Глава 9. Сюрприз за сюрпризом

Утро встретило меня наглым солнечным лучом, светившим прямо в глаз. Преодолевая заслон из ресниц, лучик яркого света каким-то образом проникал под веко и сверлом ввинчивался в мозг. Ах вот ты какая, лоботомия! Приоткрыв один глаз, я попытался усмирить нахала своим хмурым видом. Не подействовало, а жаль! Зато привычный вид из окна заставил меня задуматься — а с какого это я перепуга сплю на своей любимой кровати, в своей же родной комнате, укрытый ярко-жёлтым мягким и очень теплым покрывалом, тогда как должен спать в гостиной на диване? Неужели я вчера пришел из бара, в котором завершились непростые недельные переговоры с упрямым хозяином того комплекса, что я так хотел выкупить, и выгнал Вету из комнаты?!

Пусть меня за вечер несколько раз назвали упрямым ослом и сукиным сыном за настойчивость, пусть я непозволительно, для моей головы, много выпил, зато мы смогли договориться на выгодных для меня условиях. До понедельника все документы должны быть готовы и останется только заключить сделку. Но все это вовсе не повод вести себя как последний придурок! Так как же так получилось, что ночевал я в этой комнате, а не там, где уже привык спать? Пошарив рукой по полу, хмыкнул, нащупав сваленные кучкой джинсы, и выудил из их кармана телефон.

Шесть сорок две, прищурившись рассмотрел время на дисплее. Слава богу, еще рано даже для Гоши. Да и вообще, раз уж мне досталась этой ночью комната без попугая, нужно пользоваться случаем и выспаться нормально. Извиняться буду, когда окончательно приду в себя и вспомню, чем закончился вчерашний вечер. С этими мыслями я выключил звук у телефона, во избежание лишних звонков, и решительно перевернулся на другой бок, подставляя хулиганистому солнышку свое плечо. Пусть греет, я не против. Устроившись поудобнее, собрался уже снова закрыть глаза, как комок одеяла передо мной завозился и из-под него вынырнула рыжая макушка.

Не понял.

Кажется, я вчера никого не выгонял. А что тогда было?

С удивлением наблюдал, как вслед за головой на свет появилась тонкая женская рука и уверенно опустилась на мою макушку. Осторожными движениями ловкие пальцы начала перебирать мои волосы, а я чуть не окосел от счастья — как же это приятно!

Вета, а ее я могу узнать даже по одной прядке волос, пододвинулась ближе, натянула на меня одеяло, закинула свою ногу на мое бедро и провернула все это, не прекращая завораживающих движений пальчиков, принесших облегчение. Головная боль просто отступала, а веки тяжелели. Я еще думал проявить силу воли и встать с кровати, оставив Веталину досыпать, но она, не открывая глаз, прошептала:

— Спи, Димка, спи, утром освободим замок.

Черт ее знает, какой мы замок должны освобождать, мне даже почти не любопытно, сны разные снятся, но вытаскивать себя из кровати, где так тепло, вкусно пахнет и делают массаж головы, я категорически отказываюсь. Девушка сказала спать? Я сегодня идеально послушный парень, сейчас закрою глаза и буду спать. Вот только подвину ее еще чуточку ближе к себе, обниму для надежности — мало ли, вдруг там какой ушлый рыцарь из неизвестного замка захочет украсть такое сокровище — и все, сразу спать!

Сон будто поджидал на кончиках ресниц, стоило мне закрыть глаза, как я тут же провалился в царство Морфея.

Второй раз я проснулся из-за Гоши. Этот попка сидел на комоде и долбил клювом деревянную поверхность, приговаривая:

— Кто там пришел? — тук-тук-тук клювом. — Кто там?

Закрыв лицо подушкой, я длинно и витиевато выругался. Как же меня этот умник по утрам бесит! Хотя, должен заметить, в этой комнате он себя ведет приличнее. Никаких тебе воплей "Гоше пора кушать", и уши не теребит. Засранец! Так и знал, что он издевается надо мной! А птиц тем временем все не унимался.

Тук-тук.

— Гости на пороге, — тук-тук. — Кто там пришел?

Со стоном сел на кровати, убедился в своих ощущениях — Веты рядом нет — и растер лицо ладонями.

— Это никто не пришел, это Гоша в дятла играет!

Гошан возмущенно хлопнул крыльями, спрыгнул с комода и с независимым видом пошел к выходу.

Но уйти просто так ему не позволила гордость, повернув голову, он известил:

— Гоша — оррел! — и скрылся за дверью.

Упав на подушки, я рассмеялся. Орел он, блин! Ну я тогда рыцарь без страха и упрека. Айвенго, черт возьми! А что? У нас тут равноправие — у кого на что фантазии хватает, тот и круче.

