Глава 14. Вкус ревности

Он не знал, что может ревновать так сильно, пока не увидел, как чужие взгляды касаются того, что принадлежит только ему

Даня

Меня так штормит от всего происходящего, что в руках себя держать очень сложно. Каждую минуту отвлекаюсь от дороги, бросая короткие взгляды на Синеглазку. За руку её взял, крепко сжимаю, словно убеждая себя, что всё реально. Так бывает вообще? Как это называется? Как после пары поцелуев можно так поплыть? Или тут действует правило «аппетит приходит во время еды»? Короче, нифига не понятно, но очень занятно.

— Что-то не так? — интересуюсь, отмечая, что Ксюша время от времени хмурится и губы нервно прикусывает.

— Что? Нет, нет, всё хорошо, — выдавливает из себя улыбку, но я-то вижу, что она не настоящая.

В принципе, догадываюсь, что в её головушке творится — не доверяет. Она мне не верит, и у неё есть на это полное право. Но также Синеглазка должна понять, что у всех есть прошлое и нельзя за него цепляться. Однако решаю молчать, не давить и не пытаться её убедить в чём-то. Слова не всегда имеют вес, нужно время, чтобы она поняла мои намерения, серьёзные, к слову.

— Куда мы едем? — спрашивает, оглядываясь по сторонам.

— Завтракать, — пожимаю плечами.

— Я уже позавтракала, — выпаливает и тут же понимает, как это прозвучало. — В смысле… мне пора на работу…

— Спокойно, Синеглазка, — усмехаюсь и, потянув наши переплетённые руки к своему лицу, оставляю короткий поцелуй на тыльной стороне её ладони, просто потому что почувствовал желание так сделать. — Хочу подольше с тобой побыть, прежде чем ты скроешься на кухне, — признаюсь, и, нет, это не мои методы соблазнения, с ней я веду себя искренне.

— Я же опоздаю, — бормочет тихо и улыбку пытается скрыть, поджав губы.

— Никуда работа не денется, успеешь, — повернув голову к ней, подмигиваю.

Красивая такая в этой слишком короткой юбке и тонком топе, облегающем её талию и небольшую грудь. Странно, раньше мне нравилось, что на девушке мало одежды, а вот Синеглазку хочется чем-нибудь прикрыть. Особенно, когда я торможу у того же ресторана на берегу реки, и она приклеивает к себе мужские взгляды.

Спешу взять её за руку, показывая всем, что она моя и нечего глазеть, но легче не становится. На той террасе есть пледы, да и за столом смогу её скрыть от чужих липких глаз.

Так, Даня, ты с ума сходишь, или что с тобой? Мне это всё в новинку, и немного дико, но менять ничего не буду и сдерживать себя в чем-то не собираюсь. Максимум, что можно сделать, — поговорить с отцом, вдруг это всё нормально, он-то точно знает. Папа до сих пор смотрит на маму, как на восьмое чудо света, мне иногда кажется, что он любит её сильнее чем нас, своих детей.

Выбираю самый дальний столик, чтобы нам никто не мешал, не хочу отвлекаться на чужие разговоры за спиной. Народу здесь всегда много, место дорогое и популярное по большей части именно из-за этого.

— Я могу и привыкнуть, — смеётся Ксюша, когда я помогаю ей сесть.

— Привыкай, — коротко произношу и оставляю поцелуй на её голом плече, снова неосознанно, на каких-то инстинктах.

Нам приносят меню, Синеглазка берёт кофе с молоком и десерт, я же собираюсь плотно позавтракать, утолить другой голод едой.

— Ты какая-то тревожная, можно узнать, по какой причине? — решаю аккуратно поинтересоваться.

— Грозный! — Ксюше не даёт ответить резкий голос за моей спиной. — Здорово! — не успеваю и повернуться, как на моё плечо ложится чья-то рука. — Какая встреча, — протягивает парень, и я наконец вижу его лицо.

Чёрт!

Аркаша Горелов, тот ещё мудак, отморозок и просто ублюдок. К сожалению, мы учились вместе в Лондоне, правда первое время даже ладили — совместные тусовки, клубы, девочки, и всё было обычно. Молодые, горячие, всё хочется попробовать, девушки там не особо целомудренные, без комплексов и принципов. Собственно, с ними было легко, если у обоих одинаковые желания. Но Аркаше этого было недостаточно, ему не нужна была отдача, он девушек опаивал. Подсыпал какую-то дрянь, и те становились безвольными куклами, а он получал кайф от этого. Едва я узнал об этом, врезал пару раз и обрубил все концы. Но был один момент, после которого он должен меня ненавидеть, так что я сейчас не понимаю, какого чёрта подошёл и делает вид, что мы старые друзья.

