Глава 27

Лада тоже не спала и волновалась. Она встретила меня, едва я вошёл в холл. Пока мы живём в доме отца, но уже ищем вариант собственного дома. Планировали покупать его ещё до свадьбы.

Впрочем, родители приехали домой и тоже не пошли спать – какой тут сон после таких событий. В этом доме спал только младший брат, который не знал, что произошло. Никита, получается, Оле дядя…

– Что случилось? – спросила Наташа меня.

Её день рождения закончился не очень хорошо, на её лице отражалась тревога за ребёнка.

– Нашли клеща, – вздохнул я, снимая пиджак и отдавая его Ладе. – Он оказался ядовитым. Пошла интоксикация. Насекомое отправят в лабораторию. Сейчас ей очищают организм, но девочку лихорадит от высокой температуры и в сознание она приходит ненадолго, потом опять уходит. Будем надеяться, что всё обойдётся. Врачи с ней, она в палате интенсивной терапии.

– Боже мой, – приложила ладонь к губам Наташа, а хмурый отец крепко стиснул её плечо в знак поддержки.

Я окинул взглядом папу и его жену.

Они знали, что Оля – моя дочь.

Знали – и не сказали?

Почему?

Но задавать им вопросы при Ладе я не решился, пока я не готов с ней говорить об этом. По-крайней мере, сегодня. Завтра в офисе спрошу с отца. Что ещё за такие подковровые игры за моей спиной? Все, кажется, знали, что Катя родила от меня ребёнка, кроме меня! Ну и Лада ещё не знала.

– Сейчас всем стоит лечь спать, – сказал я. – Мы ничем не поможем сейчас. Завтра перед работой я заеду туда ещё раз, Катя просила её отвезти туда. Поговорю с врачом, и если что-то прояснится скажу и вам.

– Да, конечно, – ответил Пётр. – Главное, что врачи за ней наблюдают.

– Да, обязательно. Извините, но я просто валюсь с ног.

Я пошёл наверх, в спальню, в самом деле ощущая дикую усталость. Хотелось в душ и лечь спать, а завтра снова в бой, и в первую очередь стоит выяснить насчет Оли. Я и сам очень волновался за судьбу малышки. Моя она или не моя, а ребёнка жаль.

Хотя я почему-то абсолютно уверен, что Олечка моя, Катя не лгала.

Ребёнок Котёнка.

Мой ребёнок.

Мой ребёнок от Котёнка.

Той, о которой я так мечтал… Когда-то.

А потом так же сильно ненавидел.

Не мог забыть.

Просто невероятно…

Вышел из душа и направился прямиком в кровать. Спать осталось часа четыре, не больше. Лада сидела в кресле у окна и провожала меня взглядом.

– Ты спать идешь? – спросил я у неё, расстилая постель и укладываясь под одеяло. – Или так и будешь сидеть в полутьме.

– Она и есть та девушка, которую ты так любил? – спросила она меня.

Я шумно втянул воздуха в легкие и выдохнул. Когда мы познакомились с Ладой, я всё ещё болел Рыжей, и имел недальновидность рассказать ей об этом в один из вечеров. Мы встретились на работе, и так как оба были из России, быстро подружились и долгое время были просто хорошими друзьями. Лада просила у меня шанс стать мне больше чем другом, но я никак не мог отпустить свою нелепую любовь. Я ощущал от неё искреннюю симпатию, делился с ней личным. Со временем я остыл к рыжей стерве, и однажды мы проснулись с Ладой в одной постели.

Я не думал, что мы настанет день, когда пересечёмся все вместе. Лада знала, что я сильно любил некую рыжую Катю, но был предан ею. Несложно было догадаться в свете последних событий, кто такая эта Катя…

– Лада, – обратился я к ней. – Я понимаю, что ты хочешь поговорить и всё выяснить. Но давай, пожалуйста, отложим разговоры на завтра. Я чертовски устал, а мне вставать раньше обычного и ещё работать завтра целый день. Завтра мы с тобой всё обсудим, хорошо?

– Это она или нет? – не унималась девушка.

– Она, – не стал я лгать. Не от меня, так от кого-то другого всё равно узнает. Толку от вранья не будет… Шила в мешке теперь уже не утаить.

– Это её ты так любил, что меня никак не мог принять, – сказала она горько и смахнула слёзы с щек. – Это с её присутствием с нами третьей я боролась столько времени.

– Мы же говорили с тобой об этом, – сел я в кровати. – Что ты не будешь корить меня за это. Не мог забыть, и ты сама знаешь как мне было тяжело. За что ты винишь меня сейчас? За моё прошлое? Сейчас же я с тобой. Значит, свой выбор я сделал. Я не хочу любить призраков прошлого. Мне нужна настоящая любовь, семья, дети.

– А дочь она родила от тебя? – задала новый вопрос Лада и словно нанесла мне удар под дых. Я не готов был говорить об этом… Но мне придётся отвечать перед ней, раз уж мы собираемся стать семьёй и развеять её сомнения. – Девочке как раз пять лет почти. Тогда ты уехал из России.

Я подумал немного, и решил не лгать и в этом вопросе. Всё равно придётся говорить ей, вон, родители уже в курсе судя по всему чья Оля дочь.

– Возможно, – ответил я. – Катя сегодня сказала мне, что да. Но мы сделаем тест-ДНК, и по нему точно будет ясно так ли это. Но да – Оля может быть моей дочерью.

Лада закрыла лицо руками и заплакала.

Я чертыхнулся и встал с кровати. Дошёл до кресла и сел возле неё. Убрал руки от её лица и посмотрел в её глаза.

– Ну и чего ты рыдаешь, дурочка? И что из этого, даже если Оля моя? Жить она будет с Катей. А мы с тобой и своих родим. Всё будет хорошо. Ты же знала, что у меня было прошлое. Так бывает.

Лада молча продолжала заливаться слезами. Ей больно, я прекрасно это понимал.

Поднял её с кресла и прижал к себе.

– Не плачь. Я же никуда не денусь от тебя вне зависимости от этой новости. Просто буду помогать её матери, конечно. Но женюсь же я на тебе. Пойдём спать, глупыш. Времени уже много.

– Я люблю тебя, Ром… – прошептала она мне, прижимаясь крепче.

– И я тебя.

– А её?

– Лада, – отстранился я от нее. – С ума сошла? Я же только что сказал, что люблю тебя, а Катя… Да, я любил её, сильно любил, но это в прошлом. Не ревнуй меня к прошлому и тем более к ребёнку.

– Её сильнее любил, чем меня?

– Не знаю, – хмыкнул я. – К чему эти сравнения. Любил её, теперь люблю тебя, что ещё?

– Извини…

– Спать, – скомандовал я и потянул её в кровать.

Спустя пять минут меня уже вырубило, хотя сквозь сон я слышал всхлипы Лады. Её мои ответы совсем не успокоили и не убедили…