Посмеиваясь, поднялся с кровати и сладко потянулся. Какой же кайф нормально выспаться, не ютясь на диване! Посмотрел на время — девять утра, значит, Веты дома уже нет, она убегает гораздо раньше на учебу. Подхватив джинсы, пошлепал в душ, по дороге завернув в "свою" комнату и врубив музыку. Когда колонки разразились бодрыми басами на фоне переливчатых звуков гитары, улыбка сама расползлась на лице. Шикарное утро!

Пританцовывая и дурачась (хорошо, что меня никто не видит), уже целенаправленно отправился в царство Мойдодыра. На кухню зайду позже, раз уж орел не требует жрать, значит, Веталинка его накормила.

Водные процедуры заняли не так много времени, зато отлично взбодрили, прогоняя остатки головной боли. Нет, все-таки пить мне противопоказано, эффекта почти нет, похмелья тоже, а вот головная боль раздражает жутко. С сожалением посмотрел на свое полотенце в корзине с грязным бельем, чертыхнулся, так как забыл захватить с собой чистое. На сушке висело то самое розовое безобразие с цветочками, которое, кажется, кроме меня, в первое утро после прилета, так больше никто и не использовал. Ну что ж, с этими "ромашками" мы уже знакомы, не привыкать — схватил розовый ужас и замотал им бедра. Выходить в коридор, где ходит куропатка, без малейшего прикрытия стратегически важных мест? Нет уж, увольте, вдруг он решит, что неожиданно стал плотоядным?!

Выйдя из ванной комнаты в сопровождении клубов пара — ого, кажется, скоро пора будет доставать обогреватель — шагнул в направлении комнат, но был остановлен смехом и дерзким выкриком:

— Ого, бро, а розовый тебе к зад… эээ к лицу!

Замер ли я? Еще бы! Ведь голос принадлежал моему младшему брату — Саньке… ну или Ваньке, черт их разберет, этих близнецов с одинаковыми лицами, фигурами и тембром голосов. Второй, кстати, не отставал от первого, и пока я мысленно удивлялся "Что они тут делают?", подхватил эстафету и тоже решил отметиться:

— А я говорил, что рубашка в ванной валялась Димановская, такие парашюты больше никому не подойдут. Ты посмотри на его плечищи!

Но и это было не все, не успел я обернуться, как к двум голосам братьев добавился третий:

— Опять ррромашки! А стрриптиз будет?

Гош-ша!

Резко развернувшись, собирался наконец-то исполнить свою мечту и общипать этого говоруна, но чуть не упал, увидев, что на кухне сидят мои родители и братья, а между ними, зажатая в уголок, находится Вета, смотрящая на меня широко раскрытыми глазами, на дне которых плещется паника.

***

Мама, окинув меня взглядом с головы до ног, поджала губы и отвернулась к окну. Мелкие молча ржали и строили мне страшные морды, явно на что-то намекая, но я никак не мог понять, на что именно.

А вот отец, прищурив глаза, ехидненько так протянул:

— Ну что же ты замер там, ясный сокол. Заходи… позавтракаем.

От этого тона у меня непроизвольно напряглась спина. Кажется, зря я не сообщил родителям, что вернулся. Плохая была идея, очень плохая! Вопрос, как они узнали, что я дома.

Будто в насмешку над моими мыслями, Алла Ивановна повернулась к Веталине и, взяв со стола пиалу, протянула ей со словами:

— Вета, дочка, кушай, варенье земляничное, этого года, сама делала. Специально тебе везла.

Дочка? Ей везла? Правая бровь скептически выгнулась, а я, сложив руки на груди, внимательно посмотрел на мамалу.

Вета, увидев такую мою реакцию, покраснела и опустила взгляд, а мелкие поганцы подхватили цирк, устроенный родителями.

— Да, сестренка, — со смешком начал Ванька, — не обижай маму, она тебе там весь холодильник домашней едой забила.

— Веточке одной тяжело, худенькая такая, давайте съездим к ней, я ей вкусностей собрала, — явно передразнивая мать, подхватил Сашка. — А сыновьям по рукам бьет, чтобы меньше варенье трескали!

— Так вы его по ночам лопаете! — мать аж раскраснелась от возмущения. — Как ни выйду на кухню, так там один из вас что-то в рот тащит!

— Что, Алла, не дают подросшие детки спокойно ночью бутербродом побаловаться, да?

Отец тоже не смог остаться в стороне, зато успел увернуться от подзатыльника, коим его хотела наградить любящая жена. Ну, в общем, балаган семейства Сахарок в лучшем его проявлении. Как же я скучал по своим родственникам! Закатив глаза, зашел в кухню и остановился рядом со столом, с улыбкой наблюдая за Аллой Ивановной, которая упорно меня игнорировала и старалась накормить окончательно смутившуюся Веталинку.

