Эпилог

Феликс

Пять лет спустя

– Макс! Макси-им! Это не смешно!

Вот нихера не смешно, потому что я ищу его уже час.

Мама с отцом уехали в домик в горах. Отец сказал, что у них сейчас трудный период. Очередной. Нам пришлось поселиться в их доме, чтобы присмотреть за садом и парником.

Мама в этом году развернула бурную деятельность с посадками. Говорит, от скуки. Ведь мы так редко приезжаем. Но два раза в неделю – это совсем не редко, правда?

Встаю, обвожу взглядом сад. Солнце печёт так, что мозг уже расплавился. На кусте розы замечаю что-то... синее. Подхожу ближе. На ветке болтается бейсболка Максима.

Супер, бля. Он ещё и без головного убора тут бегает или сидит в засаде.

Чёртовы прятки...

Я уже проверил парники, сарай и гараж, где стоит мой старый питбайк. Моего сына нигде не наблюдается. Перевожу взгляд на окна кухни. Лиза там. Говорит по телефону, решает какие-то вопросы с новыми поставками цветов, параллельно готовя обед. Вряд ли будет смотреть в окно сейчас, поэтому я сворачиваю к теплице, к которой даже под дулом пистолета нельзя приближаться. Никому, кроме Лизы.

Моя мама помимо огурцов и помидоров теперь выращивает ещё и редкий сорт роз. Стала партнёром Лизы в цветочном магазине. Но маме и этого недостаточно. Она по-прежнему твердит, что ей скучно, требует от нас ещё внуков. И настаивает на том, что Максиму в детском саду делать нечего. Что она сама готова сидеть с ним с утра до ночи.

Но нет. Я отверг это предложение. Ребёнку нужен социум, а не бабушка с гиперопекой. А как же садиковские друганы и разборки? Шалости там всякие. Макс очень преуспел как раз в последнем. На ковре у директора детсада мы с Лизой бываем регулярно. И плевать Антонине Фёдоровне и на нашу известную фамилию, и на бабки. Короче, выхватываем за Макса будь здоров.

Заглядываю в теплицу.

– Ма-акс! Максим, здесь прятаться нельзя. Выходи.

Тишина в ответ. Громко топаю, делая вид, что ушёл. Потом прислушиваюсь. Тишина гробовая.

Так, ладно...

Возвращаюсь в дом. Прятаться можно было только в саду, чтобы не мешать маме. Но Макс довольно часто нарушает правила. Вообще-то, всегда.

Он как горючая смесь Лизы и меня, помноженная на всех моих друзей. Взрывоопасный такой коктейльчик.

Заглядываю на кухню. Лиза закончила телефонные разговоры и сейчас что-то режет на доске. Ароматы тут, конечно, такие витают, что можно слюной подавиться. Вроде бы сегодня у нас будет куриная лапша. Давно её Лиза не готовила.

Жена оборачивается и смахивает со щеки слезинку. Похоже, кромсает она лук.

– Обед будет минут через тридцать, – сообщает Лиза.

А я стою в дверях и любуюсь своей женой, на секунду позабыв, зачем вообще пришёл.

Огненные волосы собраны в высокий пучок. Один локон выбился, и Лиза заправила его за ушко. Ноль макияжа, но моя жена выглядит так, что можно сдохнуть даже просто от созерцания её красоты. И от вожделения тоже.

Секс у нас в последнее время случается не так часто, как хотелось бы. Лиза устаёт, я тоже. У неё цветы, у меня фирма отца, хоть и дистанционно.

Сказал ему сразу, что мотаться по стране не буду. У меня – семья. Он обиделся сначала. Потом остыл и дал мне работу. На самом деле непыльную. Но я убиваюсь ещё и на стройке. Ведь мы с Лизой строим собственный дом.

– Феликс, что-то случилось? – она смотрит на меня обеспокоенно.

А я скольжу взглядом по её фигурке. Шортики, маечка на тоненьких бретельках. Мм... Красавица моя.

– Феликс...

– Ты Макса не видела? – спрашиваю я, вспомнив наконец, зачем пришёл.

Её глаза округляются.

– Ты что, потерял нашего ребёнка? – говорит она шокированным шёпотом.

Вся кровь отливает от моего лица.

Вроде сначала не волновался. Ну куда он тут денется? А теперь вижу её испуг, и меня накрывает волной паники.

