ГЛАВА 15

Вера

Стоя на берегу реки, я наблюдала, как солнечные блики играют на воде. Корпоративный выезд с фирмой на природу — отличная идея, если бы не одно «но».

Это «но» сейчас вальяжно развалилось в шезлонге неподалёку, потягивая дорогущее виски и бросая на меня взгляды, от которых хотелось немедленно окунуться в ледяную воду.

Алексей — младший буквально на год и два месяца брат Димы и по совместительству его начальник.

Наглый и высокомерный тип, которого я на дух не переносила!

Высокий, статный, с волосами чуть светлее, чем у моего мужа, и темными карими глазами, от взгляда которых хочется поежиться... Да, генетика у них что надо — оба крепкие, подтянутые. Хоть и похоже внешне, но полные противоположности внутри.

Если Дима — моя тихая гавань, то Алексей — шторм, который хочется переждать в укрытии. От него веяло льдом и какой-то абсолютной, всепоглощающей уверенностью в себе и своём праве вершить судьбы.

Как два таких разных человека могли вырасти в одной семье?

Мой деверь вызывал у меня весь спектр отрицательных эмоций — от раздражения до яростного, неуправляемого гнева.

— Верунь, — его голос прозвучал слишком близко, заставив меня вздрогнуть, — не боишься утонуть в своих мыслях?

Алексей — ловелас. Флиртовать с женщинами и сводить их с ума — его хобби. Вот и ещё одна причина, почему я его недолюбливаю. На каждой встречи вижу его в компании новых гламурных девиц.

Я обернулась, встретившись с его наглыми, тёмно-карими глазами.

— Не волнуйся, Алёша Попович, — я намеренно использовала уменьшительно-ласкательное имя, зная, как это его бесит, — я умею плавать.

— О, не сомневаюсь, Бельчонок! — он нагло усмехнулся в ответ. — Особенно по течению.

Вот так всегда — ни одного разговора без подколок и двусмысленностей! «Бельчонок»… он, конечно, имел в виду тех милых зверьков, что украшали мои трусики. Трусики, которые он случайно увидел… в душе… после совместного похода в баню… когда перепутал двери.

До сих пор мне становилось неловко при одном воспоминании об этом инциденте. Я Диме не рассказывала об этом. Было очень стыдно. Да и неловко… от слова совсем! Не хватало, чтобы они ещё поссорились из-за меня. Алексей и правда много сделал для Димы. Я только из-за этого его терплю.

Он не позволил Диме себя внутренне сожрать!

После того, как Дима… Он начал винить себя, что мне смог спасти нашего малыша.

Он приехал туда в тот день. Прорвался в реанимацию. И не смог…

Это ещё одна из причин, почему он закрыл клинику и навсегда отказался от карьеры врача.

А Алексей?

Этот человек — единственный, кто мог вывести меня из себя за секунду. Но избегать его присутствия я не могла. Всё-таки чувствовала себя его должницей.

Бизнесмен — лучше, чем гинеколог.

Если честно, мне совсем не нравилась прошлая работа Димы в клинике. Я жутко ревновала! Каждый день, провожая мужа на работу, я сходила с ума от мыслей, что он окружен молоденькими медсестричками и симпатичными клиентками.

Воображение рисовало картины одна похабнее другой: каждая из них была похожа на кадр из эротического фильма. Как он проводит осмотр, как сексуальные дамочки раздеваются перед ним, он их трогает, лечит, успокаивает…

Я пыталась бороться с этими мыслями, убеждала себя, что Дима — профессионал, что для него это просто работа.

Моя любовь, моя вера, была сильней.

Решила, что буду верить Диме, чего бы мне это ни стоило. Верить в его порядочность, в силу наших чувств.

Недаром же мама назвала меня Верой. Видимо, знала, что это качество не раз спасет меня в жизни.

Именно вера помогла мне пережить самую страшную трагедию — смерть родителей. Они погибли в дорожной аварии, когда мне было семь лет. Я осталась круглой сиротой, совсем одна в целом свете. Казалось, жизнь кончена, будущего нет.

Но я поверила, что должна, обязана жить дальше. Ради памяти мамы и папы, ради всего, чему они меня учили. Их любовь и вера в меня придавали сил.

Даже в самых сложных ситуациях, я всегда верила в лучшее.

Я верила Диме, потому что точно знала, он любит меня и никогда не посмеет переступить черту. Особенно, после того, что мы пережили вместе, через что нам пришлось пройти…

— Знаешь, Алексей, — я повернулась к деверю, скрестив руки на груди, — иногда лучше плыть по течению, чем биться головой о скалы, пытаясь доказать всем свою крутость.

Его глаза дерзко сверкнули:

— Намекаешь, что я — скала?

Мой взгляд невольно скользнул по его мускулистой груди, небрежно виднеющейся под полу расстёгнутой рубашкой.

Мощная шея, крепкие, словно выточенные из камня, бицепсы… Да, скала, пожалуй, подходящее определение… В животе что-то ёкнуло.

— Скорее, валун на пути! — парировала я, с трудом оторвав взгляд от его рубашки.

Он рассмеялся, запрокинув голову:

— Вот за что я тебя обожаю — язычок острый, как бритва. Жаль только, что применения ему не находишь... достойного.

Я почувствовала, как краска заливает лицо. Эти его намёки...

— Ты переходишь границы! Отстань уже от меня!

— Какие границы, малыш? — он сделал шаг ко мне, и я невольно отступила. — Мы же одна семья, разве нет?

— Вера! Алекс! — голос Димы заставил нас обоих обернуться.