Глава 10

На эмоциях мы часто совершаем ошибки.

В паре с алкоголем они становятся непростительными.

© Оксана

Оксане казалось, что напиваться в подобной ситуации — несколько банально. Делать это в одиночестве — тем более. Но, как это часто бывает, разумные мысли приходят на ум с большим запозданием. В ее случае, проблески здравого сознания появились, когда рюмок шесть уже оказались уже позади.

И вроде взрослая девочка, вроде умная. А вместо того, чтобы вернуться за Викой, отправиться в любой аэропорт, и вместе с дочерью улететь из страны первым же рейсом, Оксана сидела в каком-то неизвестном ей месте и, как алкоголичка, опрокидывала одну рюмку за другой.

— Дура, — пожала плечами женщина, наливая себе еще.

«А что дура? Без разрешения Вадима, я дочь из страны вывезти не могу».

Слезы, как и первые разумные доводы, пришли с сильным запозданием. Опустив голову на стол, так что волосы спрятали ее ото всех вокруг, Оксана позволила себе отпустить свой железный контроль, и предалась жалости и унынию, мысленно обозначив временную границу в полчаса. Нырять с головой в собственное горе сейчас непозволительная роскошь.

Вот и что ей теперь делать? Развод? А ведь у них с Вадимом маленькая дочь, и значит, все вопросы будут решаться только через суд. Раздел имущества, опека… Объяснить Вики, почему мама с папой больше не живут вместе. При это не настраивая дочь против отца. Будто у нее и так проблем не хватало. А Вадим…

— Скотина, — всхлипнула носом Оксана и выпила еще рюмку.

Он же просто так не отступит. Уже завтра можно готовиться к настоящей осаде из его извинений, цветов и милых открыток. Щенячьи глаза, пустые оправдания и бессмысленные обещания.

«А ты, тряпка, так и растаешь…» — утирая слезы, укорила сама себя Оксана — «Да кому ты вообще нужна? Старая, брошенная, холодная дура».

Представить, что Вадик решит воспользоваться подобными аргументами, было страшно. Он итак сделал ей слишком больно.

«Ты себя слышишь?» — тут же ответила гордость, — «Какая старая? Тебе тридцати нет. А Вадик тебя загонял, что ты себя чувствуешь, как бабка. А сама еще почти девушка»…

И то правда. Вон, даже официант решил с ней позаигрывать, когда приносил бутылку.

«И потом, у меня же есть один постоянный и очень навязчивый поклонник», — Оксана поразилась собственной злой самоиронии.

Она запивала свои проблемы, не желая подумать головой над главным.

Как давно Айзек все это спланировал? Неделю назад? Месяц? Или больше? Подготовил документы по фирме, устроил слежку за Вадимом, за Оксаной, наверняка, тоже следил. И зачем?

Ради банального секса? Нет… Просто получать изощренное удовольствие, глядя, как ее жизнь рушиться по кирпичикам? Она не знала.

Оксана снова потянулась к бутылке, обещая, что это последняя рюмка — и она поедет домой, к Вике. Ей просто нужно выспаться, чтобы завтра были силы на новый бой. После того, что устроил Вадим…Нет, такое прощать нельзя.

Такое унижение. В их собственном доме, на их постели. В ее белье, черт возьми.

От мерзкого ощущения захотелось отмыться. Причем алкоголь очень помогал. Такое чувство, что полируя душу спиртом, становишься чище.

Как же она ненавидела ложь! А кто ее любит?

«Айзек хотя бы никогда не врет», — нехотя смирилась Оксана, — «Хотя, лучше бы врал».

Вообще, если бы он не появлялся в жизни Оксаны, все было бы иначе.

— Ага, конечно, — фыркнула женщина. Совсем незаметно бутылка коньяка опустела уже наполовину. И когда она успела?

«Как будто, если бы не Айзек, Вадим бы не стал мне изменять…»

«Конечно, не стал бы! Я бы не была такой фригидной, и Вадику не пришлось бы искать себе кого-то на стороне. А спорить с собой — это шизофрения».

«Со мной ты такая горячая», — голос Айзека прозвучал слишком отчетливо и интимно. Оксана запустила пальцы в волосы, и взъерошила свою гриву.

К ее столику подошел официант. Парень положил рядом с почти пустой бутылкой папку со счетом.

— Я не просила, — заметила Оксана. В глазах немного двоилось, а говорить и вовсе ни с кем не хотелось.

— Мы закрываемся, — сухо известил молодой человек. Официант ушел, а женщина потянулась к счету.