– Я... не потерял, – делаю шаг назад. – Мы в прятки играли... Сейчас найду.

Быстренько сваливаю. И слышу уже вдогонку заливистый смех жены и её весёлый голос.

– Ты такой впечатлительный, Феликс. Он часами может прятаться. Посмотри в шкафу в твоей бывшей комнате.

Выкрикиваю в ответ, шагая по холлу:

– Я прибью вас обоих. Шутники, блин!

Лиза хохочет.

Поднимаюсь наверх и застываю на пороге своей бывшей спальни. Макс здесь, и он спит на моей кровати. Рядом лежат мои кубки, грамоты, медали. А среди всего этого богатства – рыжие локоны сынишки.

Тихо подхожу к кровати и присаживаюсь на корточки. Телефон вибрирует в кармане, и Макс шевелится, кажется, услышав эту вибрацию.

Замираю. Смотрю на сына. Его ресницы перестают трепетать, пухлые губёшки выпячиваются, словно от обиды, но он не просыпается.

Проверяю телефон, там сообщение от Апреля.

«Мы определились с местом. Справлять будем в особняке Монстровых. Аниматора тоже выбрали. Ждём вас в субботу в три».

День рождения Макара – его сына. Ему исполняется пять лет.

Пишу в ответ: «Мы будем».

Наши сыновья неплохо спелись, кстати. По отдельности они просто бедовые, а вместе – вообще настоящий апокалипсис. Скучно нам точно не будет в ближайшие лет десять-двенадцать.

А сейчас вон прям как ангелочек спит, и будить не хочется.

Осторожно разуваю его. Убираю свои награды обратно на полку. Проведя рукой по рыжим волосам, невесомо целую в лоб.

Люблю его больше жизни!

Мой сын не только весьма озорной, но и на редкость умный и любознательный. Сто вопросов в день мне задаёт. Строит какие-то теории, которые и не каждый взрослый выстроит. Например, про то, как появляется дождевая туча. И про космос он очень любит разговаривать.

Выхожу, прикрывая дверь. Нам с его мамой тоже сейчас надо поговорить про космос...

Быстро спускаюсь вниз, залетаю в кухню. Бесцеремонно развернув Лизу к себе лицом, рывком усаживаю на столешницу и с пылом впиваюсь в губы.

– Ммм... Ты чего? – мычит она, уворачиваясь.

– Ничего. Точнее, очень даже чего.

Спускаю бретельки майки с её плеч, обнажаю грудь и, прикусив губами сосок, мычу от удовольствия. А Лиза всё ещё пытается отстраниться от меня.

– Феликс... Феликс, ты Максима нашёл?

– Он спит. У нас есть примерно двадцать минут.

– У меня суп...

Поднимаю на неё умоляющие глаза.

– Ты что, хочешь осквернить родительскую кухню? – спрашивает возмущённым шёпотом.

Мотаю головой.

– Оскверним гостиную.

– Точно нет. Там твой родственник... князь на портрете. Смотрит, как живой.

Но отказа я сейчас уже не приму. Потому что хочу её безумно.

Метнувшись к плите, вырубаю конфорку, на которой медленно варится лапша. Быстро возвращаюсь к Лизе и вклиниваюсь между её ног. Впиваюсь в сладкий рот, подхватываю под попку и несу.

В доме полно мест, где можно уединиться. Выбираю гардеробную, она ближе всего. Ставлю Лизу на пол и практически сдираю с неё шорты и трусики. Сев на банкетку, тяну Лизу на себя, и она оказывается сверху. И всё это под её отпирания, причитания, а потом уже – неуверенное бормотание.

– О Боже! – выгибается она от моего напора и от жёсткой состыковки.

Теперь я пожираю её стоны. И пытаюсь их приглушить, не прекращая поцелуй.

Она красиво двигается на мне. Я уже почти в космосе.

– А если... Максим... будет... нас искать? – между поцелуями и стонами спрашивает Лиза.

Усмехаюсь.

– Ну я же его нашёл. Теперь его очередь. А мы просто прячемся.

На этом и договариваемся, уплывая в свою любовь и страсть. И даже не подозреваем, что этот день станет новым днём «икс», и что в нашу жизнь придёт прекрасная девочка Дарья.

Даша, Дашуля – наша дочь.