Глава 8. Василиса

Это очень страшно ночевать так, одной в чужой квартире. После всего, что случилось. Сейчас я была бы рада, если бы Давид остался со мной. Правда. Но он уехал. И вот я одна.

И мне даже страшно встать и подойти к окну. Я зарываюсь под одеяло с головой, но прислушиваюсь к каждому шороху. Давид сказал, что меня здесь точно не найдут. Но вдруг эти люди могут? Я не знаю, на что они способны. И кто они вообще.

Все это очень страшно. Неужели это все из-за акций? Давид уверяет, что нет.

Выглядываю из-под одеяла — за окном уже темнеет. Ночь. Тишина. Я закрываю глаза и засыпаю. Стресс дает о себе знать.

Просыпаюсь от подозрительного звука — скрежет замка. Кто-то открывает дверь.

Я так и лежу под одеялом. Это же Давид? Больше некому прийти. Некому.

Убеждаю себя снова и снова.

Слышу шаги и потом кто-то тянет одеяло и в глаза сразу же ударяет яркий свет. Уже утро.

Морщусь и, открыв один глаз, смотрю на того, кто только что вошел в дом.

Вскакиваю от страха и пячусь на кровати назад.

Передо мной стоит незнакомый мужчина с лицом, не выражающим абсолютно никаких эмоций.

— Кто вы? — заикаюсь я. Оглядываюсь в поисках хоть чего-то, чем смогу защититься.

— Я от Давида, — ровно произносит мужчина. — Не надо волноваться. Я не причиню вам зла. Я отвезу вас домой. Собирайтесь.

Удивленно смотрю на него.

— Что? — откашливаюсь. — Домой? А где Давид?

— Собирайтесь, — кивает мужчина и выходит из комнаты.

Какое-то время сижу и пытаюсь понять все, что сейчас происходит со мной. И не могу. Все это выглядит… странным? Где Давид? Он же обещал приехать. Почему он прислал какого-то мужика? Домой… А вдруг там уже меня ждут?

— Вы готовы? — слышу голос из коридора.

— Да-да, — кричу в ответ. Вскакиваю с кровати, беру сумку.

А телефона у меня нет — Давид забрал. Обещал привезти новый и вот…

Выхожу в коридор.

— Пойдемте, — кивает мне мужчина и открывает дверь.

Он молча везет меня к моему дому. Паркуется и достает что-то из бардачка:

— Давид просил передать, что вам больше нечего бояться. Он все решил. И еще. Вот, Давид просил передать, — протягивает мне коробку. Новый телефон.

— Не надо, — я не беру коробку и открываю дверь. — Передайте ему спасибо, но не надо.

Выхожу и, зажмурившись на мгновение, захожу в подъезд.

В квартире никого. Это даже к лучшему.

Следующие пару дней проходят абсолютно спокойно. Я правда не выхожу из квартиры. Вике говорю, что живот болит.

Смотрю в окна — а вдруг за мной следят? Но нет, все идет как обычно. Никого подозрительного во дворе и в гости никто не приходит. Даже Максим.

И Давид не появляется. Мне не надо объяснять. Я все понимаю без лишних слов.

На третий день решаюсь выйти-таки на улицу. Сходить за продуктами.

Первое время иду, постоянно оглядываясь по сторонам. Шарахаюсь от подозрительных, на мой взгляд, личностей. Но нет. Все проходит гладко. Никому до меня нет дела.

Может, хоть на этот раз Давид не обманул и мне больше нечего бояться?

В супермаркете набираю два огромных пакета. Вика никогда не любила ходить в магазины. Всегда я этим занималась. И пока я вот сидела дома, холодильник опустел окончательно.

Благо супремаркет недалеко от нашего дома. Как-нибудь дотащу. И позвонить не могу — ведь телефона у меня так и нет…

Выхожу на улицу, не глядя, и меня сшибает какой-то парень. Бросает на ходу: «Извините» и убегает.

