Глава 23. Почему?..

Милфорд, штат Коннектикут, два года назад

Вторые летние каникулы

Исабель

Нервно сжимаю руль. Маркус бросает на меня внимательные взгляды и время от времени напоминает о скоростном режиме. Я сбавляю скорость. Правда, почти сразу вновь ускоряюсь, поглощённая собственными мыслями.

Мы едем в Милфорд. Год спустя после того, как я бежала оттуда в разгар каникул.

Маркус приехал в колледж через месяц. Мы снова стали хорошими друзьями, словно между нами ничего и не было. Можно сказать, что действительно не было, потому что дальше поцелуев мы не зашли. А теперь он, к счастью, не настаивает на отношениях, невзирая на то, что сказал ему год назад Киран.

«Лучше ты, чем кто-то другой…»

Эти слова так врезались в память, что их невозможно вытравить.

Киран не смог быть со мной. Тест на отцовство подтвердился, и хорошо, что я узнала об этом, находясь в Нью-Хейвене, а не дома. Там было бы в миллион раз больнее.

– Ты правда в порядке? – уже в который раз спрашивает Маркус.

Я смотрю вперёд на дорогу, но последние несколько миль словно ничего не вижу.

– Нет, я не в порядке, – резко вильнув в сторону, останавливаюсь на обочине.

Мимо нас проносятся сигналящие автомобили, которых я сбила с толку своим манёвром. Всё ещё цепляясь за руль, чувствую, как меня начинают душить слёзы. Маркус аккуратно снимает мои руки с руля.

– Исси, всё нормально… Давай я поведу, ладно?

Он разговаривает со мной, как с ребёнком. Ну или как с психом, который в любой момент может выйти из-под контроля. А я и на самом деле чувствую себя и тем, и тем.

Холт обходит машину, распахивает мою дверь и помогает выбраться. Усаживает на пассажирское сиденье. Пристёгивает, с беспокойством заглядывая мне в глаза.

Стараюсь на него не смотреть. Он и так понимает, почему я на взводе и почему плачу. Потому что жизнь буквально искалечила меня за минувший год. А сейчас я еду в эпицентр своих личных страданий и не могу повернуть обратно. С удовольствием осталась бы в колледже, посвятив всё лето юридической практике, но и так не приезжала в Милфорд во время зимних каникул, и это уже неправильно по отношению к родителям. Они ждут моего возвращения.

– Исси, если что, я рядом, – Маркус привлекает к себе внимание, неторопливо поглаживая мои плечи. – Хочешь поговорить обо всём этом?

– Нет, – отвечаю бесцветно и откидываюсь на спинку кресла, закрывая глаза.

Я не стану искать утешения на груди Холта. Несмотря на то, что он всегда был мне хорошим другом, я всё ещё помню слова Кирана. «Лучше ты, чем кто-то другой…»

Не позволю Кирану решать за меня! Он и так всегда это делал! И собирался делать дальше. Только вот уже не имеет права. Потому что у него есть без пяти минут жена. По слухам, их свадьба состоится в середине лета.

Тяжело вздохнув, Маркус садится за руль и плавно трогается. Мы едем дальше, я продолжаю сидеть с закрытыми глазами, но очень скоро у меня начинает кружиться голова. Приходится смотреть на дорогу, а иногда – на Холта.

О том, что Киран станет отцом, мы узнали вместе. Как раз записывались на лекции и о чём-то болтали, когда Шоу позвонил Маркусу. Не мне!

Об этом «радостном» событии нам с Кираном даже не суждено было поговорить. Всё! Наши дороги разошлись навсегда.

Прошёл год, а я так и не могу это принять. Потому что у меня всё-таки есть причина не соглашаться с действительностью.

– Почему он это делает? – выпаливаю со злостью и слезами на глазах, глядя на Маркуса. – Почему так поступает? Он ей больше ничего не должен!

– Не знаю, – говорит парень, но я слышала этот ответ слишком часто.

– А я думаю, ты знаешь! Знаешь причину их женитьбы, но не говоришь мне!

– Нет, Ис, – Маркус немного раздражается. – Я правда не знаю. Но если захочешь, у тебя будет возможность узнать причину из первых рук. Киран же не собирается тебя избегать. Наоборот, он очень рад твоему приезду.

От его слов слёзы начинают бежать по щекам. А частые всхлипывания вырываются уже бесконтрольно.

