Глава 69

– Я… думаю, стоит попробовать, – ответила я, сама не ожидая, что точно скажу. Говорила не я, а моё сердце.

– Ты серьёзно, Котёнок? – переполошился Рома и ухватил меня за руки. Искал в глазах подтверждение моим словам, словно я могла бы начать смеяться над ним и отказать, сказав, что пошутила. Но я не шутила… – Ты говоришь мне «да»?

– Я не могу без тебя, Ромка… – почти прошептала я ту фразу, которую шептала ему ночами много раз, которую он любил, и которую, как оказалось он помнит. Всё помнит… Как и я. Кого мы хотели обмануть? Мы не можем друг без друга.

Он тут же притянул меня к себе.

– Катя, – выдохнул он мне в губы. – Не могу поверить…

– Я тоже.

Он обхватил моё лицо своими горячими большими ладонями и приник к губам.

Нет, он не целовал их – пил, ел, пытался съесть. А я отвечала ему, отвечала душой и телом.

– Прости меня, котёнок, прости… – шептал он как сумасшедший, целуя мои брови, ресницы, нос, подбородок… Каждый миллиметр моего лица, шеи…

– Ты прощён. Говнюк…

Рома глянул на меня острым взглядом.

– Ладно, заслужил…

Он стал настырно толкать меня в сторону кровати, а когда мы дошли до неё, то толкнул меня на матрас, и я упала. Роман навалился сверху и целовал меня, ловко освобождая и себя и меня от одежды.

– М-м… – стонала я и выгибалась ему навстречу, когда он снова и снова ласкал меня, гулял губами по моему телу, не спрашивая разрешения, вторгаясь жаркой плотью во все мои самые нежные и чувственные места…

– Котёнок… – шептал он, дыхание его сбивалось и смешивалось со стонами удовольствия от ощущения его во мне, что мы одно целое, от этих приятных волн и накатывающего чувства скорого взрыва внизу живота. – Я тебя люблю. Как я тебя люблю… Просто не могу без тебя. Моя…

– М-м… – издала я новый стон и выгнулась навстречу ему, потому что Роман сжал мои бедра крепче и с новой силой и яростью отдался чувствам и самым порочным желаниям, которые этой ночью мы удовлетворили много, очень много раз…

– Котёна моя, – всё гладил и гладил он меня по лицу с испариной после очень активного выражения нашей любви друг к другу. – Я тебя люблю, слышишь?

Мы без одежды на мятых простынях, так близко друг к другу, что кажется, скоро переплетёмся корнями… Рома ласкает моё лицо, пока по моей ноге стекает горячая вязкая жидкость…

– Я тоже… – тихо отозвалась я.

– Если ты скажешь, что мне не показались слова любви от тебя – я умру на месте, – сжал он снова меня в объятиях и уставился мне в глаза.

– Я люблю тебя. Дурак!

Рома закатил глаза, шмякнулся на спину, высунув язык.

– Ром, – вроде как возмутилась глупой шутке я, а у самой смех так и рвался наружу. – Несмешно. Вставай.

Рома захрипел.

– Да прекрати! Ты похож на дохлую гиену! А я Питерскому позволила себя… А не гиене.

– Ну ладно! – резко вскочил он и снова на меня нателет, подмяв меня под себя своей влюблённой тушей. – Сама меня призвала… Ну-ка…

Его ладонь прошла по моему колену и отвела его в сторону.

– Ах… – я шумно втянула воздуха, ощутив его ласку.

Эта пытка была такой сладкой, что напряжение внизу живота снова очень быстро собралось, я искала освобождения и облегчения, все больше открываясь его рукам…

Но Рома словно нарочно играл со мной как кот с мышью, и только я подходила к пику, как он ослаблял натиск…

– Пожалуйста… – шептала я, вцепившись пальцами в его плечи. – Не дразни… Пожалуйста…

– Выйдешь за меня? – вдруг спросил он.

– Что? – в полуобморочном состоянии спросила я.

– Скажи, Рыжая, что станешь моей женой, и я дам тебе то, что ты хочешь…

И он увеличил натиск…

– Да! – почти закричала я. – Да!

– Согласна, значит? – Натиск стал совсем невыносим, и мне не хватало всего чуть-чуть, чтобы рассыпаться искрами. Но Рома это умело контролировал…

– Да! Согласна… – выдохнула я и меня тут же пронзила сладкая судорога…

* * *

– Дату свадьбы выберем завтра же, – сказал он, поглаживая мои волосы.

Я лежала на его груди. За окном светало.

– Завтра уже наступило, – вяло ответила я.

Очень устала. Ничего себе марафон… Придётся привыкать к его темпераменту снова.

– А, ну ещё лучше – сегодня.

– Ты вынудил меня согласиться, – посмотрела я в его глаза. – Так нечестно было.

– Ты против? – нагло спросил он. – Или кольца не хватает? Я куплю. Классное. Лучше чем… Э-э… Короче, самое лучшее.

Он чуть не упомянул имя Виктора. Но все же проскочил этот момент, за что я ему благодарна.

Мы уснули незаметно для себя, в обнимку.

Звонок телефона Романа нарушил тишину комнаты и разбудил нас.

– О Господи, – подпрыгнула я. – Шесть утра… Кто там тебе додумался звонить в такое время?

– Отец, – побледнел Роман, глянув на экран мобильного телефона.

– Оля, – теперь побледнела и я, уловив беспокойство и в глазах Ромы.

– Да, – принял он вызов и поставил звонок на громкую связь.

– Рома, разбудил? – говорил Пётр Сергеевич. – Это срочно.

– Что случилось? – спросил он. – С Олей что-то?

– Нет, Оля спит, всё хорошо, – ответил Пётр, и я осела в кровати. Боже, как же я испугалась! Но то, что я услышала потом снова превратило меня в безмолвную статую, из которой в один миг вышибло всё разом: душу, чувства, сердце. Осталась лишь острая как нож боль, солёная на вкус как металл или кровь, и пустота. – Лада. Звонили её родители. Она попала в аварию. Её переломало. Она жива, сейчас в клинике. И она…беременна. Говорит, что от тебя.