— Мам, заканчивай цирк…

Мать на мои слова никак не отреагировала, зато Вета вскинула взгляд и, посмотрев на меня, повернулась к упрямой женщине. У нее же и спросила:

— Вы что, знакомы?

Вот этот вопрос, произнесенный с таким удивлением, что о наигранности даже и думать не приходилось, и убедил меня — родственники приехали вовсе не ко мне.

— Знакома ли я с великовозрастным детиной, называющим меня матерью? — начала мамала. — Нет, я его в первый раз в жизни вижу!

Мелкие сложились пополам и уже не сдерживали громкий смех, отец с укоризной смотрел на меня, иногда косясь на свою жену, а Вета, кажется, была уже на грани. Доведут мне ребенка!

— Так, закончили представление! — смотреть на расстроенную девушку и продолжать участвовать в балагане я не собирался. — Вет, идем на минутку выйдем.

Схватив Ваньку за шкирку, стащил его со стула, не обращая внимания на вопли брата, и протянул руку рыжику, предлагая ей сбежать из кухни.

Мелкий возмущался, трепыхался и пыхтел, но прекратил сопротивляться, как только увидел выражение моего лица.

Веталина, вцепившись руками в мою ладонь, вылезла из угла, в который загнали ее мои родные, и, встав рядом со мной, тихо пробормотала:

— Я думала, это родственники Ромы.

Но, видимо, недостаточно тихо, раз ответил ей мой отец:

— Вот уж нет, нам с матерью своих обормотов хватает, к Ромашке мы, слава богу, отношения не имеем!

Вета совсем поникла, а мне захотелось выгнать родителей из квартиры. Ну как дети малые, устроили тут показательные выступления! Выразительно посмотрев на своих ближайших родственников, обнял расстроенную девушку за плечи.

— Не переживай, маленькая, ты точно не виновата, что у моих родителей нет совести. Пойдем, я переоденусь, и мы поговорим.

— Дим, а ты ее с собой забираешь переодеваться, потому что боишься, что мы девочку обидим, или думаешь, что сам не справишься?

Не удержался от последней шпильки Санька, но до того, как я успел дернуться и отвесить ему подзатыльник, вмешался Гоша:

— Жрри молча!

— Вот! Даже птиц понимает, как вы себя плохо ведете с Ветой, — махнул рукой на родителей и повернулся к Гоше.

Грозно нахохлившись, попугай сидел на подоконнике и пристально смотрел на мелких. Под его взглядом смутились даже предки!

— Куропатка, с меня новая погремушка! — шутливо поклонился в сторону ары и, перехватив тонкие пальчики покрепче, вывел Вету из комнаты.

— Гоша оррел! — звучало из кухни, и в первый раз я был с ним совершенно согласен!

Стоило нам зайти в гостиную, как Вета отняла у меня свою ладошку и отошла к окну.

Она стояла, обхватив себя за плечи, и была очень расстроенной. Довели всё-таки девчонку!

— Вет, послушай, — я схватил домашние штаны и быстро натянул их на себя, — не знаю, почему мои родители так повели себя с тобой, но, думаю, это я виноват…

Рыжие волосы взметнулись веером — так резко Веталина развернулась в мою сторону.

— Ты? Да нет, Дим, я не думаю. Они же не в первый раз приезжают, и Алла Ивановна, и Михаил Федорович. Даже Иван с Сашкой были тут неоднократно. Но, понимаешь… — она прикрыла глаза и тяжело вздохнула. — Я же думала, что они родственники Ромы, и говорила им об этом, а они и не разубеждали меня. Почему?

Вета с такой надеждой посмотрела на меня, будто я знал ответы на все вопросы. А я даже не помнил, как оказался с ней в одной кровати. Кстати, об этом.

Подошел к рыжику и, не в силах удержаться, поймал легкую прядь волос.

— С родственниками я разберусь, не переживай, — задумавшись, потянул волосы, накручивая их на палец, вынуждая Вету сделать шаг ко мне. — Ты мне лучше скажи, как я оказался в твоей спальне и почему ты меня не выгнала?

— А ты не помнишь?

В глазах рыжей хулиганки запрыгали чертята, а грусть растворилась, словно ее и не было. С одной стороны, это радует, а вот с другой… что я успел вчера натворить?

— У меня отвратительная реакция на алкоголь, на утро после того, как пью, события вечера всегда для меня являются загадкой, я обязательно все вспомню, но вот сейчас мои воспоминания обрываются ровно на моменте, как я открываю дверь ключом. И глядя в твои хитрые глаза, терзает меня подозрение, что мне есть, за что извиняться, — наклонился чуть ближе к девушке и заговорщицким шёпотом продолжил: — Рассказывай, я хочу знать все.

