Глава 16

Диана

Поставила подпись.

Юдин не обманул. Учел все. Абсолютно. Так что я и хотела бы прикопаться к контракту, но не cмогла.

И цена «нашего единственного раза» обозначалась более чем приемлемыми цифрами. Пятьдесят тысяч.

И это без секса. Я перечитала несколько раз, чтобы убедиться.

Нет, не было даже намека на оный.

Значит, просто БДСМ-игра. Легкая сессия без боли, но на грани чувственных ощущений.

Интересно-интересно. Как вообще моя психика воспримет это вот все?

Передала подписанный договор, посмотрела, как Николай поставил свою размашистую подпись, после чего один экземпляр передал обратно мне.

– И когда это произойдет?

Юдин улыбнулся.

– И снова нетерпение? Боталова, кажется, ты больше меня рвешься в Тему.

Я постучала по бумагам.

– Если все будет согласно этим пунктам, не добавляя лишнего… почему бы не увеличить свою месячную зарплату? Тем более… я же правильно поняла, эта пробная сессия может открыть дверь в новые горизонты?

Говорила про возможность продления контракта на таких же удачных условиях, после которых в моих карманах осядут приятные оранжево-розовые банкноты. Но решила, что «новые горизонты» подтолкнут Николая Максимовича к размышлениям на тему нашего дальнейшего плодотворного сотрудничества наиболее полно. И охотно.

– Правильно понимаешь. – Юдин отложил ручку в сторону, сцепляя пальцы в замок. – На следующей неделе, Диана. Предлагаю пятницу.

– Не эту пятницу, а следующую? – Нахмурилась.

Зачем так тянуть? Думала, как только поставлю свою закорючку, мы тут же, не сегодня-завтра, и приступим. Я упаду на колени, приму на себя образ послушной девочки, а через пару часов снова поднимусь с гордо поднятой головой, имея неплохой запас денежных знаков для удовлетворения жизненных потребностей.

А ведь мне нужно!

Буду рассматривать наше соглашение как подработку. Ничем не хуже той, в клубе.

Только в клубе мои танцевальные па в одних шортах и топе могли видеть все, кому не лень, здесь же зритель будет один. И танцевать будет не обязательно.

– Следующая пятница, – подтвердил Николай Максимович. – Отработай эту неделю до конца, а на следующей предстоят еще две деловые поездки. Если покажешь себя хорошо, отправишься в сопровождении.

Я свела брови вместе.

Еще две встречи?.. Прошлая мне понравилась. Вынесла много полезного для себя.

Если просто молча присутствовать и подмечать детали, получался эффект практики, которой я чуралась раньше.

Но теперь, в новых реалиях…

– Хорошо. Значит, с меня только следование должностной инструкции в эти дни?

– Все предельно просто.

Просто… Оказалось, действительно просто.

Так что… обязанности, на которые я так плевалась при озвучивании Виктором моей судьбы, сейчас даже приносили радость.

Я понимала, что собственным умом и трудом зарабатываю на жизнь. Как и мои коллеги. Слушала их истории, понимала, что я, в общем-то, действительно до двадцати двух лет и не знала, что такое нужда, проблемы и необходимость срочно искать варианты, где можно достать деньги… просто, чтобы купить еду.

С каждым следующим днем я чувствовала, что мой первоначальный гнев на дядю, Юдина и отца нивелируется. Он исчезал, уступая место здравому смыслу.

Мне красиво показали мое место. Так, чтобы я все прочувствовала на собственной шкуре.

Не сделай этого Виктор с подачи моего отца сейчас… не знаю, так бы легко я восприняла изменения в собственной судьбинушке после. Ведь с каждым годом осознание на счет своей значимости набирает вес.

Лучше так. Лучше сейчас. Через практически принудительный труд и невозможность вернуть себе былые плюшки богатого существования.

Я понимала, что скорее всего Виктор с Юдиным обсудили примерные сроки моего «рабства», но мне их, само собой, озвучивать никто не собирался. Договор на полгода с возможностью расторжения по взаимному желанию сторон – ерунда. Как появилась такая бумажка, так появится и следующая. Мне же оставалось лишь покориться и плыть по течению.