— Здравствуй, — холодно говорю, всем своим видом показывая, как я «рад» встрече.

— Сколько мы не виделись? Года два или три? — спрашивает и, мало того, что не понимает моего нежелания общаться с ним, так ещё и занимает свободный стул за нашим столом.

— Не помню, — цежу сквозь зубы.

— А кто эта прелестная девочка? — повернувшись к моей Синеглазке, окидывает масленым взглядом.

— Это моя девушка, и мы уже уходим, — резко отвечаю и так же резко встаю, протянув руку Ксюше, буквально выдёргиваю её на ноги.

— Эй, куда так быстро, даже пообщаться не успели, — насмешливо бросает Аркаша, и его взгляд падает на голые ноги моей девочки.

Моей, мать вашу!

— Мы торопимся, — выплёвываю и спешно иду на выход с террасы.

— Простите, а ваш заказ? — вырастает на пути официант.

Достав кошелёк, кидаю на поднос крупную купюру и резво покидаю ресторан.

— Дань, что случилось? — спрашивает Синеглазка, но покорно позволяет увести её к машине. — Кто этот парень?

— Мудак один, — сухо отвечаю и, сняв тачку с блокировки, открываю пассажирскую дверь, усаживая Ксюшу.

Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Испортил мне утро. Какого лешего он здесь вообще? Собирался ведь остаться в Лондоне, папаша ему обещал какой-то бизнес там. Что он в Питере забыл, вроде из Москвы был?

Занимаю водительское кресло и захлопываю дверь громче, чем требовалось. Нет, так не пойдёт, нужно успокоиться, Синеглазку ещё напугаю, а она у меня впечатлительная, из совершенно другого мира. Оттуда, где нет грязных игр, тусовок со всеми вытекающими, вечеринками с цензом двадцать один плюс.

Несколько раз глубоко вдыхаю и выдыхаю. Что-то меня слишком взбесило, и я даже знаю почему — инфа о маме. Кажется, это теперь навсегда станет жёстким триггером. Может, её тоже опоил тот мудак, или избил, или… да много чего могло быть.

— Дань, — Ксюша накрывает мою руку своими тонкими пальчиками и подаётся ко мне. — Хочешь, поедем в другое место? — тихо спрашивает, а я тяну руки к её талии и притягиваю на свои колени.

— Не надо, давай просто посидим, — отвечаю хрипло и утыкаюсь носом между её плечом и шеей, прижав к себе и крепко обняв.

Объятия Синеглазки вернули мне равновесие, и полчаса спустя мы подъезжаем к моему кафе.

— Прости, что не удалось позавтракать, — произношу, когда торможу на парковке.

— Всё нормально, я не голодная, — отвечает с улыбкой и покрывается лёгким румянцем, едва я беру её руки в свои.

— С меня компенсация в виде ужина, — обещаю и, подавшись вперёд, прижимаюсь к её вкусным губам.

И снова взрывы в голове, раньше поцелуи были механикой, началом игры, прелюдией, не больше. Но с ней… всё по-другому. Грудь сдавливает, дыхание сбивается, будто она забрала весь воздух вокруг. Я не понимаю, как можно сойти с ума от одного только прикосновения. Мои пальцы судорожно сжимаются на её талии, словно хочу убедиться, что это не плод моей фантазии. Я стольких целовал, но с Синеглазкой всё иначе, я не могу этого объяснить, и это пугает.

— Пошли, — заставляю себя оторваться от неё и спешно покидаю салон автомобиля, где всё пропахло её ягодным запахом.

Открываю пассажирскую дверь и подаю руку Ксюше, но она прикусывает губу и озирается по сторонам.

— Нас могут увидеть… — шепчет, словно кто-то услышит.

— Я не собираюсь прятаться и тебе не позволю, а если кто-то посмеет рот раскрыть… — замолкаю, и так понятно, что я не настроен сидеть в стороне.

— Но… — не договаривает, явно аргументов нет.

— Верь мне, Синеглазка, это сложно, но ты попробуй, — улыбаюсь ей, и, выдохнув, она выходит из машины.