Киран рад? Правда, что ли? А чему радоваться? Или считает, что с ним, как и с Маркусом, я смогу дружить по-прежнему? Смотря, как он обнимает другую? Как дарит ей поцелуи?

Не смогу! Не смогу, чёрт возьми!

– Маркус, останови машину, – произношу серьёзно.

Он смотрит на меня с недоумением, но всё-таки сбрасывает скорость и тормозит возле обочины.

– Я не могу, – признаюсь ему. – Не могу вернуться туда. Не могу быть с ним в одном городе, когда он собирается жениться на другой.

– Ис…

– Нет! – резко перебиваю Холта. Однако весь гнев резко превращается в истерику. У меня начинают трястись руки и стучать зубы. – Почему он так поступает? – поскуливаю жалобно.

– Я правда не знаю.

Маркус пытается меня обнять, но я, отпрянув к двери, не разрешаю себя трогать. Когда он уже устанет со мной возиться? Когда так же, как и Киран, пошлёт ко всем чертям?

– Я не знаю, Ис, почему он всё-таки на ней женится, – вновь повторяет Холт. – Но у меня есть догадки. А правду мы можем узнать лишь от самого Кирана, если он захочет поделиться. Ты же знаешь, мы с ним уже давно не близки.

– Догадки? – переспрашиваю, потому что услышала только это. – Какие? Скажи мне, какие, потому что у меня нет даже предположений.

– Я думаю – чувство вины, – кивнув самому себе, Холт вновь трогается с места. – Она же потеряла ребёнка на таком позднем сроке… Возможно, Киран успел осознать свою ответственность, привязаться… А теперь не может смириться. Или винит себя за то, что случилось…

– Как он может быть в этом виноват?

– Никак, это просто случилось. Врачи сказали, что всему виной нервы, плохой сон, врождённые проблемы со здоровьем… Да много чего.

– Вот именно. А он всё равно на ней женится, – вновь всхлипываю, растирая слёзы по щекам. – У меня объяснение только одно.

Маркус бросает на меня вопросительный взгляд и молча ждёт ответа. Проглатываю ком в горле и выдыхаю, теряя голос:

– Киран её полюбил…

Хорошо, что Маркус никак не комментирует моё предположение, тем самым позволяя безмолвно выплакаться.

Когда въезжаем в город, я неосознанно сползаю в кресле пониже и втягиваю голову в плечи. Словно каждый прохожий может заглянуть в машину и узнать в этой девушке со страдающим лицом Исабель Васкес.

Брошенку. Девушку из торгового центра, в присутствии которой её парень узнал, что родит ему совсем другая. Идиотку, которая решила, что Киран Шоу на ней остановится.

Очень много постов было на эту тему в Инстаграме и Фейсбуке. Сейчас я уже не помню всех заголовков, да и вспоминать не хочется. Несмотря на то, что наш город чертовски маленький, он оказывается просто огромным, когда речь заходит о сплетнях.

– Чем займёмся вечером? – вклинивается в мои мысли Маркус. – Не сидеть же с родителями… Давай куда-нибудь сходим? Можно прогуляться по пляжу.

– Мне не хочется…

– Брось, Ис… Плевать на всех остальных и на их мнение. Это твой город, и ты вправе находиться здесь.

Только почему мне кажется, что это право у меня давно отняли? Ничего! Ничего меня не связывает с Милфордом. А родители могут навещать меня где угодно. Настанет день, и я никогда сюда не вернусь…

– Ты прав, – бесцветно соглашаюсь я, наверное, для того, чтобы Холт перестал со мной возиться и трястись от моего психологического состояния. – Да… Ладно. Давай погуляем.

Маркус высаживает меня возле дома, помогает затащить багаж, тепло здоровается с моими родителями и на моей машине уезжает к себе. Чтобы вечером на ней вернуться. Моя машина – это гарантия, что я не передумаю и не запрусь дома… на всё время летних каникул…

Тёплый приём родителей. Объятья. Радость встречи… Всё это немного притупляет боль в моей груди. Папа расспрашивает об учёбе, подшучивая, что я пошла по стопам своего деда и решила стать юристом. А мама тщательно избегает разговоров о Шоу. Я обожаю своих родителей!

Около восьми вечера слышу громкий сигнал клаксона с улицы. И если не выйду, Маркус, вероятно, будет сигналить до победного. Салютую родителям, напяливаю на лицо воодушевлённую маску и покидаю дом.