Покориться… ну, да.

Я ждала назначенной пятницы с легким будоражащим волнением.

И даже две поездки, анонсируемые при подписании контракта, не смогли сбить с меня дрожь предвкушения.

Хотя деловые встречи снова оказались полезным материалом для моих мозгов. И выстраивания линии поведения в будущем. Когда я встану у руля.

Николай показывал, каково это – руководить. Причем руководить мудро, взвешивая каждое свое решение, просчитывая возможные потери и риски.

Каким-то образом в моей голове из говнюка-диктатора он превратился в строгого, но справедливого монарха.

Не странно ли это?

Учитывая знакомство давностью с какой-то месяц?

Время меняет?..

Не только людей. Но и суждение других об оппонентах.

Пятница пришла и прошла. Рабочий день закончился, я поднялась уже проторенной дорожкой до приемной Николая… и почему-то только мазнула взглядом по Дашеньке. Все мысли сейчас были сосредоточены на том, чем же закончится этот день.

– Николай Максимович, к Вам Боталова. – По телефону сообщила Стафина, кивая мне на диванчик. Но я уже шла к аппарату для того, чтобы приготовить эспрессо.

Кофеин поможет?

Или, напротив?..

Пофиг! Выпила и отставила чашку ровно в тот момент, когда из своего кабинета показался шатен. Сегодня он был облачен во все черное. Даже рубашка, которая обычно контрастировала с пиджаком, сейчас являла из себя отражение ночного неба.

– Хороших выходных, Дарья. – Юдин улыбнулся секретарю, перевел взор на меня и привычно скомандовал. – За мной, Боталова.

Интересно, а что творится в голове Даши, когда она видит, как часто мы с ее боссом куда-то уезжаем или остаемся наедине в его кабинете?

Впрочем… три выездных совещания имели под собой неопровержимые доказательства: записи у Стафиной наверняка числились в еженедельнике. Может, она думает, что меня муштруют для перевода в головной офис, подальше от производственной линии?

Ой, да какая разница, что она там думает?

Мы снова в его белоснежном «Лексусе». Едем.

– Я могу узнать, куда мы?..

– Ко мне домой. – Юдин развернулся на очередном повороте.

К нему домой.

Действительно, где бы еще провести нашу сессию?

Интересно, у него такая же игровая с целым стеллажом стеков и плеток дома, как и в рабочем кабинете?

Чего гадать? Скоро сама все увижу.

Высотка в престижном районе. Поднимаемся на лифте на последний этаж.

– Ванная комната справа, – поясняет Юдин, прежде чем сам скрывается там, чтобы вымыть руки. Выходит быстро, пропуская меня. И бросает в спину. – Прими душ. Полотенце в шкафу на полке. Нижнее белье найдешь на соседней. Думаю, с размером я угадал. Как будешь готова, выходи в одних трусах. Я буду ждать тебя в комнате.

Началось.

Я смотрю на себя в зеркало, прежде чем отправиться под освежающие струи.

Ты же сама к этому стремилась, Диана. Правда?

Бумаги подписаны. Договор закреплен.

Теперь – только вперед.

Вышла, как мне и было сказано, в одних лишь трусиках.

Я уже и позабыла, что такое брендовая хорошая вещь. Дышащие, приятные к телу… стринги.

Минималистичный клочок ткани, прикрывающие лишь стратегически важные места.

Собственно, чего я ожидала? Шорты?

Напрягало только то, что сразу придется показать грудь…

Но тут уж или все, или ничего.

К тому же, чего мне стесняться? У меня красивая «двоечка». Мужикам нравится.

Да и не девственница я, чтобы щеки алели лишь из-за демонстрации красивых округлостей.

Своему боссу. Да. Другу дяди…

Усмехнулась, да проследовала к открытой двери, распрямляя плечи.

Пусть полюбуется!

Х-образного креста посреди комнаты, которого я ожидала, не увидела. Напротив, все было… прилично?..

