мне как — то… как будто что — то случиться должно.

— Глупости! Что может такого случится, с чем мы не справимся? — проговорил Дмитрий, нежно улыбаясь мне. — Милая, ты просто переволновалась и накрутила себя.

— Ты так думаешь? — спросила я. Мне очень нужны его слова поддержки. Я безумно хотела поверить в то, что Дмитрий прав, что это всего лишь последствие моего волнения…

— Я в этом уверен! — твердо сказал он. — Да и что может случиться? Малыши под хорошим присмотром, Дима будет тебя сопровождать вместе со мной, так что будет под твоим личным наблюдением. В ресторане все уже давно готово, все ждут только нашего появления, — урезонил меня Дмитрий.

— Я это понимаю, просто… — я вздохнула прерывисто и повернулась к мужу. — Предчувствие, что что — то должно случится, оно не отпускает. Сколько бы я ни пыталась успокоиться, заверяя себя, что все будет хорошо, оно не уходит, — тревожно сказала я.

— Знаешь, если ты хочешь, мы можем остаться. Открытие неплохо пройдет и без нас. Думаю, Мила с Матвеем будут не против побыть в центре внимания, — предложил Дмитрий.

Остаться дома и никуда не ехать… заманчивое предложение. И я бы с большим удовольствием так и сделала. Но осознание того, что мы с Дмитрием так много сделали для того, чтобы ресторан работал, а лавры принимать будут наши друзья, — это будет нечестно по отношению к Диме. Он столько сделал, чтобы моя мечта вновь воплотилась в жизнь. А я таким образом собралась отплатить ему?

Отодвинув свое тревожное чувство на задний план, я более — менее смело улыбнулась мужу и проговорила:

— Ни за что на свете эти двое не получат наши лавры!

И взяв мужа за руку, я вместе с ним покинула комнату, чтобы отправиться в ресторан, где нас ожидает целая толпа гостей.