Глава 26

– Мирон сам меня позвал! Слышишь, мама? Сам!

Глаза Карины, которая ворвалась в кухню, где я готовила завтрак себе и девочкам, горели восторгом.

– В семь утра? – покачала я головой.

Мы с Аней переглянулись, дочь спрятала улыбку, которая так и говорила: как будто мы сомневались!

– Не в семь утра! Ночью! Я только прочитала!

Она крутанулась на месте и присела за стол.

– Сможешь мне помочь собраться? Хочу причёску сделать, – спросила у меня, пока я накладывала омлет на тарелки.

– Конечно, а когда? И куда вы там планируете отправляться? – уточнила, положив к порции горячей еды несколько помидорок черри.

– На выходных, за город, там бабушка у Мирона живёт. Сказал, что она хочет со мной познакомиться. Его родители тоже там будут.

На её щеках запунцовел румянец, она улыбнулась сама себе и принялась за омлет.

– Блин… Кариш… Я на выходные договорилась с Владом кое-куда съездить, – сокрушенно покачала я головой, запоздало вспомнив о Каменеве, с которым у нас назревала некая авантюра.

О ней я пока детям не рассказывала, боялась сглазить, но уже вся горела нетерпением и желанием, чтобы всё прошло так, как нужно.

– Но я могу отказаться, – добавила, прикидывая в уме, на какое время стоит перенести поездку с Владом.

– Нет! – воскликнула Каро, уничтожив омлет со скоростью света.

Видимо, хотела как можно скорее бежать в школу на встречу с Мироном. У них только сейчас, по прошествии двух с лишним месяцев, стали налаживаться отношения. А до сего момента казалось, что Карина и Мир уже не сойдутся.

– Нет, мам, – прибавила она спокойнее. – Справлюсь сама. Ты не должна пренебрегать своими делами.

Аня фыркнула и посмотрела на Каро.

– Вообще-то я тоже кое-что могу, – заявила младшая дочь. – Не боись, справимся вдвоём.

Девочки переглянулись, молчаливо обменялись какими-то своими вайбами, понятными лишь сёстрам. Я невольно разулыбалась, собираясь присесть за стол и тоже позавтракать, но меня отвлёк звонок в дверь. Нахмурившись, машинально взглянула на часы. Мы никого не ждали, а учитывая столь раннее время, я даже не могла предположить, кого могло к нам занести.

– Открою, – сказала девочкам и, выйдя в прихожую, остановилась в нерешительности.

Потому что меня вдруг охватило какое-то странное ощущение, как будто сейчас должно было случиться что-то нехорошее.

Взглянув в глазок, я охнула, обнаружив по ту сторону Корзунова. Вообще-то у нас с ним была договорённость, что отныне он предупреждает о своих визитах заранее, потому я даже предположить не могла, зачем он приехал к нам на рассвете.

– Юра? – удивилась я, открыв бывшему мужу.

Обоняния тут же достиг запах дыма, но задать вопросов относительно вида Корзунова и того, почему он источает такие ароматы, я не успела. Юра ошарашил меня сам:

– Нась… Наш дом. Мне очень тяжело об этом говорить, но… Он сгорел…

В этот момент я поняла, что не зря говорят о том, будто время лечит. Или хотя бы способно изменить отношение человека к чему бы то ни было настолько, чтобы это больше почти не трогало.

– Ваш с Яной? Очень сожалею, Корзунов. Но не пойму, зачем ты приехал с этими вестями ко мне, да ещё и с утра пораньше?

Взять себя в руки удалось мгновенно. Всего на долю секунды в сердце кольнуло острым сожалением от того, что одно из моих любимых мест на земле постигла такая участь, но это была словно точка во всех переживаниях, посвященных данному вопросу. И всё – на смену жалости пришло спокойствие.

Юра моргнул раз, другой… попытался переступить порог нашей с девочками квартиры, но я выставила перед собой руку и помотала головой.

– Корзунов, у нас с Аней и Кариной нет ни времени, ни желания на то, чтобы сейчас выслушивать тебя. Очень сожалею, что у тебя произошла такая трагедия, но сходи с нею к психологу. Там тебе помогут, я уверена.

Взявшись за край двери, я собиралась закрыть ту, тем самым показав, что с Юрой здесь никто общаться не планирует. Хоть по поводу сгоревшего дома, хоть о каких-то позитивных вещах, которых от Корзунова ждать не приходилось.

– Настя… Я в ужасе, – рвано выдохнул бывший муж и затараторил быстро, как будто опасался, что я не дослушаю и заткну его на полуслове.