В папке лежал не только чек. Белая визитка, которую поначалу она приняла за рекламу кафе, Оксана осторожно коснулась пальцами. Стоило раскрыть дермантиновую папку, как в воздух вырвался тот самый аромат.

Оглядевшись по сторонам, Оксана попыталась найти Нойманна. Но его не было. Кафе почти опустело, так что вряд ли блондин мог запрятаться где-то здесь. А значит действовал через кого-то еще. Женщина вытащила визитку, еще больше окутывая себя таким навязчивым ароматом.

Почерк Оксана узнала. Точно такую же визитку женщина выкинула из окна машины, желая избавиться от ненужного напоминания о Нойманне. Разве что на этот раз, после адреса шла небольшая приписка.

«Ты не уйдешь»

Короткое и пугающее обещание блондина.

— Не уйду? — Оксана набралась злости. Не уйдет от мужа, потому что слабачка? Или не уйдет от Айзека, потому что он уже все продумал за нее?

«Черта с два!» — пошатываясь, Оксана поднялась из-за стола. Прихватывая со стола свой сорокаградусный эликсир храбрости, женщина направилась ловить машину.

Одному ублюдку она уже двинула сегодня по роже. Второй тоже заслужил расправы.

***

На часах было почти половина второго ночи, когда Оксана добралась до нужного адреса. Почему-то ее совсем не удивляло, что Нойманн выбрал себе квартиру в элитной новостройке. Бежевое здание, судя по всему, совсем недавно сдали в эксплуатацию. Парковка возле дома едва заполнилась на треть, а сторожа в специально отведенной будке еще даже не наняли.

Оксана смотрела то на парковку, то на здание. И зачем она вообще приехала? Ощущение того, что она делает самую большую ошибку в жизни боролось с клокочущей внутри жажды мести.

«Адреналинщица…»

Темно-синий БМВ стоял за пределами парковки, возле нужного ей подъезда.

«Таких совпадений не бывает», — подумала Оксана. Хотя, это же Айзек. После его появления в ее жизни никаких случайностей вообще не происходит. Только тщательно продуманные события от больного на голову маньяка.

— Я очень сильно пожалею об этом, — женщина не могла перестать улыбаться, доставая из сумочки ключи. Детское наивное желание сделать что-то, чего Нойманн не ожидает, взяло верх над разумом. Ну, алкоголь тоже помог, конечно.

Стальной ключ, плотно зажатый в кулаке, оставлял царапины на краске. Хихикая, она прошла полный круг, а после вывела на капоте слово, отлично характеризующие Айзека Нойманна и никак не вписывающиеся в рамки цензуры. Удовлетворившись полученным результатом, Оксана выпила остатки алкоголя и кинула уже пустую бутылку в лобовое стекло.

На весь двор тут же заорала сигнализация. Отвратительный звук заставил женщину отшатнуться в сторону. Возможно, если бы она не была настолько пьяна, Оксана бы уже бежала со всех ног. Но подогретая спиртом кровь требовала мести.

На шатающихся ногах, женщина двинулась к подъезду. На домофоне пришлось трижды набирать номер квартиры, прежде чем Оксане ответили. Гневные немецкие ругательства резанули слух.

— Что, спишь, козлина? — Оксана говорила, пока сама опираясь на стальную дверь спиной. — Плохо же ты меня ждешь. А я тут! — женщина истерически хохотнула. — Ты же хотел этого! Скотина… Ну так я пришла…

— Ксана? — голос мужчины мог показаться на секунду растерянным. — Ты пьяна? — уже строже уточнил Айзек.

— А ты мне не мамочка, — икнула Оксана в ответ.

— Я сейчас спущусь.

— Ваше Величество решил снизойти до смертных, — проворчала Оксана, корча гримасу. Она уже разминала кулаки, предвкушая, как выбьет всю дурь из напыщенного кретина. Казалось, что всего через несколько секунд, дверь в подъезд издала писк и толкнула девушку в спину.

Оксана чуть не упала, полетев носом в землю, но чудом удержалась на ногах. На пороге появился Айзек, схватил девушку за кисть и втянул в подъезд. Не проронив ни слова, он потащил Оксану за собой в сторону лифта, который еще даже двери закрыть не успел, после того как Нойманн спустился на первый этаж.

— О… Мы едем опять скидывать меня с балкона, — хихикнула Оксана, когда Айзек втолкнул ее в кабину лифта.

Стоя здесь, ухватившись за стальные поручни на уровне поясницы, женщина поймала равновесие и, наконец, смогла посмотреть в глаза Нойманну. Мужчина, кажется, не придавал значения происходящему, он спокойно вошел вслед за Ксаной в лифт и нажал кнопку тринадцатого этажа.

