Глава 32

— Ну что, Демьян? Как вопрос решать будем? – выступил Марат.

— Решать? – недобро усмехнулся Демьян.

Взглядом при этом меня сверлит. Злым, изучающим. И застывшим.

— Именно. На нашу территорию влез. Ладно бы по мелочи, – Марат дернул плечом. — Мы бы глаза закрыли, но ты в оружие полез. Поставки, перегонка. Каналы сбыта и транспортировка.

— И?

— Территория наша. Разрешение спросил? – набычился Марат.

Демьян, наконец, отвел от меня взгляд. Расслабился, на его губах улыбка мелькнула – мальчишеская и бесшабашная. А сам он сейчас – воплощение снисходительности.

— Еще я у тебя и у этой принцесски буду просить что-то. Не пойти ли вам нахер? Территория, блть. Если нравится думать, что город под вами ходит – думайте, но большим дядям работать не мешайте.

— То есть, не хочешь по-хорошему?

— То есть, тебе так понравилось играть в куклы, да, Марат, – Демьян кивнул в мою сторону, и я вспыхнула – он же меня куклой назвал, в которую Марат «играет», — и ты решил ей пыль в глаза пустить? То, что я некоторое время отсутствовал не означает что я хватку потерял. И это не значит, что я вдруг пойду по вашим кабинетикам и стану просить разрешить мне перегонять товары. Как и хранить их на складах. На вашей территории, – скривил Демьян губы в усмешке.

И снова на меня взглянул. Как выстрелил. И слова, и взгляд этот ясно дали и мне, и всем остальным понять, что мы для него – мелочь. Нечто несущественное.

— То есть, ты отказываешься даже платить за то, что в обход нас занимаешься транспортировкой? – вступила я в беседу.

Марат напрягся, как и все остальные.

Как и я сама.

Сейчас Демьян снова выплюнет что-то оскорбительное, обзовет меня куклой. Даст понять, что не воспринимает ни меня, ни моих людей всерьез.

И мне придется действовать жестко. Отдать приказ. Чтобы меня не убрали свои же люди. В этом мире не терпят унижений, тем более в открытую.

… Акелла промахнулся.

— Платить?

— Да, Демьян. На первый раз, – я поперхнулась от накатившей тошноты, покачнулась, и Демьян дернулся. Подорвался.

Но я уже пришла в себя. Волнуюсь страшно, но лицо держать нужно.

— На первый раз, – повторила я, — мы можем договориться. Понимаю, передел власти, ты привык работать с моим отцом. И меня не воспринимаешь. Но сделать это придется – принять то, что вместо Руслана Коваля теперь стоит Алина Коваль. Чтобы не воевать, ты обязан спрашивать меня, действуя в моем городе. Мы ведь можем просто захватить оружие, ты в курсе?

Демьян даже не ответил, лишь взглядом порезал.

В курсе он. Подготовился, обезопасился. Интересно, если мои люди решатся на захват складов, их убьют сразу, или на это понадобится некоторое время?

— Однако, как я уже сказала, мы можем договориться о денежной компенсации. На первый раз.

— Штраф, значит? – спросил Демьян.

Мне кажется, или в его глазах сейчас тревога. За себя или за меня?

А меня уже откровенно мутит. Только бы прямо здесь не вывернуло, Боже! Только не здесь, не при всех этих людях!

— Да. Штраф.

Сказала, и выдохнула. Демьян поднимет меня на смех. Откажется платить, откажется договариваться. Пошлет при всех, и это будет конец.

Я на мгновение закрыла глаза, чтобы справиться с дурнотой, накатывающей волнами. Сейчас просто в обморок грохнусь.

Соберись, Алина. Соберись, мать твою!

— Ладно, готов обговорить это. В более дружелюбной обстановке, – вдруг произнес Демьян, и я открыла глаза.

Что? Он серьезно?

Кажется, Марат тоже не поверил, судя по его выражению лица.

— Можешь прийти на аукцион.

— Сегодня, да? – уточнил Демьян, и Марат кивнул. — Приду. Там и обсудим. Возможный размер штрафа.

Демьян развернулся, и ушел.

А следом двинулись и мы.

— Уверен был, что придется стрелять, – недовольно прошипел Марат.

— Разочарован, что не пришлось?

Марат просверлил меня глазами, и не ответил.

Иногда мужчины – те еще идиоты. Любят кровь, любят бойню. Но где-то в мире есть и нормальные мужчины, обычные. Хипстеры в укороченных джинсах, айтишники, добирающиеся на работу на электросамокатах. Обычные люди.

