ГЛАВА 33

Вера

Сижу на кухне, обхватив руками остывшую чашку кофе. В квартире стоит густая, вязкая тишина, словно кто-то выкачал из неё весь воздух.

Два дня. Два дня Дима не появляется дома.

Каждый звук за дверью заставляет меня вздрагивать — вдруг это его шаги? Но нет.

Чайник шипит на плите, его монотонный звук — единственный ритм в оглушающей тишине квартиры.

Мой палец чертит круги по краю чашки — фарфор холодный, как моя кожа. Парк за окном — размытое полотно из зелёных и серых оттенков. Деревья качаются, будто пьяные, такие же нестабильные, как мои мысли.

Тот вечер — проклятый день рождения — крутится в голове, как заезженная пластинка с застрявшей иглой.

Алекс. Его близость. Тепло его тела...

Между нами возникло что-то — что-то такое, о чём я боюсь даже думать. Притяжение? Нет-нет-нет, этого не может быть. Я же верная жена. Я люблю своего мужа. Просто сейчас у нас трудный период в отношениях.

Но почему тогда мне было так спокойно рядом с его братом? Почему его случайные прикосновения отзывались электрическими разрядами по коже? Почему его взгляд находил во мне что-то такое, чего я сама в себе не знала?

Нет, ничего не было! — яростно убеждаю саму себя. И одновременно — предательский внутренний голос нашёптывает: «А могло бы быть?»

Ты же ничего такого не сделала!

Просто был момент — опасно близко. Слишком близко.

Пальцы нервно барабанят по столешнице.

Его руки. Его взгляд. Тот момент, когда время остановилось и повисло между нами — тонкая, опасная нить. Я чувствую себя преступницей. Не физически — нет. Но душой.

Преступницей, которая виновата даже не совершив преступления.

Может Дмитрий это и почувствовал…

Вспоминаю, как утром, перед отъездом в город, ко мне внезапно подбежала Машенька, и начала бурно щебетать, дёргая за рукав блузки:

— Ой, теть Вер! Я вчера всё напутала! Помните, вы спрашивали меня, кого я видела в ванной?

— Да, солнышко! — я уставилась на неё, задержав дыхание. — Продолжай! Слушаю тебя очень внимательно.

— Это был другой дядя! Я не знаю, как его зовут… И Русалочка! Да! Он играл с Русалочкой!

После такой информации с моей души будто свалилась огромная глыба.

Всё встало на свои места.

Я погорячилась. Не стоило устраивать скандал, не разобравшись как следует.

У Оли, оказывается, появился мужчина. О котором она не успела рассказать. А Маша перепутала, утверждая, что видела Диму с другой женщиной. Значит, муж сказал правду!

Как же глупо вышло! Я не так все поняла, а Дима вообще сразу бить морду брату полез, не разобравшись...

Дядя. Русалочка…

Весь этот кошмар — из-за какой-то детской путаницы?

Вспоминаю с какой яростью Дима дрался с братом... Я почувствовала его боль — он думал, что я... изменила.

Это слово — как яд.

Набираю номер Оли. Голос подрагивает — стараюсь контролировать. В последний раз мы виделись позавчера — Оля была замотана. Схватила Богдана, и быстро уехала, ссылаясь на то, что она куда-то спешит. Мол, позже поболтаем.

В сеть практически не заходила. Ну я сразу поняла, её бурный роман с Валерием в самом разгаре. Хотелось искренне порадоваться за подругу, вот только пока настроение было на нуле.

— Оль, привет! Ты где?

В динамике слышу вздохи и возню. Какие-то помехи.

Кажется, я опять не вовремя.

— А? Тут! Что случилось? Прости, мы в дороге! Решили устроить небольшой уикенд — выехали за город. Тут связь очень плохая.

— Ясно. Оль, Дима пропал! Совсем. Ты что-нибудь знаешь?