На лице Айзека виднелись следы драки. Рассеченная левая бровь, на которой можно было разглядеть неровно наложенный шов, ссадина на скуле. Опуская взгляд, Оксана заметила кровоподтеки на руках. Хотя картинка перед глазами несколько расплывалась. Да и видеть «домашнего» Нойманна казалось так странно. Словно девушка коснулась чего-то очень личного. Вторглась на чужую территорию. Белая борцовка, темно-синие трикотажные спортивки, слишком низко сидящие на бедрах. Но даже в таком виде Айзек умудрялся выглядеть надменным. Будто он был лучше всех, кто существует в этом мире.

Оксана сделала глубокий вздох, стараясь сконцентрироваться. Голова все еще кружилась, и женщина совсем не хотела промахнуться, когда кинется высказывать ублюдку свою позицию.

— Что за вид? — Айзек поднял одну бровь, недовольно осматривая взъерошенную девушку перед собой.

Оксана оттолкнулась от стенки и ударила ладонями в грудь мужчины.

— Ты! — выпалила она, замахиваясь еще раз. — Ты разрушил мою жизнь!

Айзек не сопротивлялся, позволяя девушке выплеснуть своей гнев. Даже когда на его лицо обрушилась оглушительная пощечина, он остался неподвижен. Оксана, почувствовав себя смелее, сжала кулаки и уже старалась ударить мужчину как можно больнее. Айзек лениво ставил блоки, пока не почувствовал, что напор девушки ослаб.

Перехватив предплечья Оксаны, он рванул ее на себя, уничтожая пространство между ними.

— Понравилось? — сухо уточнил он, глядя, как тяжело вздымается грудная клетка девушки при каждом жадном вздохе. — Возбуждает, не правда ли?

— Я тебя ненавижу, — слабо выдохнула Оксана. Мужчина стоял близко, но ничего не предпринимал.

Стоило лифту пребыть на нужный этаж, двери кабинки открылись, и Айзек, схватив Оксану за плечо, повел ее в квартиру. Дверь была оставлена нараспашку. Они вошли в квартиру, и Айзек сразу разулся.

— Раздевайся, — командным тоном произнес мужчина, оставляя Оксану стоять в углу прихожей. Блондин скрылся в глубине своей квартиры. Входную дверь он, конечно, запер, только Оксану это, кажется, не сильно волновало. Девушка, прижавшись к стене, старалась избавиться от головокружения. Больше всего хотелось лечь поспать.

Оксана была уверена, что ей удалось уснуть. Во всяком случае, она не помнила, как вернулся Айзек. Мужчина подсунул ей под нос стакан какой-то вязкой бурды с резким мятным ароматом. Оксана не хотела это пить, но Айзек заставил. Немного сладковатая и обжигающе мятная жидкость, похожая на растворенную в воде муку, или измельченную в блендере губку, сперло дыхание. Откашливаясь и чувствуя слезы на глазах от ментоловой свежести, Оксана поняла, что ее куда-то ведут. Несколькими рывками с нее стянули пальто, после чего толкнули в грудь, чтобы Оксана оперлась о стену. Девушку пошатывало, пока мужчина снимал с нее обувь и стягивал джинсы. Тишина, в которой все происходило — умиротворяла, и девушку снова закрыла глаза в надежде уснуть. Она испытала недовольство, когда блондин стянул свитер через ее голову.

— Ты можешь не толкаться… — пробубнила она, когда ее снова потянули за руку и, развернув, подтолкнули в спину. Оксана споткнулась о ступеньку, и чуть не упала, но холодная ровная стенка уберегла от падения.

В следующую секунду женский визг разнесся по всей квартире. Если не по этажу. Ледяные струи хлестали по коже, Оксана попыталась увернуться, но вода была повсюду. Широкий тропический душ поливал все вокруг. Даже прижавшись к стенке, все равно пришлось получать снежный заряд бодрости.

Открыв глаза, девушка только сейчас сориентировалась, где стоит. Первым порывом было дотянуться до регулятора температуры, но Айзек преградил Оксане дорогу. Полностью обнаженный мужчина вошел в кабинку душа, прикрывая за собой стеклянную дверь.

— Пришла в себя? — сухо поинтересовался он.

Обхватив себя руками, Оксана поняла, что продрогла настолько, что у нее уже зуб на зуб не попадает. Она снова потянулась к регулятору, но Айзек перехватил ее руку.

— Х-х-холодно, — выдавила Оксана. Ей хотелось прикрыться, но мужчина не позволил. Айзек оттеснил девушку к стене.

— Раньше надо было думать.

