Глава 38

Я — сумасшедшая! Совершаю немыслимый поступок — позволяю Ренату обладать мной. А совсем недавно позволяла тоже самое и Самиру! — мне нужно остановиться, это просто необходимо…

— Ренат, я не думаю, что готова к этому, — запыхиваюсь и смотрю ему в глаза.

— Боишься, что я не возьму над тобой ответственность? — честно утверждает Подольский, пытаясь снять с меня лифчик, — я не мальчишка, Анита. Осознаю, что делаю.

Нужно без участия, выкрутиться из этой ситуации! Я всерьёз пока не готова к близости. Совершенно разные вещи, когда привязываешься к людям и начинаешь с ними спать!

— Я не осознаю, — берусь за его светлые волосы, стараясь обратить его внимание на себя. — Я уже стану твоей женой в ближайшие дни. Дождаться не станет пыткой для тебя.

Мне и врать не приходится, говорю чистую правду. Для Рената не станет менее важным утвердить свои личные права на меня в достойный для него день. Куда лучше выразить реальное стеснение, чем наигранное.

Его пальцы, ласкающие мою спину сверху вниз, расслабились. Он приподнялся, утянув за руку меня за собой, уводя на кровать. Я уже планировала разочароваться в своих попытках, однако тигр просто расправил огромное одеяло, укладывая меня как ребёнка под него. Я не сразу поняла, к чему он ведёт, пока Ренат и сам не прилёг рядом, выключив свет, приобняв меня за талию. Никакой пошлости или домогательств: просто лежим вместе в одной постели, чувствуя ритмы сердца друг друга.

— Спасибо, — сипло прошёптываю, но знаю, что тигр меня услышал.

— Тебе ещё потребуется время, чтобы узнать меня лучше.

Я прикусила щёки, спрятав под веки глаза. Сегодня я точно усну здесь. И очень этому рада. Хотя. Почему? Столько времени враждовав с Ренатом, я мечтала сбежать, обмануть и порой задумывалась над его буйством. Но никак не могла бы подумать о том, что дикого зверя можно было просто приручить…

Как и для любой другой замкнутой души потребуется время — для должного доверия к себе. Я ощущаю уверенность в том, что Ренат и Самир обязаны заключить контракт на мирное соглашение. Для его настоящего исполнения потребуется подселить эту мысль Подольскому завтра утром. *** — Где будет проходить бракосочетание? — я протянула стакан с прохладной водой мажорной девушке, отвечающей за нашу свадьбу. До этого я думала, что Ренат никому лишний раз не позволил бы, вступать на его территорию, только будучи Свадебным распорядителем.

Ухоженная до самых мелочей, брюнеточка, с покрашенными в рыжий кончиками, держала в руках розовую ручку с мохнатым наконечником. Она грациозным лебедем выпрямилась, будто невестой в данной ситуаций чувствует себя здесь она.

— Всё будет происходить в прекрасном заповеднике! Обустроенном в тысяча девятьсот шестидесят седьмом году с разрешения основания коттеджного посёлка. Данное место идеально подходит для свадебного антуража и по количеству гостей! По примерному счёту вашего жениха прибудет более ста человек.

Сто гостей??? У Подольского там черти повеситься на гордыне не хотят?

— Мы проезжаем этот парк каждый раз, когда покидаем дом, — заговорил за моей спиной Амир, укрывая меня своей тенью. — Возле холма находится охраняемая зона, и Подольский приметил вам это местечко ещё месяц тому назад.

— Как романтично! — вскрикивает эта фифа, записывая что-то ещё в своей тетрадке, — вам бы, Невестушка, привести себя в порядок заранее. Так мы точно сэкономим много времени!

— Учту, — сквозь зубы говорю. Уж больно она меня раздражала.

Дамочка надолго не задержалась и уже через час ушла связываться с рестораном, который предоставит нам официантов и заготовленный фуршет. Амир примерно одним со мной взглядом проводил фифу до выхода, заметил моё необъяснимое сковывание, которое даже Мире было не в силу заметить: удивительно, как такой бойкий мужчина обращает внимание на такие женские мелочи, со столь убеждённым вниманием.

Я и в самом деле не знала как поступать. Сходила, присела на лавочку за ограждением особняка и смотрела на политые недавно цветы. Красивая сияющая как алмазы роса стекала на кончике лепестков, капая на сырую почву. Амир присел рядом, расставив широко ноги, и скрепил вместе в один кулак пальцы.

— Я вижу, как вы не готовы к этому, Анита. И вижу, что дело не лишь в одном боссе. Есть и другие причины, раз ваше сомнение подвергается чужому вниманию.

— А ты бы сам поступил как в моей ситуации? Честно скажу… Ами… дело не в свадьбе, — ладони покраснели и неловко вспотели, вспоминаю о том, что произошло в течение одной недели, и в какой близости я побывала с двумя мужчинами, ворвавшимися в мою жизнь, — я думаю, что не достойна быть женой Рената.

Амир повёл бровью, покосившись на меня. — Из-за случая с Богачёвым?

— Много причин. На одну из них ты ответил. Я поступила отвратно, но я не хочу наступать на грабли, зная, что я натворила в двойне!

— Вы не натворили абсолютно ничего. Самир осознавал, что творил. Зачем обвинять в этом себя?

— Я ему позволила…

— Позволили, но не до конца. — В тоне Амира зазвучала уверенность. — Я уверен, что не вмешайся я, вы бы и сами не позволили свершиться этому. Попытаться — это не совершить, попытаться — это риск, и вы рискнули, и ничего не потеряли.

— Часть своей гордости я оставила в той спальне. Другую здесь. Я не лучше чем эти оба! Верчусь на двух хвостах, пытаясь уцепиться, лишь бы не упасть. Может… разбейся я в дребезги, обрела бы истинный смысл своего будущего.

Я неожиданно почувствовала тепло по свей спине. Гладкое и размеренное, с лёгкими приятными хлопками дыхание. Телохранитель защищал даже не мою жизнь, а мою душу от переживаний. Я не могла не улыбнутся ему, понимая, что мои ладони снова стали привычно сухими и прохладными.

— Анита, задавая вопрос в первую же очередь, ты задаешь его не мне, а прежде всего себе. В таком случае, тебе известен свой ответ. Каким бы он невозможным не казался, необходимо прислушаться к себе, и принять действительность в её чистом виде.

— Думаешь? — тихо бормочу, опускаю голову.

— Знаю, — громко заявляет, — на себе проходил уже…