ГЛАВА 34 · Злата

Мама во всю трещит с Тимом, рассказывая ему о том, что происходит дома. О его родителях, которые были у нас на тех, выходных.

А этот лис пьет кофе и есть мою шарлотку.

Слушает и даже участвует в разговоре. Создается чувство, что ему даже интересно, вот только я знаю, что это спектакль, для мамы моей.

– А откуда ты узнал о приезде мамы? – подозрительно спрашиваю.

– Мне папа твой звонил, – тут же отвечает и улыбается, – сказал, что переживает и попросил если что, чтоб подстраховал и теть Лену.

– Ой, он как обычно, – краснеет от неудобства мама, – думает я в городе потеряюсь. Можно подумать я ребенок маленький.

– Это забота, тетя Лена, – улыбается маме, засранец, – она дорогого стоит.

Смотрит на меня, а мне треснуть его охота по голове, чтоб на место мозги стали.

Чтоб прекратил ее очаровывать. Она и так сильно любит Тима.

Мама о чем-то думает и смотрит на меня, а потом снова на него.

– Ну, а вы как тут? – зачем она снова спрашивает, если уже говорила со мной? – Воюете все еще? – улыбается.

– Не то чтобы, сейчас у нас все неопределенно, – смотрит на меня как-то хищно.

– О чем ты говоришь вообще? – взрываюсь уже просто не могу смотреть на это представление.

– Прекрати пылить, – говорит спокойно.

– Это ты прекрати все это. Какое солнышко? Что за ерунда с цветами? Для чего все это сейчас? – он просто смотрит на меня и откинувшись на стуле складывает руки на груди и ждет, когда меня наконец окончательно прорвет.

И он знает, что это именно сейчас произойдет.

Слишком хорошо изучил меня.

Стараюсь успокоится, но его лицо и ухмылка делают свое дело.

– Я не могу больше терпеть твое отношение, не могу и не хочу, – кричу на него.

– Так не терпи, – просто так отвечает, будто его вообще не волнует все, что я говорю и стараюсь донести до его головы пустой.

– Ты для чего устроил все это? Мама и так знает, что мы тут просто живем вместе, – взрываюсь и поворачиваюсь к маме.

В какой момент она ушла?

Оборачиваюсь и слышу шум воды в ванной. Она что пошла купаться, пока мы тут отношения выясняем?

Хотя, наверное, просто включила воду, чтоб не участвовать во всем этом. Не слушать.

– Ты ошибаешься Бэмби, – говорит улыбаясь, довольный собой почему-то.

– Да что ты? Правда что-ли? – кричу на него.

– Я сказал им, что мы решили попробовать отношения, – по мере того как он говорит, мои глаза становятся больше, – просто твой отец был против этого. Знал, что ты не вывезешь меня под одной крышей и мне пришлось соврать. Чтоб ты жила тут, а не с той психованной в общаге. Твоему папе не нужны лишние нервы, сама знаешь, так что еще спасибо скажи.

Я даже не могу найти, что ответить.

– Завтра же позвонишь ему и скажешь, что это не правда, – уверенно говорю.

Он молчит, и я не могу удержать себя на месте подхожу к нему обманчиво спокойно, а потом принимаюсь бить куда попаду, при этом ругая на чем свет стоит.

– Я ненавижу тебя, – кричу и продолжаю колотить парня, – ты всю жизнь мне испортил. Я дышать нормально не могу, понимаешь? Козел недоделанный, олень тупоголовый, – меня накрыло все же.

Тим резко хватает меня за руки и тянет на себя так, что я падаю ему на колени и он крепко прижимает меня к себе.

Наши лица друг напротив друга.

Я чувствую его дыхание на своих губах.

Руки крепко сжимают и такое чувство, что он хочет вдавить меня в себя.

Ненамеренно облизываю губы и чувствую, как Тим делает глубокий вдох и отводит взгляд на пару секунд, а потом снова смотрит мне в глаза.

– А ты уже постаралась мне это устроить? – спрашивает хрипло так, что у меня все внутри в тугой узел сворачивается от напряжения или возбуждения… Чертов Тим!

Вопросительно выгибает бровь, а я уже не помню, что он спрашивал.

Перематываю в голове.

Ни-че-го, пусто блин.

– Ты о чем? – все еще непонимающе.

– О рогах, Бэмби, – серьезно отвечает. – Успела мне их уже наставить?

Меня тут же отрезвляет.

Начинаю щипать его и крутится, стараясь вырваться. Но все просто в пустую.

– Отпусти меня, придирок, дурак ненормальный, – кричу на него.

– Прекрати орать, – требует.

– Отпусти и прекращу, – ухмыляется. – Ты мне кто, чтоб я тебе рога наставляла? Мы друг другу никто и ничем не обязаны, понял? Отвали уже от меня, – вырываюсь, – да отпусти же ты.

Он не реагирует и когда я заглядываю в глаза, в которых сейчас что-то абсолютно непонятное, он просто наклоняется и целует меня.

Не двигаюсь.

Не дышу. Кровь прекратила циркулировать по венам.

Тим углубляет поцелуй, а я просто не знаю, что делать и как реагировать.

Отстраняюсь от него и со всей силы бью пощечину, сама пугаясь своего поступка.

Он на миг шокировано смотрит, а потом будто слетает с катушек и схватив меня за затылок снова атакует мои губы жестким, властным и наказывающим поцелуем.

Луплю его по груди кулаками, но чем дольше он целует, тем мягче мои удары.

Тим не спрашивает, он просто берет.

Но смогу ли я снова встать и с гордо поднятой головой пойти дальше, когда он в очередной раз откажется от меня?

Хочу отстранится и остановить его, но не могу.

Не хочу.

Не сейчас. Только один поцелуй и все.

Я слишком много лет этого хотела, чтоб просто взять и оттолкнуть его.

Может и дура, но я все еще люблю, а любовь готова на многое закрывать глаза.

Пусть и временно.