Он был таким горячим. Оксана невольно прильнула к мужчине, надеясь хоть немного согреться.

— Я говорил, что ты сама придешь ко мне? — вкрадчиво спросил Айзек, проводя ладонью по ее шее. Оксана ощутила, как его набухающий член дернулся вверх, задевая ее бедро.

— Я не…

Айзек наклонился, чтобы начать медленно покрывать кожу девушки поцелуями. Горячие прикосновения языка казались спасением от ледяного дождя. Такие нежные, что Оксана вновь почувствовала головокружение.

— Что ты делаешь? — спросила она в смятении. Руки мужчины растирали немеющую кожу. Почему он не нападал? Зачем делал так приятно?

— Даю тебе то, что ты хочешь…

Айзек обхватил зубами мочку уха Оксаны, а его пальцы оказались у нее между ног. Уверенными движениями он массировал ее клитор, девушка сжала бедра.

— … То, в чем ты нуждаешься…

Мужчина запустил руки в ее намокшие волосы, заставляя поднять голову.

— Сама скажешь?

Оксана покачала головой.

— Ты хочешь любви…

— Нет, — девушка покачала головой, но зажатая в тиски мужских рук, почти не пошевелилась.

— Хочешь меня…

— Нет, — слабее возразила Оксана. Чувствовать его возбужденный член, упирающийся в ее живот, было страшно. И захватывающе одновременно.

— Ты нуждаешься во мне, — хрипло произнес Айзек, продолжая массировать голову Оксаны.

Она больше не чувствовала ледяных прикосновений воды. Только его горячее тело рядом. Его эрекцию, его дыхание. И опьянение, уже не только алкоголем — но и этим мужчиной. Оксана подалась вперед, встала на цыпочки, чтобы дотянуться до губ Айзека.

Он ждал этого. Их языки встретились. Долго и медленно, мужчина пробовал мятный вкус ее дыхания. Горячая и нежная ласка, сводящая с ума. Вызывающая трепет в душе, желание забыть и забыться. Айзек не закрывал глаза, с упоением наблюдая, как Оксана отдается ласкам. Податливая, она оказалась в его власти.

Айзек протиснул колено между ног девушки, не встречая больше сопротивления. Она текла для него, обжигала своим возбуждением. Отрываясь от ее губ, Айзек хотел посмотреть, как Ксана отреагирует, когда мужчина проникнет в нее своими пальцами.

Тихо ахнув, Оксана сильнее зажмурилась и закусила губу, чувствуя, что Айзек с ней вытворяет. Он трахал ее своими пальцами, второй рукой сжимал ее небольшую грудь. Оттягивал соски, даря новую волну взрывных ощущений.

— Пожалуйста, — простонала Оксана, понимая, что больше так не может. Остатки стыда за все происходящее отступали, оставляя место только похоти. Низ живота каменел от необходимости почувствовать большее. И Айзек собирался ей это дать.

— Открой глаза, — властно приказал мужчина. Он хотел, чтобы Оксана видела, как он входит в нее. Как он упирается своим членом в девушку, а потом медленно проникает в горячую узкую щелку.

— Скажи, что хочешь этого…

В ответ Оксана только покачала головой, что вызвало в мужчине довольную ухмылку. «Упрямая», — подумал он, чувствуя, как ее дырочка сокращается, готовясь принять в себя его член.

Айзек вошел резче, чем планировал. Маленькое наказание за непослушание, которое Оксана встретила с трепетным стоном. Блондин дотянулся до крана, делая воду теплее. И начал двигаться в девушке. Короткими рывками, заполняя ее собой до отказа. Айзек подхватил ее бедра, удерживал вес Оксаны на своих руках.

То, как она стонала, могло любого свести с ума.

— Черт возьми, — Айзек понял, что готов кончить. Но он не хотел, чтобы все так быстро завершилось. Мужчина отстранился, давая себе отдышаться, с удовольствием слыша, с каким разочарованием выдохнула Оксана.

— Тише, девочка, — он погладил ее по щеке и потянул прочь из душа. Быстро обтерев тело Ксаны махровым полотенцем, Айзек подхватил девушку на руки. Разгоряченная, она обхватила его ногами, впиваясь в жесткие губы блондина.

Айзек снова усмехнулся. Ксана такая ненасытная, такая сексуальная, если ее не сдерживают привычные рамки поведения. Они дошли до кровати, и мужчина скинул девушку с себя на матрас.

Наконец-то они сделают это как нормальные люди.