Переплетаю наши пальцы и веду ко входу в кафе. Я сам не знаю, что будет завтра, но мы живём здесь и сейчас, загадывать наперёд не буду, однако точно знаю, что все должны понять, — она моя девушка. И я даже чувствую гордость от этого, и это меня тоже пугает, но плевать.

Едва заходим в кафе, я хмурюсь от гула голосов и обилия народа. Абсолютно все столики заняты, бармен явно не успевает, а официантки чуть ли не бегают по залу с подносами в руках.

— Ого! — удивляется Ксюша. — Я пойду, тут явно рук не хватает, — добавляет и порывается уйти.

— Стой, — дёргаю её на себя и коротко целую. — Теперь иди, — подмигиваю, и она, покраснев, убегает на кухню.

Неожиданно, конечно, что в такую рань кафе уже заполнено, но надеюсь, только так и будет.

— Олег, доброе утро, — здороваюсь с барменом, подходя к стойке.

— Доброе утро, Даниил Давидович, — отвечает, взглянув на меня через плечо. — Кофе? — спрашивает, хоть и зашивается.

— Обойдусь, — отмахнувшись, я захожу к нему и закатываю рукава.

— Вы чего? — округляет глаза парень.

— Помогать собираюсь, — сказав это, берусь за дело.

Вдвоём работа идёт быстрее, но всё равно людей здесь больше двадцати, и всем разные виды кофе, чая, смузи, коктейли молочные и так далее. Собственно, с кухни к столам несут завтраки, и так же разнообразные.

— Спасибо, Даниил Давидович, — вздыхает Олег с улыбкой.

— Да не за что, — бросаю, и моё внимание привлекает парочка в углу, подальше от остальных.

Может, и не задержал бы взгляда на них, если бы это не был мой брат и блондинка, которая яростно жестикулирует руками. Она то и дело шагает в сторону, чтобы уйти, но Ник удерживает её за локоть каждый раз. И тут происходит совсем неожиданное — она влепляет ему пощёчину.

Округлив глаза, я смотрю на то, как девушка всё же вырывается из рук моего брата, а у того вместо злости на лице играет хитрая ухмылка. Ник, потирая щёку, идёт к барной стойке и занимает свободный стул.

— Привет, — коротко бросает и, наклонив голову, смотрит назад, туда, где села блондинка.

— Привет, — отвечаю, едва сдерживая смех. — Лёд принести?

— Не надо, — резко отвечает, удостоив меня своим вниманием.

— Что это было? — спрашиваю и перевожу взгляд на девушку.

Низкого роста, стройная, но с формами, волосы длинные, губы пухлые, и глаза полны гнева.

— Это вулкан под названием София, — на лице Ника вижу азарт и что-то ещё, пока непонятное мне. — Два дня знакомы, а она уже подожгла мой фитиль… — не успевает закончить, как я разрываюсь громким смехом.

— Только не говори, что влюбился, — проговариваю сквозь смех.

— Может быть, — ведёт плечами, и я хмурюсь, пока он сверлит дыру в этой девочке.

«Вулкан София» чувствует его взгляд на себе и, оторвавшись от разговора с подругой, поднимает глаза на Ника и показывает ему средний палец.

— Огнище! — лыбится Ник.

— Не боишься сгореть? — усмехаюсь и, чего врать, радуюсь, что брата кто-то отшил, а то возомнил себя Казановой.

— Боюсь? — поворачивается ко мне. — Я только и жду, когда это пламя перекинется на меня, — играет бровями, а глаза так и блестят азартом.

— Ну смотри, — говорю и беру новый заказ. — Это все твои? — меняю тему.

— Да, нам отменили первую лекцию, и мы решили пойти в кафе, а я предложил твоё, так что скажи спасибо, — отвечает, скрестив руки на стойке.

— Спасибо, — усмехаюсь, качнув головой.

— У тебя что нового? — интересуется, отпивая кофе.

— Аркашу встретил, — цежу сквозь зубы.

— Да ладно! Здесь? — удивляется Ник, так как тоже имел невезение с ним познакомиться.

— Здесь, и какого-то чёрта у меня плохое предчувствие, — признаюсь ему и заодно самому себе.

— Думаешь, по твою душу приехал? — нахмурившись, Ник подаётся вперёд.

— Не знаю, но, если так, нужно что-то предпринять до того, как он решит отомстить за тот случай, — проговариваю, вспоминая прошлое.