Просто меня окружают другие мужчины. И жизнь у меня совсем другая, нежели у других.

— На переговорах я буду рядом. Хотя, Демьян мог бы обсудить все здесь, – процедил Марат, когда мы сели в машину. — Он переоденется, и явится на аукцион. Нам тоже нужно приготовиться.

Аукцион живого товара. И Демьян не стал уточнять – что за мероприятие, где и во сколько. Для него это словно… привычно.

Интересно, он покупал кого-то из девушек?

Я выдохнула сквозь стиснутые зубы, одуряющая злость волной по телу прошлась. Конечно же, Демьян участвовал в подобном. И покупал. И имел их.

— Платье надень, и макияж нанеси, – бросил Марат на прощание. — Аукцион скоро начнется.

В темноте подъехали к казино, и когда я собиралась выйти из машины – Марат удержал меня за руку.

— Волнуешься? – спросил, развернувшись ко мне. — Все будет хорошо.

— Неужели? – вскинула бровь. Он чуть склонил голову, и наши лица на одном уровне. Сидит близко, и до меня долетает запах его парфюма.

Подташнивает.

Он молчит.

— Марат, я устала, – высвободила руку и распахнула дверь, выбралась на улицу.

Снег скрипит под ногами, впереди светятся окна казино, напротив крыльца десятки машин, в “Джентльмен Джек” сегодня будет вакханалия.

Оргия и разгул.

— Алина, ты забываешь, что я тебе не враг, – Марат догнал меня уже в холле, когда я передавала гардеробщице шубу. — Сегодня у тебя был тяжелый день, – он рывком стянул с себя куртку. — Надо расслабиться.

Ощутила его руку на своей шее, и отшатнулась, ладонью накрыла пластырь.

— Болит? – спросил он, проникновенно заглядывая мне в глаза. — До сих пор себя виноватым чувствую.

— Так ты и виноват, – хмыкнула и двинулась к распахнутым дверям зала. — Наверное, мне нужен приличный начальник охраны. И…

— Ну я тебя прошу, – он нагнал меня, рукой обвил талию. — Не начинай. Просто давай выпьем. Расслабься. Отпусти себя.

Прекрасный девиз, вот только место неподходящее. И компания тоже.

В зале темно, лишь отдельные лампы ярким полукругом освещают сцену в углу. Там ведущий – мужчина в смокинге и с черной маской на глазах, он голосит в микрофон.

А вокруг гости. В черных плащах, как Зорро. Спасители. Благотворители. Готовые кучу денег пожертвовать за красоту и любовь на одну ночь.

— Туда, – Марат подвел меня к столику в вип–зоне, за которым Демьян сидел в тот вечер. Когда я его выставила из казино.

— Что вам принести, Алина Руслановна? – он надавил на мои плечи, усадил на диван. — Шампанское? Слышала что-нибудь о традициях пить игристое? Это полезно.

– Давай минералки. Она тоже с пузырьками, – улыбнулась, и замерла, когда в дверях зала показался Демьян.

Его фигура четко обозначилась в полосе света из холла, а возле него нимфа в белом коротком платье. Она накинула ему на плечи плащ и протянула маску.

Демьян надвинул маску на глаза и шагнул в зал. Посмотрел по сторонам.

Неловко взмахнула рукой, показывая, где я, внутренне затрепетала, когда он, немедля, пошел ко мне.

— Зачем надо было уезжать со склада? – привстала на диване, встречая его, — если ты сразу за нами приехал. Ради аукциона? И как часто ты в них участвовал?

— Я тебя поражаюсь, Коваль, – он уселся напротив и к нему тут же бросилась нимфа-официантка с подносом. Он с улыбкой взял бокал. — Работаешь в этом притоне. И моим моральным обликом недовольна.

— Ты ругаться пришел?

— Нет. У меня полно денег. И я пришел их тратить, – он отпил шампанского и поправил маску на глазах.

Недоверчиво уставилась на него.

О чем он говорит? Он ведь не будет…

— Забыл, как тебя уже один раз отсюда выставили? – не удержавшись, подалась вперед, к нему.

— Алин, ты знаешь, чего я хочу, – он тоже наклонился. Крохотный столик, разделяющий нас, и все. — У меня никого нет, – напомнил он, и в его черных глазах блеснули ламы, так гипнотически, как звезды в космосе. — Есть только ты. Женщина, которая убить меня пыталась.

— Ты же знаешь, Демьян.