Маркус прав, нужно узнать всё, что меня интересует, из первых рук. Поговорить с Кираном. Хотя бы раз, но мы должны обсудить всё произошедшее. Не могу поверить, что его родители так над ним довлеют. И не верится, что он влюблён в Элисон. Он же говорил, что любит меня. И я поверила!

– Недалеко от яхт-клуба пляжная вечеринка, – сообщает Маркус, как только забираюсь в машину. – Поедем?

Я натянуто улыбаюсь и оживлённо киваю. Холт смотрит на меня озадаченно, но никак не комментирует. Через десять минут мы уже паркуемся недалеко от пляжа и, выбравшись из машины, скидываем обувь. Бросаем её в салон и оглядываемся по сторонам. Огромное количество машин, громкая музыка, толпы парней и девчонок. Ничего нового. Ступаем на песок, и Маркус хватает меня за руку.

– Я в состоянии идти сама, – бросаю, растеряв весь дружелюбный настрой, и тут же осекаюсь. Он со мной возится, а я веду себя как сволочь. – Прости, – шепчу, мягко забрав свою руку. – Просто немного нервничаю.

– Я в норме, Ис, – улыбается Холт. – Ты можешь говорить мне всё, что хочешь. От этого я не облезу.

– Нет, это неправильно, – качаю головой и смотрю на Маркуса с покаянием. – Ты ни в чём не виноват, а получается, что я всё время срываюсь на тебе. Как ты меня терпишь?

– Я думаю, для этого и нужны друзья, верно?

Он заглядывает мне в глаза, и его взгляд явно не только дружеский. В нём обожание. Немного обиды. И полнейшее прощение всем моим поступкам.

Это ужасно…

– Не нужен тебе такой друг, как я, – хмыкнув, пытаюсь перевести наш разговор в шутку.

– Ты права, – отзывается Маркус без тени улыбки, но тут же меняет тему и, указав за мою спину, поспешно говорит: – Пойдём выпьем, там раздают пиво.

Вновь хватает меня за руку и тащит в самую гущу толпы. Не успеваю как-то адекватно отреагировать на его слова и плетусь за ним, низко опустив голову. Неловко здороваюсь с теми, кто всё-таки пытается меня приветствовать. Стараюсь не обращать внимания на шепотки за спиной и откровенный смех. К чёрту этих сплетников! Они ущербны, раз спустя год вспоминают ту историю. Потому что застряли здесь, в этом маленьком городе, и в их собственной жизни ничего не происходит. Маркус прав – это и мой город. Пока… это мой город!

Он оставляет меня ненадолго, когда пытается добыть для нас пиво. Возвращается с двумя банками, и мы уходим в сторону воды. Музыка грохочет так, что друг друга почти не слышно. Двигаемся всё дальше и дальше по берегу, пока вечеринка не остаётся далеко за нашими спинами.

Мне становится легче. В этой части пляжа почти никого нет. Лишь иногда проносятся мимо парочки, пытающиеся сбежать подальше от всех, чтобы уединиться. Но не так, как уединились мы с Маркусом. У них более интимные отношения.

Опускаемся на огромный валун и молча потягиваем пиво, любуясь водной гладью. Несмотря на то, что я не в восторге от Милфорда, залив Лонг-Айленд люблю. Здесь всегда умиротворённо и тихо.

– Ис, – зовёт меня Маркус, и я перевожу на него взгляд. – Что ты решила?

Странным образом чувствую, что он имеет в виду, поэтому отвечаю без раздумий:

– Я поговорю с Кираном. Он же может мне рассказать хотя бы как другу, что произошло. Почему всё так изменилось.

– Хорошо, что нам не нужно в этом году торчать в яхт-клубе, – ухмыляется Маркус. – Действовать друг другу на нервы, и всё такое.

– Да уж, – я тоже улыбаюсь, вмиг почувствовав неловкость от затронутой темы. – Ужасное было время.

Особенно для Маркуса. Ведь я обманывала его.

– Ужасное, – соглашается он. – Честно признаться, я чертовски устал быть третьим лишним и планирую в эти каникулы развлечься по-полной.

– Да? И что ты намерен делать? – толкаю его плечом. – Неужели выйдешь на охоту?

По части соблазнения девчонок Холт хорош. Ему достаточно лишь посмотреть на них своим коронным проникновенным взглядом, и все девчонки оказываются у его ног. Все, кроме меня…

– Да, выйду на охоту, – он лениво потягивается и ухмыляется, поигрывая бровями. – Разобью пару десятков сердец.

Я вновь его толкаю.