— Твою мать… — вырывается у меня, когда ручка одного из пакетов обрывается и по асфальту катятся яблоки. Содержимое пакета оказывается на земле.

Мне хочется плакать.

Оставлять продукты я не могу — это запас еды на несколько дней и, учитывая отсутствие денег, его придется растянуть.

Но и нести как это все без пакета не представляю.

Сажусь на корточки и смотрю на лежащие в ногах продукты.

Тут передо мной возникают черные, идеально начищенные ботинки. Останавливаются передо мной и не трогаются с места.

Мне это не нравится.

Поднимаю взгляд.

Передо мной стоит пожилой мужчина с добродушным лицом.

— Помочь? — спрашивает с улыбкой, кивая на пакеты.

— Не надо, спасибо, — по привычке отказываюсь я.

Тогда мужчина, ничего не отвечая, сам начинает собираться продукты. Они все умещаются в его руках.

— Пакет сможете сами нести? — спрашивает, показывая взглядом на второй, уцелевший пакет.

Киваю.

— Пошлите тогда, — и он первым уходит, держа в охапке мои продукты.

— Я недалеко тут живу, — встаю, хватаю пакет и бегу за мужчиной.

— Это хорошо, — отвечает он.

Он доводит меня до квартиры. Кладет продукты на тумбочку в коридоре.

— Спасибо, — говорю я.

Мужчина прощается и уходит.

— Кто это? — спрашивает, выходя из комнаты Вика.

— Случайный знакомый. Если бы ты со мной пошла, — ворчу я, — то не пришлось бы искать помощи на стороне.

— Если бы решила сделать то, что я тебе говорю, то нас бы не было уже здесь и не пришлось бы больше по супермаркетам таскаться, — упрекает она меня в ответ.

Ничего не отвечаю.

Вика мне весь мозг съела разговорами о том, что я должна стрясти деньги с Давида. А я не хочу. Не хочу больше видеть его. И уж тем более брать эти деньги.

Поэтому недовольно громко выдыхаю и несу пакет на кухню.

На следующий день решаю сходить в ближайший салон связи и купить себе хоть какой-нибудь самый дешевый телефон. На первое время сойдет.

Удивлению моему нет конца, когда у подъезда я встречаю того самого мужчину, который помог мне донести продукты вчера. Я не верю в совпадения.

— Что вы здесь делаете? — сразу спрашиваю я.

Он отходит от машины и идет ко мне.

— Вот, вчера забыл отдать, — протягивает мне шоколадку. — В карман ее положил, когда продукты распихивал. И забыл.

Забираю шоколадку:

— Спасибо.

Но такой себе повод, поэтому все еще смотрю на него с недоверием.

— Каюсь, — он опускает голову. — Должен был сразу сказать. Василиса, нам надо поговорить.

Что?! Откуда он знает мое имя?!

— Что вам надо? — я пячусь назад в подъезд. — Я кричать буду! Я полицию позову!

— Тихо. Успокойся, — он говорит спокойно. — Я не причиню тебе зла. Успокойся. Меня зовут Владимир и я друг отца твоего.

Я каменею. Останавливаюсь.

— Я обещал ему помочь тебе, когда его не станет. Он догадывался, что его уберут. Василиса, пожалуйста, дай мне все рассказать тебе. Не бойся. Поверь, если бы я хотел что-то сделать тебе, то сделал бы это вчера, когда ты без страха впустила меня в квартиру. Что, кстати, было очень опрометчиво с твоей стороны. Никогда так не делай. Прости, я не мог прийти раньше. Хотя обещал твоему отцу.

— А где вы были? — вопрос сам вырывается из меня.

— Под следствием, — просто отвечает он. — Не пугайся. Я чист. Против меня ничего нет. Но я должен помочь тебе. Чтобы никто не обманул. Я обещал отцу.

— Знаете, — говорю я, сдвинув брови, — я вам не верю. Отойдите от меня.

