Глава 58.

Тяжело вздыхаю и продолжаю лежать с закрытыми глазами. За что мне это наказание? Мой лечащий врач сказал, что мне это будет полезно, заодно и девчонку обкатать решил, наверное.

Это самое наказание заключается в мелкой белобрысой пигалице-практикантке. Терплю её уже третий день.

– Владислав Олегович, вы же с вашим врачом пробовали медитацию. Давайте попробуем сейчас вместе.

Детка, я в медитации за всё время в своей жизни провёл больше, чем ты во сне. Хоть Арина Владимировна и сказала, что девчонка со мной почти одного возраста, вроде бы на пару лет младше, но выглядит как школьница класса так девятого. И такая же надоедливая.

– Яна Николаевна, скажи, – разлепляю один глаз и лениво поворачиваюсь в её сторону. – Ты по мне курсак строчишь?

Она сначала немного теряется, потом пытается выглядеть профессионалом, но потом пожимает плечами и кивает. Блядь, вот оно – наказание за мои грехи. Белобрысый недодоктор. И послать – не пошлёшь, потому что, когда вчера Максу рассказал про эту пиявку по телефону, он поржал и попросил её не обижать, потому что она вроде его одноклассница и сводная сестра близкого друга и моего хорошего знакомого по совместительству. Когда я понял, что эта мелкая и есть та самая сестричка Шевцова, от которой он сбежал в армию, чтобы не сделать с ней много плохих вещей, то долго ржал про себя. Удачи, Лекс.

Я вот сбежать от себя не смог. Считал дни, часы, минуты все три месяца. И завтра я сваливаю. Если Лера придёт в парк, больше я её никуда не отпущу. Никогда.

Лечь в клинику было верным решением. Я сделал то, зачем сюда шёл – вернул контроль над собственными эмоциями. Стал снова себе хозяином. Да, дерьма я натворил много, это плохо. Но не клиника помогла это осознать, а Лера. Моя маленькая сильная Принцесса. Если она всё же дождалась, я сделаю всё, чтобы быть достойным её.

Документы оформляют к одиннадцати. Мой психиатр не даёт наставлений перед выпиской, мы с ней уже всё обсудили, демонов на цепи посадили. Она даёт свой телефон и говорит звонить в любое время. Просит передать привет Лере и Элле. Мелкой пиявке-практикантке оставляю свой номер и разрешаю написать мне в мессенджер вопросы, на которые она хочет, чтобы я ответил для её курсовой. Псих, по которому студенты уже пишут курсаки. Смешно до колик, но что поделать – правда.

Дорога до города занимает два часа. Домой не заезжаю, сразу в парк. Кто там говорил про восстановленные выдержку и самоконтроль?

Весна на юге ранняя, конец марта, а солнце уже шпарит во всю. Птички щебечут. Когда это я слушал птичек вне медитации? Внешне незаметно, но я нервничаю. А если передумала? А если не придёт? Может, у неё уже давно другой? Даже, может, замуж её позвал. Что я буду тогда делать? Сработает ли то, что лечил всё это время?

Я ведь сам дал ей этот выбор. Нет, не так – я вообще прогнал её. Даже надеялся, что ждать не станет. Не писал, не звонил, хотя пялился в телефон часами. У друзей не спрашивал о ней. Ждал шестнадцати ноль-ноль двадцать шестого марта.

Сейчас только два часа дня, но я уже здесь. Буду ждать сколько нужно. Она придёт. Придёт же?

Но Лера не приходит ни в четыре, ни в пять, ни в семь вечера.

Становится холодно. Солнце прячется резко, птички затыкаются, поднимается ветер.

Она не придёт. Передумала. Ну что ж, Принцесса, правильно сделала. Это твой шанс на нормальную жизнь.

Бросаю Коту сообщение, он отвечает адресом и названием бара, где они сегодня зависают. Дома принимаю душ, переодеваюсь, пару минут болтаю с Дереком, на что его резиновая рожа никак не реагирует. К девяти подъезжаю в бар.