– Хватит! Не забывай про женскую солидарность. Мне уже жаль этих девчонок и их сердца.

Маркус подставляет свою банку пива и произносит неожиданный тост:

– За мою охоту и поражение!

Я по инерции прислоняю свою банку к его и вопросительно смотрю на парня.

– Какое поражение?

– Ты, Ис! Ты моё главное поражение. И скольких бы я ни добился, всегда буду побеждённым.

Он говорит это ровным голосом. Без грусти, не стараясь меня задеть, но мне всё же не по себе. Маркус всё ещё влюблён в меня, хотя ни на что уже не рассчитывает. Смирился. Так же, как смирилась я, что мы никогда не будем с Кираном. Наверное, это закономерность любовных треугольников – в итоге все остаются порознь.

Мы допиваем пиво. Не сговариваясь, поднимаемся с камня и медленно бредём по пляжу в поисках урны. Всё ближе и ближе подходим к толпе, и нас вновь окутывает музыка. Лёгкий алкоголь прибавил мне немного настроения, и я даже улыбаюсь, глядя на то, как все дурачатся и танцуют. Кто-то прыгает в воду. Один парень бегает с огромным водяным пистолетом и брызгает во всех подряд.

Маркус выкидывает наши пустые банки и предлагает потанцевать. Не дожидаясь моего согласия, тянет в самую гущу толпы. Вода из пистолета попадает и в нас, и она оказывается чертовски холодной. Я взвизгиваю и тут же смеюсь, потому что вдруг чувствую себя беззаботно. Хотя бы сегодня позволяю себе забыть обо всём на свете. Позволяю лучшему другу позаботиться обо мне. Но пока мы танцуем, я вдруг отчётливо чувствую на себе тяжёлый взгляд.

Игнорирую. Вокруг меня полно людей, поэтому кто угодно может смотреть. Но это липкое ощущение не пропадает, даже когда прекращаю танцевать и отхожу в сторону. Верчу головой, стараясь понять причину этих неприятных ощущений.

– Ис, в чём дело? – Холт возникает рядом.

– Не знаю, мне как-то не по себе, – признаюсь ему, продолжая разглядывать людей. – Словно кто-то смотрит на меня уже около получаса.

– Вон там, – кивает Маркус за мою спину, и я резко оборачиваюсь.

Настроение совсем сходит на нет. Лёгкость, которой пыталась себя наполнить, исчезает бесследно. А в голову возвращается тот единственный беспокоящий меня вопрос: почему?.. Почему он всё ещё с ней?

В десятке ярдов от нас в компании парней и девчонок стоит Киран. А рядом с ним – Элисон. На этой чёртовой вечеринке они вместе…

Маркус в замешательстве. Вновь смотрит на меня, как на душевнобольную, которая в любую секунду может сорваться… Или как на бомбу замедленного действия. И он прав, чёрт возьми…

Я буквально слышу таймер в своей голове, который отсчитывает последние секунды до взрыва.

– Хочешь?.. То есть если ты хочешь, мы можем подойти поздороваться с ним… С ними, – неуверенно предлагает Холт.

– Нет…

– Тогда, может, ещё выпьем?..

– Да, – выдыхаю с благодарностью, наконец отворачиваясь от Кирана.

Но меня словно невидимой силой вновь разворачивает обратно, и наши взгляды встречаются. Его – совершенно нечитаемый…

– Ис, пошли…

Голос Маркуса звучит глухо, как из-под толщи воды. В этот момент рука Элисон ложится на плечо Кирана, а сама девушка встаёт на носочки и что-то ему нашёптывает. И он даже не отстраняется. Не собирается скидывать её руку со своего плеча. Внимательно слушает то, что она говорит, а потом отворачивается от меня, словно резко потерял интерес.

Мне становится дурно. В глазах плывёт, однако в венах закипает гнев. Таймер в моей голове отсчитывает: три, два, один…

Взрыв!

Дёргаюсь в сторону Кирана. Иду к нему размашистым шагом. Под недоумевающими взглядами окружающих встаю перед его носом, даже не взглянув на его невесту.

– Почему?! – выкрикиваю лишь одно слово, которое, как взрывная волна, несётся над океаном.

– Ис… – он тянет ко мне руки, но я отшатываюсь.

– Почему? – теперь я шепчу свой вопрос, потому что голос сорван. – Почему ты с ней? – киваю на Элисон и зажмуриваюсь на секунду, потому что в глазах начинает щипать от слёз.