— Молодец, — улыбается он. — Уже лучше. Вот так и надо вести себя с незнакомцами. Но давай я попробую убедить тебя в обратном.

И он вдруг выдает факты, которые мог знать только человек, действительно близко общавшийся с моим отцом. Он знает все про меня и мою семью.

Я растерянно смотрю на него. И моя уверенность и решительность тают на глазах.

— Ну что, Василиса? Убедил я тебя? — улыбается Владимир. — А теперь давай поговорим нормально. Посидим где-нибудь.

— Где? — я сглатываю.

— В кафе каком-нибудь. Чтобы ты не думала, что я хочу тебя куда-то затащить. На людях поговорим. Хорошо?

Я предлагаю кафе рядом с нашим домом. Чтобы пешком дойти. Боюсь в машину садиться. Этот человек пока еще пугает меня.

И вообще, все эти новые знакомства. Их слишком много в последнее время.

Но я понимаю, что должна сама. Рассчитывать мне не на кого.

Давид не появляется. Да, что говорить о нем, если я даже родной сестре не могу довериться?

В кафе мы садимся за дальний столик и Владимир делает простой заказ. Только кофе.

— Я знаю, что ты сейчас думаешь, Василиса, — произносит он, когда официант уходит, оставляя нас одних. — И это правильно.

— Что? — интересуюсь я.

— Что не веришь мне, — он внимательно смотрит на меня. — Ты никому не должна верить до конца. Никому. Ни в твоей ситуации.

— А вы знаете про мою ситуацию?

— Имею представление. Я следил за тобой.

Я хмурюсь.

— Это надо было для дела, — усмехается он. — Но ты ведь даже не поняла этого?

Не отвечаю.

— Откуда вы отца моего знали? — спрашиваю вместо ответа.

— Приходилось сталкиваться по делам. Ты его не осуждай. Каждый вертится, как может. Он ведь все равно для вас старался по итогу. Для детей.

— Ну да, — вздыхаю я. — Только сейчас у меня от этого одни проблемы. Ну, вы, наверное, знаете.

— Знаю.

Повисает тишина. Официант приносит наш заказ.

— Вот как раз об этом я и хотел поговорить, — говорит Владимир, когда мы опять остаемся одни. — Ты же понимаешь, Василиса, что акции эти тебе и не нужны, по сути. Нужны деньги. Так?

— Не знаю, — честно отвечаю я. — Я не задумывалась. Пока от этих акций у меня одни неприятности.

— Ну, правильно, — кивает Владимир. — Отец твой ради денег их тебе оставил. Чтобы вы с сестрой не нуждались.

— Я подарить их хотела… — вспоминаю.

— Кому? — хмурится Владимир. — Зачем это? Ради этого отец твой пострадал? Ты что, Василиса? Подарить, — усмехается. — Да, ты знаешь, сколько они стоят? Вам с сестрой до конца жизни хватит. Как вовремя я тебя встретил! Подарить, — опять усмехается.

— Но я не знаю, что с ними делать, — пожимаю плечами. — И мне… мне страшно. А за них, за то, что я подарю их, мне обещали обеспечить безопасность. Обещали… — прикусываю губу и отворачиваюсь, вспоминая слова Давида. Слова, опять сказанные впустую. Он же бросил меня. Пропал. С того самого дня я так ни разу его больше и не видела. Выдыхаю и легонько трясу головой. Хватит. Пора забыть как страшный сон. Опять устремляю свой взгляд на Владимира.

— Тебе больше не надо беспокоиться о безопасности. Я рядом. И я не дам тебя в обиду. Я обещал отцу твоему. Так что забудь об этой бредовой идее обменять акции на защиту. Да и где гарантия, что, получив акции, тебя не обманут?

Конечно, никаких гарантий. Более того, действия Давида как раз и убеждают меня в этом. Господи, за что мне это все. Не было денег — были проблемы. Есть деньги — еще большие проблемы!