— Чего ты хочешь? — спросил Айзек, обхватывая лодыжки Ксаны и разводя ее ноги. Он неспеша нависал над ней, его мощное тело вдавливало девушку в матрас. Оксана двигала бедрами, стремясь скорее вновь слиться с Айзеком в единое целое. — Скажи, — приказал он, отстраняясь.

— Тебя, — вымучено простонала Ксана, за что была вознаграждена. Айзек вернул свой член, и снова продолжил целовать девушку. Сладко и тягуче, он делал ей хорошо.

Оксана чувствовала себя любимой. С каким трепетом мужчина относился к каждому ее движению, какое наслаждение дарил, прислушиваясь к ее нуждам. Доводил до экстаза и останавливался, чтобы не кончить самому. И вновь продолжить все заново.

— Кончи для меня, — потребовал Айзек, ускоряясь. Он больше не желал сдерживать себя. Вколачивал свой член в девушку, слушая, как Оксана стонет под ним. Послушная, она напряглась всем телом, впилась ногтями в его спину. Почувствовать, как член Айзека дрогнул у нее внутри, Оксана испытала тянущее томление. Отзываясь на его горячий взрыв, судорога пронзила тело девушки, которую двое встретили блаженными стонами.

Оксана содрогалась, ощущая, что готова впасть в сладостную кому и забыть обо всем на свете. Если бы не знала, с кем именно ей стало так хорошо.

Айзек лег рядом с девушкой, и притянул ее к себе. Он тяжело дышал, его кожа была покрыта легкой испариной. Мужчина прикрыл глаза и довольно заулыбался, будто прокручивал в своей голове картины того, что только что происходило.

— Ты уничтожил меня, — хрипло произнесла Оксана, когда наваждение начало спадать.

— Знаю, — тихо кивнул Айзек. — Но так будет лучше. Другая ты мне не нужна.

— Почему? — слова сорвались раньше, чем девушка успела подумать. Искренняя прямота мужчины, как обычно, выбивала всякую опору из-под ног.

— Потому что другой тебе не буду нужен я, — так же спокойно ответил блондин.

Его голос дурманил, возвращая Оксане непреодолимое желание провалиться в сон. Все происходящее до сих пор не вязалось с привычной реальностью. Айзек притянул девушку к себе ближе, размещая ее голову на своей груди. Он нежно гладил ее волосы, спускаясь ниже, к спине. Его движения были размеренные и неторопливые.

— Засыпай, — ласково произнес мужчина, глядя, как веки Ксаны тяжелеют. Она уже не пыталась вывернуться, ее тело все больше расслаблялось от теплых прикосновений блондина.

— Зачем тебе все это? — не открывая глаз, спросила девушка. Айзек улыбнулся. Сознание Ксаны, все еще затуманенное алкоголем и сексом отказывалось видеть, как казалось мужчине, очевидные вещи.

Он зависим от этой женщины.

— А зачем люди вообще начинают отношения? Строят семьи? — Ксана не ответила. — Человек социальное существо. И всю свою жизнь тратит силы на то, чтобы перестать быть одиноким. Любовь…, - Айзек поцеловал девушку в макушку, продолжая гладить ее. — У меня нет времени тратиться на пустые попытки. Для чего? Чтобы спустя восемь лет проснуться с рогами?

Ксана дернулась, но Айзек только плотнее прижал ее к себе.

— Спи, — прошептал он. — Надежность. Мы все этого хотим. Меня восхищает твоя преданность. С какой готовностью ты вручила свою жизнь человеку, который оказался рядом в трудную минуту. Который не ценил этого. Который не способен раскрыть в тебе чувственность? Как это сделал я.

Мужчина прислушивался к ровному дыханию Ксаны, он чуть поднял голову, чтобы проверить — девушка действительно засыпала. Айзек продолжал гладить ее, говоря уже тише.

— Хорошая, — произнес он с улыбкой. — Ты можешь быть идеальной. Стать полностью зависимой от меня. Впустить меня не только в свою голову, но и в сердце. Чтобы больше ничего не имело значение для тебя. Я хочу, чтобы ты дышала мной. Жила для меня. Хотела только меня. Спи… Твой мозг уже работает на меня, — мужчина еще раз поцеловал волосы Ксаны.

Ее сознание запомнит только самые значимые и приятные слова, отсеяв остальную мишуру — как ненужный бред.

Айзек ухмыльнулся. Пьяная Ксана — это не совсем то, что он ожидал сегодня увидеть, но свои плюсы в этом ее состоянии тоже есть. Алкогольный флёр сделает свое дело, сглаживая острые углы, сохраняя в памяти только яркие впечатления. Ее оргазмы. Его нежные ласки, в которых надломленная Ксана так нуждалась.

Слава богу, существует Стокгольмский синдром.