Глава 101

А дел на фирме накопилось немерено. Свободная экономическая зона в нашем регионе дала возможность многим развивать свой бизнес, поэтому востребованность в мебели, особенно в офисной, возросла.

Нужно было проконтролировать новую линию модной мебели: модульные гостинки и шкафы-купе. Меня не устраивало качество металла для основы новых офисных кресел на заказ в одну из крупных компаний нашего города. Такой заказ терять было нельзя, а если качество материала не будет отвечать заявленному, можем потерять лицо фирмы. А это чревато потерей новых клиентов, потому как у нас сарафанное радио работает лучше чем новостной канал.

А если добавить сюда несколько открывшихся салонов мебели в районных центрах (у меня по-прежнему язык не поворачивается называть их магазинами, это моя матушка иногда магнит и пятерочку так называет, а я никак не мог, понимаю, каждое поколение создает свой нарратив, так уж все устроено, но не мог, сплошные отцы и дети), то я крутился почти как белочка в колесе из областного зоопарка.

Усталость не позволила мне страдать, но я не забывал мою Люсю. Заглядывал иногда на борщ и беленькую к Беловым, будто магнитом меня тянуло. Разговаривали, сидя за кухонным столом, с Петром Васильевичем о жизни. Нина Павловна, оказывается, золотой человек, а я ее сначала сансевьерой прозвал: стоит в моем кабинете цветок такой комнатный. Его еще «тещин язык» в народе называют. Длинные узкие листья торчат копьями. Лена их очень любит. Говорит, что они неприхотливые, поливай себе, да поливай. А вот же ж. Не зря говорят, что теща друг человека.

Люся обещала приехать домой на новогодние и рождественские праздники. Вот тут я и собирался ее подловить и к стеночке прижать. Тем более, Нина Павловна мне шепнула, что никого у Людмилы нет, некогда ей шашни водить, работа, работа и еще раз работа.

Так я ж сам такой. На какую бабу ни гляну. Не оно. Не мое.

Значит, что? Нужно искать компромиссы и подходы. И возвращать свое. Но если и сейчас ничего не выйдет, то уже точно плюну. Надоело. Буду жить бобылем и гонять лысого.

«Ухайдокаешь свою жизнь работой», — ворчат отец с матерью. Понимаю, им уже внуков понянчить хочется.

Будут вам внуки, будут.

А пока я накапливаю материальные блага для будущей семьи. Кстати, участок уже выбрал и купил. Там уже коммуникации начали тянуть.

Сижу в кабинете, с документами работаю. Сашка отчеты свел, прислал на сверку.

— Михаил Павлович, подпишете? — в кабинет заглядывает Юра. Стоит в дверях, ждет моего разрешения.

Я с ним после тех событий через зубы разговариваю. Простите, ребята, но теперь никакого панибратства на рабочем месте не приемлю. Хлебнул.

— Давай, — протягиваю руку, — что у тебя там?

— Еще пару комплектов просят для салона, на заказ. — Он подходит к столу и кладет бумаги на стол.

Мельком смотрю на заявку. Ух, ты, знакомый городок.

— Онлайн? — Двигаю листы к себе. Начинаю читать. А то подмахнешь вот так незнамо что и будешь потом всю жизнь должен. Жду ответ от работника. Молчит Юра.

Поднимаю голову, прищуриваюсь. По его выражению понимаю сам.

— Сами снова приехали?

Вздыхает.

— Да.

— Юля одна или обе?

Снова вздыхает.

— Обе.

Говорит и смотрит умоляюще. Понимаю его, у него с Юлей, вроде, дело к свадьбе идет. Девчонка причем, что у нее сестра дрянь конченая? Но я вспоминаю Люсины глаза на том видео и желание жалеть чьи-то отношения пропадает напрочь. Во мне просыпается эгоист. Я, значит, из-за их интриг потерял, можно сказать, любовь всей моей жизни, а они будут счастьем своим упиваться? Я решительно встаю из-за стола и иду из кабинета. Следом шагает Юра и тихо говорит мне что-то про высокопоставленного покровителя у Али, он там в областном правительстве какая-то шишка. Значит, я изначально прав был: насосала на магазин.

Выхожу в коридор и вижу обеих сестер. Юля кивает, приветствуя, Аля смотрит вызывающе, ресницы-опахала лишь туда-сюда. Но вижу напряжение во взгляде. Чует кошка чье мясо съела. А Юрка, ну молодчик, огибает меня, подходит к Юле и закрывает ее собой. Ишь, ты, защитничек выискался. Да не дрейфь, не трону я твою кохану. Мне вот эта стервь нужна, что жизнь мою почти сломала. Аля недовольно кривится, в глазах ни капли сожаления.

Я киваю на открытую дверь в свой кабинет и молча приглашаю Алю. Она проходит походкой от бедра. Королева, блт, ага, бензоколонки!

Я захожу следом и закрываю дверь. Ей небрежно указываю на стул, сам сажусь за рабочий стол.

Она молчит, выжидает. Минуту сражаемся взглядами. Нахер. Я с ней тут что, в гляделки собираюсь играть? Нахер.

— Ну и зачем ты это сделала? — кручу в руках паркер, глядя на эту… дамочку.