— Не перебивай, – он придвинулся еще ближе, широко расставив руки оперся на стол. — Мы с тобой всё потеряли. И если что-то с моим ребенком случится – я тебя застрелю.

Его тон спокойный, размеренный. Взгляд потяжелел, стал жестким. Он не шутит, и это не эмоции, он уверен, ведь позади и, правда, больше нет ничего, разрушенные мосты.

— По-твоему, мне плевать, что будет с ребенком? – оскорбилась, как он может такое мне говорить, я ведь уже люблю этого малыша, их обоих.

— По-моему, да, плевать, – подтвердил он, поднял бокал и приблизил к моим губам. — Выпьешь, Коваль? За здоровье.

— Что ты делаешь, – в раздражении отбросила его руку, расплескав по столу Абрау-Дюрсо.

Тяжело выдохнула и откинулась на диване.

— Демьян, приехал уже? – прозвучал над головой голос Марата, он поставил передо мной высокий стакан с минералкой и уселся рядом. Настороженно огляделся. — Ты один?

— Мне не нужно войско, чтобы справиться с женщиной, – Демьян усмехнулся и развалился на диване, заинтересованным взглядом проводил очередную нимфу и залпом допил шампанское. — Аукцион начался, – он поднялся. — Пойду поближе к сцене.

Вскочила на ноги после такого заявления, отмахнулась от Марата и следом за Демьяном шагнула в топлу в черных плащах.

Как стая воронов.

И он так быстро смешался с ними, что я не сразу заметила его, лишь когда ведущий со сцены выкрикнул, что разыгрывается лот номер раз – один из гостей захлопал первым.

— Ты про оружие говорить пришел или на баб пялиться? – не смогла громкость отрегулировать, так разозлилась, со всей силы дернула его за рукав, и он повернулся.

— Ты помнишь мои условия, – он схватил меня в ответ, дернул на себя. Рукой невольно скользнула по его талии, и тяжело сглотнула.

Какой крепкий, теплый, красивый, такой настоящий, родной и недоступный, я в его мир попала, в его бизнес, но оказалась по другую сторону, и между нами забор теперь, стена, высотой до неба.

Встала на носочки и шепнула.

— А что будет, если я сделаю, как ты хочешь?

Он услышал, нерв дрогнул на скуле.

Он наклонился, и мы оказались еще ближе. Лицо в миллиметре от моего, он провел носом по моей щеке и шумно втянул воздух, запах, его руки сжали бедра.

— Не знаю, что будет, Коваль. Посмотрим.

— То есть ты мне даже точного ответа дать не можешь? – отстранилась. — Что ты предлагаешь? На авось надеяться?

— Я предлагаю думать о ребенке.

— А я что делаю, Демьян, – вырвалась, и внутри с прежней силой вспыхнула злость, запустила пальцы в волосы, отбрасывая их с лица. — Я человека убила, и без помощи не выжила бы, у меня обязательства, я уйти не могу. А ты что мне говоришь? Посмотрим?

— Орать перестань.

— Нет.

— Тогда иди спать, Алина, – спокойно послал он меня, — сейчас я тебе ничего обещать не могу.

И я толкнула, ладонями в крепкую грудь, развернулась.

Работая локтями, распихивая гостей, пробралась к выходу.

Конечно, он не может. Я же предательница. С которой сексом заниматься можно, а простить нельзя, тут он подумает.

И как я должна такому человеку довериться? А если я уйду из бизнеса, а Демьян у меня потом ребенка заберет и вышвырнет?

Мне ведь никто не поможет.

Поднялась наверх, остановилась на площадке и прислонилась к перилам. Мутит, и перед глазами пол качается, я как на палубе в шторм.

Не доеду домой.

— Ты как? – послышался голос Марата, и на талию опустилась его рука, — о, кому-то плохо. Выпила все же? – он привлек к себе, повел в коридор. — Давай приляжем.

— Сейчас пройдет, – мысленно начала считать до десяти, рукой слабо махнула в воздухе, в поисках стены.

Марат вдруг остановился, и пол покачнулся снова. Он поднял меня на руки, и я зажала рот рукой, чтобы не выплюнуть на него минералку, что уже подобралась к горлу.

Он открыл номер, один из тех, в которых гости развлекаются, и я даже возразить не успела, как за спиной хлопнула дверь, Марат пересек комнату и швырнул меня на кровать.

— Сейчас пройдет, Алина, ты права. Я тебя вылечу, – сказал он.

И стянул пиджак.