Вета тихо рассмеялась, но взяла себя в руки и с очень серьезным выражение лица поинтересовалась:

— А ты уверен, что выдержишь? Ведь ночью ты был та-акой…

Хулиганка даже глаза прикрыла и губку прикусила, всем своим видом показывая, "какой" я был… но я видел, что уголки губ у нее дрожат, а за ресницами она прячет глаза не из-за пикантных воспоминаний, а чтобы скрыть от меня веселящихся чертей.

— Веталина, еще немного и я буду вынужден принимать грубую силу. Не доводи меня до этого, рассказывай!

На мой нарочито грозный выпад девчонка только хитро улыбнулась и показала мне язык. Ах так?!

Выпустив из своих пальцев рыжую прядь, я сгреб в охапку тонкую женскую фигурку и безжалостно начал щекотать ее. Не знаю, почему, но с Ветой мне было легко, комфортно и хотелось хулиганить. Пусть родители сидят и думают над своим поведением, а я лучше немного помучаю маленькую вредину, в конце концов, это для меня сейчас куда как важнее, да и приятнее.

Веточка смеялась, тихо взвизгивала и пыталась перехватить мои пальцы, но куда ей. Я был беспощаден. Наверное, поэтому она быстро сдалась и простонала сквозь смех:

— Ты пришёл воровать у меня подушкууу, хватит, Дим, пожалуйста, хватит!

Она всхлипывала от смеха и просила меня остановиться, а я не мог, хотелось еще хоть минутку подержать ее в руках, вот такую беззаботную, подвижную, как ожившее пламя, и в то же время хрупкую. Но следующая фраза заставила меня замереть:

— А еще ты пел мне колыбельную!

Удерживая девушку за талию, отодвинулся и ошарашенно посмотрел на нее.

— Я делал… что?!

— Пел, — Вета даже покивала для убедительности, — баю-баюшки-баю… ну и дальше по тексту.

— Зачем?

— Чтобы отнять у меня подушку, но потом ты, видимо, решил, что это дело неблагородное и просто лег рядом.

После слов Веты перед глазами замелькали картинки. Вот я стою около дивана, и он мне не нравится. Следующий кадр: я крадусь к кровати, на которой спит девушка, и шикаю сам на себя. Следом — как я пытаюсь забрать подушку, а Вета поворачивается ко мне попкой, сворачиваясь милым клубочком. Кажется, именно в тот момент я решил, что кровать мне нравится гораздо больше и я просто обязан лечь на нее, чтобы защищать Вету от ночных кошмаров.

Боже, какой я идиот!

— Веточка, прости а, я …

— Ты был таким милым! — смеется она. — Особенно когда посреди ночи пытался засунуть меня под себя и бубнил о том, что никому не отдашь. Вот только избавишься от головной боли и победишь всех врагов, а если не победишь, то закроешься со мной в башне, и мы там переждем осаду, но отдать ни-ни.

— Не-ет! — так стыдно мне не было давно, кончики ушей полыхали, и я уверен, щеки были цвета спелого помидора! — Что ж ты не спихнула меня на пол? Ветаа?!

— Я еле уговорила тебя закрыть в башню всех врагов, куда мне спихнуть такого бугая?

— И правда, — закрыл глаза и, притянув рыжика ближе к себе, спрятал свое лицо у нее в волосах, — а я-то утром думал, про какую башню ты мне говоришь. Ой дурааак. Вет, прости, а.

— Да ладно, это было даже забавно, — она подняла голову и хитро улыбнулась, — Ну и потом, после такой ночи ты просто обязан на мне жениться!

Видя мое замешательство, вредина рассмеялась, уткнувшись мне в плечо.

— Да ладно, Дим, расслабься, я просто шучу!

А я… А я стоял в шоке, потому как первая мысль на ее шутку была "Да, я согласен" — это что еще за новости?! Нифига я не согласен! Кто вообще женится спустя неделю знакомства?! Зажмурился, пытаясь выкинуть из головы картинку спящей рядом со мной Веталины, и нарочито веселым голосом спросил:

— Ну что, пошли к моим, будем нормально знакомиться?

— Идем, они у тебя классные, хотя я и не могу понять, почему они мне сразу не рассказали, что к Ромке не имеют никакого отношения.

— Вот сейчас и выясним, — пробурчал угрожающим тоном, ведя за собой Вету. Мне тоже интересно, что это за заговор вокруг девчонки. — А если не признаются, то мы их просто выгоним!

А еще мне интересно, чего это семейство Сахарок почти в полном составе нарисовалось у нас на пороге в четверг утром. Ну ладно мамала не работает, а отец? А мелкие?! Что вообще происходит?!