Мысли, чувства, эмоции – всё на замке. Я в порядке. Откат будет позже, но я с ним справлюсь, потому что ей без меня лучше. Сам прогнал, сам жри теперь, Миксаев.

– Бро! – Игорёк подрывается из-за столика и по-дружески крепко обнимает. – Рад видеть тебя! Наконец-то!

Морик и Петруха тоже здесь, Радик, говорят, придёт к одиннадцати. Девчонка Петрухи и кошачья болтушка тоже здесь. Последняя смотрит странно. Жалеть собралась? На хер мне это не упало.

– Ты пьёшь? – спрашивает Морик, когда усаживаюсь за стол.

– Нет, наблюдаю, как ты будешь это делать. Наливай уже, Ваня.

Пацаны ржут, водка заполняет рюмки. Сталкиваем стекло и переворачиваем в себя. Внутри обдаёт жаром, но я даже закусывать не хочу.

– Влад, можно тебя на минутку, – кошачья соска, набравшись наглости, трогает меня за локоть. Смотрит настороженно.

Блядь, только её сочувствующего нытья не хватало. Но Кот тормозит взглядом мой отказ.

– Ну пошли.

Выходим в коридор, и вдруг эта стрекоза повисает у меня на руке, заглядывая в глаза огромными, полными слёз глазами. Хочу стряхнуть её, а то как-то перед Игорьком неудобно может быть, но тут до меня доходят её слова.

– Влад, ты же её найдёшь? Пожалуйста, найди Леру.

– В смысле? – отцепляю её пальцы и сжимаю за плечи, внимательно глядя в глаза.

– Она исчезла.

– Как это исчезла? Когда? Уехала?

– Не знаю, – всхлипывает. – Думаю, не по своему решению. Она бы не молчала, а так вот два месяца назад просто пропала со связи. Я на зимних каникулах после сессии ездила к бабушке на неделю, телефон сломался. А как приехала, дома её не было. В универе в начале семестра объявила куратор, что Лера академ на год взяла. Пойми, Влад, она бы пришла сегодня. Только этим и жила. Что-то случилось.

Три месяца коту под хвост. Потому что то, что сейчас восстаёт у меня в груди, совсем не похоже даже на призрачный контроль. Радость от того, что она хотела прийти, смешивается с желанием убивать тех, кто ей помешал. Это же моя Принцесса. Как я мог не понять? Идиот! Она же слово дала, моя девочка. А я даже не задумался, что ей могли просто не дать его исполнить. Её предки те ещё говнюки, выждали.

– Ты же сможешь найти её, правда? Ты столько всего умеешь, Владик, найди Лерочку.

– Найду, – сжимаю зубы. Контроль, Миксаев, контроль и холодный расчёт. Тебе надо успокоиться и подумать. – Скажи парням, что мне надо было срочно уйти.

Выхожу на улицу и закуриваю. Запах дыма смешивается с ароматным весенним воздухом. Моя Принцесса. Только моя. Хер вы её у меня заберёте. Я буду носом землю рыть, но найду. Переверну на хуй этот мир. Порву ваши глотки. Но девочку свою верну. Вы сильно проебались, когда решили забрать её у меня.

Первым делом еду в клуб. Вшивый сучонок предсказуемо трётся там.

– Привет, Маркуша, поболтаем? – подлавливаю его на перекуре за углом и утаскиваю за шкирку чуть в тень.

– Микс, – барыга таращит глаза и нервно оглядывается в поисках хоть какого-то спасения. – Я больше не страдаю фигнёй, отвечаю. Отпусти.

Отпускаю и приглаживаю куртку на нём, отчего тот начинает немного болезненно покашливать.

– Где Лера?

– А я откуда знаю? – фыркает мудила.

Но когда я ломаю ему мизинец, в глазах начинают проскакивать отблески памяти. Чмошник скулит и оседает, потому что я всё ещё держу его за палец.

– Уехала!

– Сколько ещё мне сломать тебе пальцев, чтобы ты выблевал подробности?

– Не надо! – скулит как сука течная. – Я сам мало что знаю. Родители наши рассорились. Знаю только, что Лерка во Франции в каком-то частном то ли пансионате, то ли клинике. Там вроде как депрессию лечат или что-то такое.