— Я не знаю… Запуталась, — обхватываю голову руками.

Так хочется просто пустить все по течению. Чтобы не задумываться и не нести ответственность.

— Понимаю, Василиса, — кивает Владимир. — Сложно все для такой девочки. И я хочу помочь тебе.

— Как?

— Продать эти акции, — он серьезно смотрит на меня. — Именно так хотел ваш отец. Чтобы ты продала их. По хорошей цене. Не будет у тебя акций — и ты станешь неинтересна определенным личностям.

— Но кому? — растерянно спрашиваю. — Я не знаю. Нет, мне предлагали купить их. Но я опасаюсь…

— И правильно делаешь. Продавать акции надо третьему лицу. Не заинтересованному во всех этих разборках. И я не сидел просто так. Я нашел покупателя. Вернее, он договорился еще с твоим отцом. Но видишь, как произошло. Не успел отец продать их.

— Но… кто он? Этот покупатель? Я его знаю?

— Нет. Это крупная иностранная компания. Они хотят войти на этот рынок и твои акции — отличная возможность для них. Они заплатят хорошие деньги. Сделку проведем аккуратно. Через банк. Ты сможешь потом снять деньги, когда захочешь.

— Но я… я не знаю, — пытаюсь обдумать его слова. — Это все странно… А это надежно? И почему я должна вам поверить?

— Не должна. Поэтому и покупателем буду не я. И сделка пройдет через банк.

— Не знаю… мне надо подумать… — у меня слишком большие сомнения, чтобы я согласилась.

— Конечно, подумай. Вот их предложение, — и он пишет на салфетке цифру, от которой я просто офигеваю. Он ничего не перепутал? Там, по-моему, пара нулей лишние.

Удивленно смотрю на него.

А он лишь кивает с улыбкой, наверняка, смеется над моей реакцией.

— Хорошо, — произношу я, отпив кофе, — если я соглашусь, как все пройдет? Я в этом вообще не понимаю.

— Для этого есть я. И еще одно важное уточнение. Очень важное, Василиса. Сделка должна состояться не здесь.

— А где? — недоуменно смотрю на него.

— Заграницей, — спокойно произносит Владимир, допивая свой кофе.

Мотаю головой.

— Подождите. Не поняла. Где?

— Покупатели хотели бы провести сделку на территории своей страны. Это нормально.

— Но как… Подождите… как?

— Очень просто. Ты вылетишь туда. Я с тобой. И все там оформим. Деньги упадут на счет. Вернешься и сможешь ими распоряжаться.

— Но почему не здесь? Почему нельзя все оформить здесь?

— Опасаются подстав. И в чем-то они правы. Достаточно посмотреть на ситуацию с тобой.

— Но я… я не знаю. Мне надо посоветоваться… с Викой хотя бы.

— Я бы не рекомендовал тебе распространяться обо всем этом. Сама понимаешь, это в твоих же интересах. Ты, безусловно, можешь подумать. Должна сделать это. Время есть.

— Хорошо, — и мыслительный процесс уже пошел.

После этого разговора Владимир провожает меня до дома.

— Василиса, — говорит на прощание, — я бы хотел попросить тебя о двух вещах. Первое: никому не рассказывать о нашей беседе. Никому. И второе: избегать в ближайшие дни каких-либо контактов и выходов в свет, так скажем. Тебе лучше отсидеться дома. Так будет спокойнее.

— А что за страна, в которую надо будет лететь для сделки? Ну, если я соглашусь.

— Эмираты. Компания — покупатель оттуда.

— Далеко.

— Несколько часов на самолете. Не так уж и далеко.

— Ладно, я подумаю.

— Хорошо. И помни о моей просьбе. Будь осторожна.

— Постараюсь.

Я слушаюсь его в одном — никому не рассказываю. Мне самой надо все обдумать и принять решение.

А вот, что касается контактов, то тут не получается.