Глава 16

Сначала раздался звук хрусткого удара, а после установившуюся тишину разрезал полный неподдельного ужаса вскрик Яны.

Какое-то время мы сидели, застыв, только смотрели друг на друга округлившимися глазами. Затем я вскочила и бросилась на «поле боя».

– Что вы творите? Я вызываю полицию! – заорала, как умалишённая, Яна.

Папа уже покинул место, где Юрик получил по заслугам если не за все свои действия, то за какую-то их часть, и, вернувшись к столу, как ни в чём не бывало устроился, чтобы пообедать.

Любовница Корзунова суетилась так, как будто Юре не по мордам надавали, а его как минимум изрешетили вражеские пули. Парочка прошествовала в ванную, куда я заглянула мельком перед тем, как Яна захлопнула дверь.

– Я обещал – я сделал, – пожал плечами отец, когда я тоже вернулась к столу, оставив голубков залечивать Корзуновские раны.

Отец потянулся к коньяку и, налив себе рюмку, опрокинул в рот. Пожалуй, я бы тоже не отказалась от анестезии, однако сильно подозревала, что Яна и впрямь может выполнить угрозу и вызвать наряд полиции. И хотя вряд ли отца заберут за то, что он прошёлся кулаками по лицу зятя за то, что тот при живой жене привёл в дом любовницу, я не хотела давать полиции и крохотный повод думать, будто у нас всё случилось во время попойки.

Обедать уже расхотелось, но мы все делали вид, что ничего не произошло. Аня и вовсе перетянула внимание на себя, начав рассказывать о школе, друзьях и спортивных занятиях. У меня же снова сердце оказалось не на месте, когда подумалось о Карине. Как она там одна? Какие мысли бродят в её голове?

Мы ведь только созвонились вчера перед тем, как ложиться спать. Я убедилась в том, что Кариша в порядке, на том и успокоилась. Как выяснилось – ненадолго.

– Все, Насть, ваша взяла, – проговорил Корзунов, когда они с Яной вышли из ванной.

Белобрысая отправилась в комнату с видом королевы, которая вышагивала в сторону престола, а Юра, подойдя к нам, отер нос тыльной стороной ладони.

– Перелома вроде нет, – сообщил он, криво улыбаясь.

– Останешься еще ненадолго – будет, – пообещал ему папа. – Ну или пусть твоя шлюха пересидит в комнате, а ты, Юра, сядь, выпей с тестем. Расскажешь, как докатился до жизни такой.

Отец полоснул по Корзунову взглядом, в котором полыхала ненависть. Муж ответил тем же самым.

– Нет уж, Сергей Романович, – процедил Юра, помотав головой. – Теперь мы со всеми вами будем общаться в несколько ином правовом поле.

Сказав это, он ушел в сторону комнаты Карины, откуда они с Яной вышли минут через десять. Прошествовали мимо нас, уже забывших о том, зачем мы собрались за столом. Только папа из всего семейства выглядел совершенно спокойным и уравновешенным. Он отдавал дань супу и своему горячительному с таким видом, будто бы вообще ничего не случилось.

Наконец, Корзунов и его любовница отчалили. Мама, которая сидела неподвижно, вскочила из-за стола.

– Разогрею еду, – сказала она и принялась таскать тарелки к микроволновке, откуда возвращала их уже с горячим супом.

Я же положила руку поверх отцовской ладони и сжала. Молча посмотрела на папу с благодарностью и он, кивнув, заверил:

– Теперь всё нормально будет.

Мы с Аней переглянулись, я поймала улыбку, которую дочь поспешно спрятала. Можно было не переживать за то, что Анюта получила моральную травму, когда её дедушка врезал Корзунову.

– Да, всё нормально будет, – эхом откликнулась я и впервые за последние дни вздохнула полной грудью.

Следующие пару дней стали для меня едва ли не самыми счастливыми за последнее время. Только отсутствие рядом Карины отравляло свободу и спокойствие, которыми я наслаждалась. От Юры и его любовницы не было новостей, и я даже грешным делом подумала, что наша действительно взяла. Что Корзунов понял – за этот дом я буду бороться до последнего, так что ему лучше уже сейчас думать о том, как забрать квартиру и жить в ней.

Старшая дочь, с которой мы регулярно созванивались, ничем не дала понять, что Юра и Яна где-то рядом, потому, даже если голубки и поехали в нашу двушку, об этом пока узнать я не могла. Да и не до того мне стало, когда у нас вновь случились те проблемы, о которых уже говорил Корзунов.

– Насть, воды что-то нет, – сказала мама, которая как раз собиралась помыть посуду вручную после ужина, хотя я и настаивала на том, чтобы она не тратила время и сложила всё в машинку.

– Хм…

Я отложила книжку, которую не столько читала, сколько скользила по её страницам невидящим взглядом в попытках расслабиться и разгрузить голову.

– Сейчас разберёмся.

Папа отправился немного вздремнуть под новостной канал, потому его мы трогать не стали. В коммуникациях я разбиралась плохо, но, на первый взгляд, ничего криминального не стряслось. В котельной было спокойно, из-под пола, где проходили трубы, тоже никаких протечек не виднелось.

– Посмотрю, что там с подведением от скважины, – сказала я с умным видом.

Накинула куртку, нацепила старые угги, которые привезла в дом, чтобы наскоро можно было выбежать открыть калитку, или дойти до соседей. И, выбравшись на морозный воздух, стала обходить дом.

Когда возле ворот припарковалась машина, а вечернее пространство осветила вспышка от мощных фар, я грешным делом подумала, что Юра всё же обратился в полицию и сейчас к нам прибыли сотрудники правоохранительных органов.

Раздавшийся следом стук в калитку лишь углубил мои подозрения в эту сторону, но когда я, после некоторого раздумья, открыла, обнаружила по ту сторону… Владислава.