Я должна чувствовать себя униженной, потому что теперь весь чёртов пляж знает, что я бегаю за знаменитым Кираном Шоу, который собрался жениться на другой. Однако именно сегодня… сейчас мне плевать на это. Я просто должна знать – почему!

Маркус возникает за моей спиной, чувствую его присутствие. Он безмолвно ждёт, что будет дальше, а я жду хоть какой-то реакции от Шоу. Но получаю совсем другое.

– Привет, Исабель, – здоровается со мной Элисон. – Ты же не станешь устраивать сцен, верно? Не после того, что у нас случилось.

– И мне очень жаль, что так случилось, – цежу сквозь зубы, потому что взять себя в руки никак не получается.

И если быть до конца честной с собой – мне не жаль эту Элисон. Она вторглась в нашу жизнь и испортила ВСЁ! Всё разрушила!

– А мне кажется, что тебе совсем не жаль, – она говорит это с притворной грустью, печальным взглядом глянув на Кирана. – Давай уйдём, – говорит ему тихо, но все, кто стоят рядом, конечно, слышат её.

– Нет, он никуда не пойдёт!

Я хватаюсь за запястье Кирана. Веду себя как чокнутая, но вряд ли способна остановиться.

– Пока не ответит, почему он с тобой!

– А почему бы и нет? – с вызовом бросает Элисон. Тянет Кирана за плечо. Видит, что я его удерживаю.

А Киран разворачивает руку так, что наши ладони соприкасаются, а пальцы сплетаются. От тепла его кожи, от такого родного прикосновения слёзы готовы хлынуть с новой силой.

Вот, чего мне не хватало! Кирана! Чтобы он был рядом! Но сначала он пытался сбагрить меня Маркусу. А когда я уехала, дожидался результатов теста. Потом готовился к неожиданной роли отца. А сейчас хочет стать мужем… вот этой! И мне бы просто забыть о нашем кратковременном романе, но я не могу.

Почему я не могу?

Его взгляд полон сожаления. С невыносимой му́кой на лице он стремительно отрывает свою руку от моей ладони. Начинает казаться, что этого прикосновения просто не было. Словно мне померещилось, и наши пальцы не переплетались…

– Прости, Ис, нам пора, – бросает он бесцветно. – Позже поговорим…

Опешив, я наблюдаю, как Киран уходит вместе с Элисон с пляжа. Мои колени подкашиваются. Он не собирается со мной разговаривать. Не собирается объяснять, что, к чертям, происходит!

Он просто уходит!

Что значит «позже»?

– Говоришь, он будет рад меня видеть? – обернувшись, рычу на Маркуса.

– Ис… Я не знаю, какого хрена он делает, – Холт разводит руками в стороны. – Почему бы тебе тогда просто не забить на него, а?!

Я прохожу мимо Маркуса, шепнув себе под нос всего одно слово:

– Не могу…

Двигаюсь в сторону машины. Ключи от неё у Маркуса, но я точно знаю, что он идёт за мной. Когда ступаю на асфальт, Холт хватает меня за локоть и стремительно разворачивает к себе.

– Давай я у него спрошу! Хочешь? Может, мне он объяснит, какого хрена происходит!

– Нет, – я засовываю руку в карман его шорт и выуживаю ключи от своей машины. – Нет, я не собираюсь больше ковыряться во всём этом. Киран принял решение!

Во мне говорит обида! А ещё гордость. Но если воспользоваться здравым смыслом, то тоже нет причин бегать за Кираном. Он даже говорить со мной не хочет!

Маркус выхватывает из моих рук ключи и сам открывает машину. Достаёт нашу обувь. Распахивает для меня пассажирскую дверь. Он тоже завёлся. Злится на Кирана. И на меня, потому что мешаю веселиться, и ему приходится возиться со мной.

– Садись, Исабель, – Холт смеряет меня грозным взглядом. – Я сам поведу, потому что ты нас точно угробишь.

Фыркнув, сажусь на пассажирское сиденье. Маркус захлопывает дверь, тут же обходит машину и устраивается за рулём.

– Я отвезу тебя домой, а потом, если ты не против, всё же пойду веселиться, – заявляет парень.

Молчу. Потому что не могу быть против. Я не имею на это права.

Холт тяжело вздыхает и заводит мотор. Мы уезжаем с пляжа, а я всерьёз раздумываю над тем, чтобы заявиться к Кирану домой. Буря внутри меня никак не хочет успокаиваться. Но преследовать Кирана я тоже не имею права…