Стол, стул, зеркальный шкаф, одна из створок которого была сейчас открыта… вот на полках, да, имелся целый арсенал девайсов из сексшопа. Крюки на потолке и диван. Гамма темная, чисто мужская.

И такой же темный, оставшийся босым, с закатанными рукавами черной рубашки Юдин.

Он увидел меня, замершую на пороге, прошелся по практически обнаженной фигуре тяжелым взглядом, после чего скомандовал:

– Подойди.

И все. Никакого акцента на топлес. Как будто зашла в кабинет к врачу, привыкшему видеть по тридцать голых барышень на дню.

– С этого момента сессия начинается. Я запрещаю тебе говорить, если не задаю вопросы. Не разрешаю смотреть прямо в глаза, если сам не приказываю взглянуть на себя. Твое дело слушаться. Беспрекословно. Я сказал – ты сделала. Сессия завершится, когда я скажу, что она подошла к концу. – Он сделал паузу. – Или когда услышу стоп-слово или сигнал. Повтори их сейчас.

Сначала показала жестом «четыре».

Потом, решив, что сейчас-то можно, встретилась с ним взглядом.

– Любимый.

– На колени. – Тихий, рокочущий приказ.

И я медленно опускаюсь. Прямо возле его ног. Склоняю голову, вспоминая, как это делала женщина в личной игровой Юдина на «РусМеталлисте».

– Руки на бедра.

Он меня сейчас свяжет?..

Или с чего вообще все начинается, если нельзя бить?

Я нервничаю. Определенно. Не знаю, чего ожидать.

Интересно, а если бы я была на месте Дома?.. И передо мной встал неопытный Нижний на колени? Что бы я чувствовала?.. Кажется, Верхнему вообще всегда сложнее. От него исходит инициатива, он несет ответственность за свои действия. Тому, кто подчиняется, остается лишь ждать.

Ожидание… одновременно пугает и заставляет кровь бежать по венам быстрее.

Не заметила, как стала чаще дышать.

А ведь я просто опустилась на пол. Он до меня даже не дотронулся.

Осознание, как вспышка, прострелило.

Он вообще ни разу не притрагивался ко мне! Если не считать мимолетной игры в удушение, где я легко сбросила его захват с шеи.

Мы всегда общались на расстоянии. Только слова. Только возможность видеть и слышать друг друга рядом.

Даже там, в клетке.

Николай с минуту просто смотрел на меня с высоты своего роста, не двигаясь. Любовался?..

ушел к стеллажу – видимо, за каким-то девайсом – и вернулся, останавливаясь за моей спиной.

– Приподними голову. Смотри перед собой.

Я напрягала слух. Он, кажется, присел за мной.

Даже не дернулась, когда меня коснулась кожаная полоса. Николай застегнул на мне ошейник.

– Закрой глаза.

Сначала «смотри вперед», а теперь «закрой»?.. Ну,ок.

Понятно. Смотреть вперед, чтобы не мешать надевать ошейник. А на глаза мне сейчас легла холодящая шелковая повязка.

Он отрезал у меня одно из чувств.

Теперь все тело будет прислушиваться к осязанию еще острее.

Снова поднялся, судя по шуршанию одежды. Отошел. Послышался звук перемещения предметов на полках.

Вернулся.

– Встань.

Хорошо, это можно. Хотя, думала дольше буду изображать из себя послушную собачку у ног хозяина.

Послышался щелчок, после чего меня потянуло за шею.

Звон… цепи?

Он пристегнул к ошейнику цепь? Очаровательно.

Не зря подумалось про верного пса.

– Иди за мной. – И снова натяжение позвякивающих звеньев.

Ага, круто ему, он же все видит!

Но как будто мне оставили выбор?

Пришлось довериться. И шагнуть в неизвестность.

Довериться…

Кажется, я поняла, для чего это было. Начало сессии призвано полностью доверять своему Верху? Расслабиться?

Пока не выходит.

– Стой.

Цепь повисла, я почувствовала ее холод на груди, бедер коснулась кожаная ручка.