Депрессию, значит. В дурке закрыли суки. Теперь депрессия будет у них. Потерпи, маленькая, я скоро.

От ушлёпка добиться больше ничего не получается. Вижу, что не знает ничего. После ночи поисков в Интернете и возможных контактов, я прихожу к выводу, что пиздец. Элла помогла ограничить круг подобных заведений до двадцати. Двадцати, мать их! И это настоящие крепости. Но на кону моя Лера, так что я делаю то, на что не пошёл бы ни ради чего другого. Я иду за помощью к отцу.

– Помоги, – сжимаю зубы и смотрю ему в глаза. Ну давай же, сделай для меня в этой жизни хоть что-то. – Они её забрали.

Отец переглядывается с матерью. Мы стоим в гостиной и смотрим друг на друга в упор.

– Пойдём в кабинет, Влад.

Сначала он молчит, а потом поворачивается ко мне и сверлит взглядом.

– Это же та самая девочка, чьи родители скандалили тогда?

– Да.

– Что случилось?

Я коротко рассказываю ему, что знаю сам.

– Она правда важна для тебя?

– Думаешь, я бы пришёл к тебе, будь это иначе?

– Справедливо, – отец засовывает руки в карманы брюк. – У меня будет условие.

Пиздец. Кто бы сомневался.

– Слушаю.

– Ты подпишешь аннуляцию отказа от наследства.

– Зачем тебе это? – сжимаю пальцы на подлокотниках кресла, а потом тоже поднимаюсь.

– Ты знаешь. Влад, мы многое сделали неправильно. И просить прощения бессмысленно.

– И поэтому, когда я единственный раз прошу помощи, ты ставишь условия?

– Ты же сам понимаешь, как далёк Артём от бизнеса и прочего. Просто аннулируй отказ от наследства и всё. А потом, возможно, мы ещё поговорим. Если ты захочешь.

Мне от них ничего не нужно. Ни денег, ни долевого участия в бизнесе – ничего. Они бросили меня давно – когда подарили Широ Танаки возможность тренировать свои педагогические навыки на мне. Но если он поможет мне найти Леру, я всё что угодно подпишу.

– Готовь бумаги. Я согласен.

Алёна убеждает меня остаться на обед, но мне это не надо. Нужно поспать, пока в голове снова не стало всё путаться. Врач сказала сон не игнорировать, иначе я сам себе буду не товарищ, а сейчас нужно быть собранным.

Утром от отца падает сообщение с просьбой приехать.

Подписываю бумаги об аннуляции отказа и выжидательно смотрю. Отец достаёт бумажный пакет из стола и открывает его.

– Мы её нашли. Лера находится в частной закрытой клинике «Конфианс» в Провансе в Альпах. Место непростое. Там действительно лечат от депрессии, фобий, зависимостей и прочих подобных дел. Что-то типа той, где лежал ты, но по заявлению родственников, хорошо сдобренному деньгами, лечение может быть принудительным.

– Твари, – не сдерживаюсь.

– Родители Леры сейчас в Италии – Алёна вчера видела новые выложенные фото на странице Ирины в Инстаграм.

Отлично отдыхают, заперев дочь в клетке.

– Это, – отец достаёт бумаги из конверта, – билет на ближайший самолёт в Прованс. Сегодня. Это – регистрация в гостинице на пять дней. Карта – просто на всякий случай, не возмущайся. И новый загранник для Валерии, её собственный в клинике вам вряд ли отдадут просто так. Волокиту с утерей и переоформлением я уже утряс. И ещё кое-что.

Отец достаёт флешку и тоже кладёт на стол.

– Это может быть интересно французской налоговой о клинике. Как всем этим воспользоваться – решать тебе. Ты умный парень. Но если понадобится помощь – обращайся.

Я встаю и сгребаю всё обратно в бумажный пакет. Флешку кладу во внутренний карман куртки. Смотрю на отца, а он на меня. И протягиваю руку.

– Спасибо, отец.

– Удачи, Влад.