Подруга медленно выдыхает:

— Да ты что! Вер, мне вообще сейчас не до этого! Давай я завтра-послезавтра тебя наберу, и всё подробно расскажу! — хихикает она.

— Пожалуйста, если вдруг что-то узнаешь о Диме, сообщи! Мы просто повздорили и поссорились… Одна неприятная ситуация случилась, которую он не так понял.

— Обязательно! — Оля резко меня перебила, не дав договорить. — Верунь, всё будет хорошо! Объявится твой благоверный, никуда не денется. А вообще, мужики — они такие. Иногда просто... им нужно побыть одним.

— Второй день его нет дома! — я срываюсь. — Он не отвечает на звонки, даже не пишет!

— Дай ему время, — её голос слишком спокоен. Слишком…. — Может, просто у друга какого-нибудь зависает.

Всегда хочется верить в лучшее…

Оля отключается, я сижу молча минут пять, глядя в одну точку.

Веселый праздник вышел, ничего не скажешь.

Как там Алекс? Звонить или нет? Долго не решаюсь. Стыдно. Неловко. Щёки заливает румянец, когда я вспоминаю наш задушевный, пьяный разговор. А потом содранные костяшки Алекса, запачканная кровью рубашка Димы. Чёрт, возьми! Что я ему там наговорила… Жаловалась на жизнь, как последняя плакса! Даже не думала, что от пары глотков виски меня так понесёт.

Волнение за мужа всё-таки пересилило моё смущение, и я набрала номер брата мужа.

Считаю гудки… Стараюсь взять себя в руки, потому что в памяти против моей воли всплывают картинки того момента на берегу.

Его обнаженный торс, по которому стекают капельки воды. Его горячие пальцы на моей коже. И его проникновенный, понимающий всё, взгляд, от которого в душе становилось легко и спокойно.

А ведь до этого я считала Алекса тщеславным выскочкой, который меня раздражал. Но я и подумать не могла, что за этой маской, скрывается такая глубокая личность.

— Да, Вер… Внезапно раздаётся его глубокий, низкий голос и я забываю, что хотела сказать.

— Вера…

— Я… Да, это я. — Вдыхаю поглубже. — К-как ты?

Я не вижу его, но почему-то уверена, несмотря ни на что, сейчас уголки его губ слегка приподнимаются в той самой фирменной улыбке.

В этом и есть весь Алекс. В любой ситуации улыбчив, с горящими глазами.

Или это только со мной?

— В порядке! Да что со мной будет? А ты…

— Димы уже второй день нет дома... Ты ничего не знаешь?

— Не знаю, — отрезает он. — И мне не интересно, где этот придурок шляется.

Вдруг связь обрывается и слышатся гудки.

Я расстроенно закрываю глаза и кусаю уже и без того искусанные губы.

Какой крошечный был момент между мной и Алексом — но этот момент способен разрушить всё.

Паника нарастает — медленно, как прилив. Сначала лёгкое покалывание где-то под рёбрами, потом — волна за волной. Начинаю лихорадочно писать сообщения:

«Между нами ничего не было! Алекс напился и просто рядом лежал. Ты не прав!»

«Дим, пожалуйста, ответь!»

Каждое сообщение — как записка в бутылке, брошенная в океан без надежды получить ответ…

На третий день я уже отчаялась, когда вдруг услышала звук ключа в замке.

Резко подскочила.

На пороге стоял Дмитрий с огромным букетом лилей. Лицо всё в синяках. Они уже поменяли цвет. Стали больше и выразительней.

Молча подхожу к нему.

— Прости, — говорит тихо, склонив голову, и протягивает цветы. — Я был идиотом.

Притягивает меня к себе.

Цветы падают на пол. Его руки обнимают меня — крепко, ненасытно. И я чувствую его дыхание — горячее, знакомое. Его поцелуй — это извинение, страсть, прощение. Всё в одном.

— Я люблю тебя, — шепчет он. — Больше никогда...