Юдин снова отошел.

Послышался шум. Скрежет. Грохот.

А я стояла, лишенная зрения, не знающая, что происходит, дезориентированная. Он водил меня по комнате, меняя направления, и я совершенно запуталась. Где выход? Мы… все еще в той игровой? Или вышли из нее?

Что за звуки до меня доносились?

Я вздрогнула, когда моих ног коснулись горячие пальцы. У бедра. Мимолетно, ловя конец от поводка… но посылая очередной импульс по телу.

Его первое касание. И сразу в опасной близости от лона.

О чем я думаю?..

Это просто совпадение. Просто поводок такой неудобной длины.

Или, напротив, продуманной?..

Цепь снова натянули.

Теперь отправилась за ним без голосовой команды, понукаемая лишь подергиванием ошейника. Приходилось передвигаться медленно, осторожно, делая короткие шажки.

Я боялась наткнуться на что-либо, но руки предусмотрительно не вытягивала вперед. В этом же был весь смысл? Чтобы я доверила управление своим телом ему.

– Стой. Сейчас ты заберешься на стол и ляжешь на живот.

Он подвел меня… к чему-то массивному.

Но этого не было в комнате, когда я пришла. Стол?.. Кожаный. Судя по ощущениям.

Значит, он раскладывал нечто вроде массажного места?

Цепляясь за края, боясь сделать лишнее движение и навернуться, кое-как забралась на стол. И да, действительно массажный. В нем было отверстие для головы, так что я могла спокойно лечь лицом в дырку. Николай предварительно отстегнул цепь от ошейника.

Променад завершили?

Хотя меня тревожило, зачем ему понадобилось меня укладывать. Да жопой кверху.

Мы же помним, что я не соглашалась на порку?..

А вот про анальные пробки написала «да»…

Его же и трусики не остановят, если захочет…

Впрочем, может не попка тут была главной? Еще оставалась спина.

И поза как раз отличная для опробования различного вида приспособлений, чтобы хорошенько меня отшлепать.

Лежала, ожидая… удара?

Действительно?

Но никак не могла сбросить напряжение в теле. Все мое естество противилось тому, что может последовать.

И меня буквально подкинуло, когда я лопатками ощутила… что-то мягкое.

Мех?..

По моей спине начали водить меховой… перчаткой?

Я ощущала его пальцы через лохматую прослойку. Чувствовала движение руки.

Он меня гладил.

Серьезно?! Юдин меня гладил мягонькой лапкой!

Я готова была заржать в голос.

Ожидала удары и жесть, а получила меховое удовольствие?

Минуты текли, меня продолжали ласкать по всем оголенным участками, что были выставлены напоказ… и я действительно начала расслабляться.

Черт, приятно.

Как будто нахожусь на сеансе массажа.

Странного такого, в котором меня заставили сначала испугаться, а после погрузили в негу.

Шоковая терапия? Работает на ура!

По крайней мере, на мне.

Не знаю, сколько прошло времени, пока мои плечи, руки, лопатки, поясницу и ноги от пяток до почти не закрывающих стрингами задницы гладил хозяин квартиры.

Но я практически впала в дрему.

Значит, Юдин умеет не только вырывать стоны боли, но и делать вот так… приятно? Легко, мягко, массажными движениями, которые расслабляли полностью, выкидывали из головы все посторонние мысли.

Стоило лишь ему вновь отойти, я захотела позвать обратно.

Куда ты, Коленька?.. Ведь было так хорошо!

Продолжай!

Видимо, он умеет читать мысли. Поскольку вернулся быстро. И мне на спину что-то полилось.

Не хочу знать, что. Мое извращенное воображение подсказывает совсем не то!

Но вскоре скользкое «что-то» начало размазываться по мне… уже голыми руками.

Теперь Николай задействовал обе ладони.

М-м-м!

Я готова была стонать в голос, но прикусила себе нижнюю губу.

Это же так… Так!..

Я ожидала полноценного прикосновения. Но никак не предполагала, что это будет столь остро.

Массаж. Видимо, с маслом. Поскольку его ладони скользили по мне с легкостью, разминая мышцы, заставляя тело отзываться. Пробуждая от дремы и одновременно с этим расслабляя еще больше.

Черт! Я потерялась в ощущениях.

Единственно, что знаю – мне определенно нравилось все. Вот абсолютно все, что со мной сейчас делали.

Ошейник не ощущался, я про него вообще забыла. Повязка на глаза? Да это же изюминка! Причем эффектная, пикантная, заставляющая меня облизываться.

Но надо мной колдовали мужские руки. Крепкие, сильные, чуть мозолистые. Приятно разносящие по телу тепло и… медленно растущее возбуждение.

Боже… я действительно возбуждалась!

Это же нормальная реакция организма?

Что я возбудилась от того, что меня трогают?

Вот так, широко водя ладонями по коже?

Если Юдин хотел сыграть на контрасте, переключая мои рецепторы с едва ощутимых на меховой прослойке до горячих пальцев – ему это чертовски хорошо удалось!

Я таяла, как мороженое на солнцепеке.

Он делал из меня… да послушную куклу, готовую повернуться туда, куда укажет властный перст.

Он массировал даже мои ступни. Пальцы ног. Щиколотки. Голени. Заднюю поверхность бедра… Я невольно расставила ноги шире, позволяя ему пробираться между ног, чтобы максимально получить свою толику удовольствия.

Его руки шествовали до кромки трусов, не задевая их. Останавливались на самой границе. Он четко знал свои пределы.

Я искусала себе губы, когда его пальцы прошлись по внутренней стороне бедра, доходя практически до скрытых за тонкой тканью складочек.

Но он не станет брать меня силой?

Это же будет нарушением контракта. Самой сути.

В очередной раз напомнив себе об этом… я отпустила свои желания. И со следующим его движением глухо простонала.

Не могла уже сдерживать рвущееся наружу наслаждение.

Не знаю, какой он волшебник, но моя кожа буквально горела. И не только она! Я вся полыхала изнутри.

Сердце билось, как яростное трепыхание крыльев колибри. Внутренности скручивало в томительной неге. Я сжимала кулаки, желая передвинуть руку вниз, дотронуться до клитора и начать ласкать себя.

И плевать, что он бы смотрел!

Хотела кончить.

Очень хотела.

– Переворачивайся на спину. – Внезапный приказ заставил вновь простонать.

Он издевается?!

Садюга!

Но, воспользовавшись его помощью, чтобы дрожащее тело не перевернулось за пределы массажного столика, чуть сползла вниз, дабы макушкой не оказаться в прорези для лица, легла… и задержала дыхание.

Юдин добавил масла, растерев между ладоней, и приступил к изучению моего тела спереди.

Твою же мать! Если БДСМ – это вот так, значит, я готова посвятить себя этой философии!

Ведь можно обходиться и без боли, оказывается!

Если Николай Максимович так много внимания уделял массажу, значит, ему это тоже было по душе?

Но вот мужские руки исчезли с моего тела, а надо мной раздался голос с небольшой хрипотцой.

– Думаю, разогрелась достаточно.

Разогрелась?.. Он… просто разогревал меня? Для… чего-то большего?

– Подними руки над головой.

Пришлось послушаться. Невольно сглотнула, когда почувствовал на запястьях очередную кожаную полоску. Наручи?

Он свел мои руки вместе, связав между собой… и прикрепил к чему-то у изголовья массажного стола.

Значит, и столик был не такой уж массажный. А со своими секретами.

Сердце ухнуло в пятки, когда в следующую минуту мои ноги стали… разъезжаться!

Оказывается, конструкция имела раскладной механизм?.. Ведь я до сих пор лежала на этом удобном кожаном столе… но каждая моя нога теперь покоилась на своей «подушке» по отдельности.

Послышался щелчок, видимо, конструкция зафиксировалась. И теперь мои щиколотки оказались в плену креплений.

Юдин привязал меня к этому странному столу. С раздвинутыми в разные стороны ногами. С завязанными глазами.

Я задышала еще тяжелее.

Должна была испугаться. Все же оказалась абсолютно беззащитна перед ним…

Но я жаждала узнать, что же последует дальше.

Губы Николая оказались очень близко от моего уха. Вероятно, он опустился специально, чтобы я прочувствовала шепот каждой клеточкой своего тела.

– Ты помнишь, что я запретил тебе говорить?

Закивала головой, пусть на вопросы он и позволял отвечать словами.

Кажется, собственный голос сейчас подведет.

– Хорошая девочка, – похвалил все также тихо… и укусил меня за мочку!

Острый импульс заставил меня протестующе дернуться.

Он снова царапнул зубами. Уже под шеей, сразу на границе с ошейником, ближе к плечу, и одновременно с этим потянулся к левому соску, начав его поглаживать.

Снова укус. И теперь он щипает меня за сосок.

Твою же мать! Человек контрастов! Такая расслабляющая атмосфера и сразу после нее острый перец?

Но… мое собственное тело потянулось за его рукой, когда он перевел ладонь ко второму соску.

Я ждала очередной острой вспышки.

Сердце билось о ребра, трусики мокли от возбуждения.

Я текла! Я истекала смазкой от того, что меня кусают! И тискают за соски!

Никогда не замечала за собой подобных пристрастий.

Но сейчас любое его прикосновение, особенно вот такое ощутимое, как зубы на плоти и раздразнивание чувствительных ареол, заставляло меня… стонать.

Я поняла, что стону лишь после того, как его ладонь опустилась с груди на живот, проходя в опасной близости от резинки трусов.

Юдин продолжал исследование, пощипывая меня и прикусывая в самых различных местах. Руки, бока, пальцы… пока не перешел вниз, располагаясь между моих колен.

И теперь его губы прикоснулись к моим ногам.

Он поцеловал меня во внутреннюю сторону бедра. Я ощутила горячее дыхание практически в самом интимном месте… и застонала.

Это пытка.

Сладкая пытка с невозможностью дотронуться до собственных интимных мест.

Его руки продолжили поглаживать и пощипывать меня, тогда как зубы прикусывали все ближе к линии, за которую он не должен перейти.

Я подалась бедрами вверх в немой просьбе прикоснуться.

Юдин хмыкнул. Но не прокомментировал.

Верно.

Кто же мог подумать, что я захочу?..

Да! Я хочу, чтобы он хотя бы дотронулся!

Мне и нужно-то немного… древний как мир ритуал. И долгожданная разрядка, что должна последовать после нехитрых действий.

Но Николай не будет нарушать договор.

Со следующим его укусом, что получился чуть более ощутимый, чем предыдущие, я выгнулась дугой. Сразу на смену зубов пришел мокрый язык и принялся зализывать место, на котором остались отметины.

Давай ты со своим проворным языком переместишься чуть выше, а?

Что тебе, сложно что ли?..

Я тянула на себя путы, но привязана была как следует. Чтобы самостоятельно не выбраться из ловушки.

Может, к черту правила?.. Да, он обозначил, что мне нельзя говорить, но…

– Мы можем пересмотреть контракт прямо сейчас? – Вышло вместе со стоном, ведь его губы теперь дразнили мой живот.

– Я запретил тебе говорить. И ты подписалась под условиями. – Мужчина вздохнул. – Теперь ты понесешь наказание за непослушание.

Его руки тут же исчезли с моего тела. И я услышала шаги.

Он снова отошел к стеллажу?

Вернулся… щелкнул чем-то… и настала тишина. Он не двигался, не прикасался ко мне. Я потеряла представление о том, где сейчас находился Хозяин.

Но опаливший мою грудь жар заставил вскрикнуть.

– Не бойся. Это всего лишь воск.

Очередная порция горячих ощущений, и все туда же, на грудь.

Жарко! Горячо! Остро!

Я рвано дышала, дергала за наручи, пыталась подтянуть к себе ноги, но оставалась распластанной на столе.

Первая вспышка боли прошла, оставив после себя лишь послевкусие… азарта.

Он снова наклонил надо мной свечу, теперь воск полился на бока.

Я закричала… но крик перешел в стон.

Это были ни с чем не сравнимые ощущения!

Словно сунула себя в огонь, но тут же остудила в ледяной купели. Разгоряченная после массажа и раздразненная мехом и умелыми руками кожа принимала любое прикосновение… с радостью?

И даже воск показался лишь экзотичным способом добавить ярких впечатлений к сессии?

Наказание… он назвал это наказанием?..

Дорожка из воска дотекла до живота. Я всхлипнула.

Ноги тоже постигла участь горячего вторжения. И каждое новое добавление расплавленного воска сопровождалось грудным полустоном-полувсхлипом с моей стороны.

Я не знаю, какой магией воспользовался Николай Максимович, чтобы я вот так реагировала на «пытки»! Но мне действительно нравилось!

Каждая пикантная грань этой игры приходилась мне по вкусу!

Наконец, свеча осталась позади.

Его ладони вновь прошлись по моему телу… и как будто невзначай задели промежность. Но тут же прошествовали дальше по животу к бокам.

Это он специально ведь?.. Так едва уловимо… случайно…

А я уже схожу с ума.

– Ты хочешь получить разрядку?

Я стала лихорадочно кивать.

– Да! Да! Пожалуйста, позвольте мне!..

– Назови меня своим Мастером.

– Мастер! – Даже секунды не понадобилось, чтобы повторить. – Мастер, прошу Вас! Дайте мне кончить!

Его пальцы прошлись выше, а так как он стоял между моих ног, я могла почувствовать, как он наклонился, практически ложась на меня, чтобы дотронуться до моих губ.

– Оближи.

Полизать его пальцы?

Да я сейчас готова была, кажется, облизать что угодно!

Открыла рот, с готовностью вбирая в себя сразу два. Начала их обсасывать, представляя, что пытаюсь съесть леденец.

Юдин не комментировал мои умения, просто с минуту наслаждался… послушанием?

Однако вскоре забрал «сладкое», вновь отходя в дальний угол.

Сладкое… а пальцы действительно были в чем-то вкусном. Как будто Николай опустил их сначала в баночку с приятной эссенцией.

Язык начало покалывать.

Это… афродизиак?..

Если предположение верное, кажется, моя выдержка скоро скажет мне «прощай».

Директор вернулся ко мне с чем-то жужжащим. Оно прикоснулось к моему большому пальцу на правой ноге. Сместилось между пальцами. Послало вибрации на грани щекотки, раздражения и чего-то непонятного пока.

Он перемещал вибратор, пробуждая во мне смесь сразу нескольких чувств, но все они начинали концентрироваться где-то в солнечном сплетении, медленно опускаясь ниже. В живот… и между ног. Вот там это самое чувство осело, а когда Юдин переместился с вибрирующим «другом» выше, проходя от колена по бедру, внутри меня начало накапливаться напряжение.

Он перевел вибратор на внутреннюю сторону бедра, ведя безумно медленно вверх, до трусиков… остановился в самый последний момент, но задержал игрушку, надавил, посылая по ноге дрожь. И вырывая из меня мычание, с которым я кончила!

Я пришла к оргазму, а он даже не притронулся к моему клитору!

Юдин снова надавил на вибратор, переместив его на другую ногу – все в том же месте, под линией стрингов – и я застонала в голос.

Да! Да! Да!

Подалась бедрами наверх без возможности еще шире раскинуть колени.

Он выключил жужжание только после того, как я, тяжело дыша, расслабленно откинулась на ложе, не реагируя на внешние раздражители.

Николай обошел стол, сдергивая повязку с моих глаз.

Мне пришлось часто моргать, чтобы согнать выступившие от переизбытка чувств слезы, да щуриться в попытке рассмотреть его фигуру.

Он огладил мое лицо, приподнял за подбородок, проводя большим пальцем по нижней губе, которую я все это время кусала.

– Сессия завершена.