К этому я была вполне близка, потому опасения Юры были весьма к месту.

– У меня ничего не осталось… Теперь нам не дадут даже десятой части из того, на что я рассчитывал! И Яна… Я больше не хочу так, как у нас с ней сейчас. Мне нужны уют, тепло, принятие. Всё то, что ты мне давала… Я буду работать больше… Я отстрою нам с тобой новый дом, Нась! Клянусь!

Слушать эту ахинею и дальше я не стала. Наши отношения закончились даже не в тот день, когда Корзунов обошёлся со мной очень сурово, едва не выставив из собственного дома. А тогда, когда он наплевал на мать своих детей и решил, что я никто и буду делать так, как мне скажут…

– Нас с тобой больше нет и, слава богу, никогда не будет, Юра. Отстраивай заново хоть дворец, хоть шалаш. Но не мне. Яне, Кате, Маше, Любе – хоть целому гарему сразу. И постарайся впредь придерживаться договорённостей и к нам с девочками приезжать строго по предварительному созвону.

Всё же захлопнув дверь перед лицом Корзунова, я вздохнула. Время на то, чтобы он подал какие-то новые иски в суд, истекло. Да и Юра сам, по собственной воле, пошёл со мной на мировое, по которому дом достался ему, а квартира мне. Так что теперь у него только один выход – приложить максимум усилий, чтобы построить себе новые хоромы. И я надеялась, что он с этим благополучно справится.

Подойдя к окну, я убедилась в том, что бывший муж задерживаться у нас в подъезде не стал. Юра вышел, какое-то время постоял возле машины, а затем уехал.

– Девочки, не опоздайте в школу! – крикнула я Ане и Карине и, услышав, что они уже почти готовы, отправилась заниматься своими делами.

На покупку нового участка, где я в перспективе собиралась строить новый дом мечты, средства мне дали все, кто остался рядом после моего развода с Юрой. Родители, Влад и даже Таня, которая не переставала повторять, что я для неё останусь любимой сестрой, что бы ни случилось.

Как нельзя кстати на работе меня отправили на повышение, потому рассчитаться с долгами я планировала как можно быстрее. А после взять ипотеку и начать стройку.

Порой казалось, что я вернулась в прошлое, где точно так же, как и сейчас, бесконечно смотрела различные материалы на тему фундаментов, обустройства септиков и прочих важных вещей. И на этот раз получала не меньшее удовольствие от процесса, чем при планировании первого дома.

– Всё, можно тебя поздравлять, – сказал Каменев, который свозил меня в банк, где мы положили деньги на покупку участка в ячейку. – Пара бюрократических моментов и можно вызывать службы, чтобы они тебя проконсультировали по геодезическим вопросам.

Я покачала головой, откинувшись на спинку автомобильного кресла.

– Ты торопишься. У меня пока не особо хорошо с деньгами. Так что всё буду делать постепенно, – ответила Владу.

– Так выходи за меня замуж, у нас будет общий бюджет, – с совершенно серьёзным выражением на лице сказал Каменев.

Это было столько неожиданно, что я опешила. И, нервно рассмеявшись, открыла дверцу, чтобы выйти из машины.

Наши отношения скорее были дружескими, чем романтическими, хоть Каменев и придерживался твёрдо своих целей относительно меня. Но мы не торопились, потому его внезапное предложение сбило с толку.

– Настя, прости, – проговорил он, оказавшись рядом во мгновение. – Ты же помнишь, у меня всё чётко, – растянул губы в кривоватой улыбке.

Я прислонилась спиной к боку его джипа и улыбнулась.

– Помню. Но пока ещё не отошла от развода, пойми.

Не дожидаясь ответа Каменева, я притянула его к себе за лацкан пиджака и легко коснулась губами его губ. И в этот момент неожиданно услышала голос бывшей свекрови:

– Вот почему ты не хочешь дать Юрику даже шанса! У тебя уже другой…

Сама Виктория Анатольевна обнаружилась в нескольких метрах от нас. Она, по-видимому, приехала на такси, которое и ожидало мать Корзунова чуть поодаль.

Мы с Владом переглянулись. В глазах Каменева мелькнуло удивлённое выражение.

– После того, как спалил дом, Юра был у меня. Просился обратно, – сообщила я ему.

Удивление сменилось недовольством, которое быстро погасло, когда Влад улыбнулся и ответил Виктории Анатольевне вместо меня:

– Не просто другой. Настя скоро станет моей женой. Так что, конечно, никаких шансов Юрику и кому бы то ни было у нас не предусмотрено. Это всё, или у вас есть ещё какие-то вопросы?

Я едва удержалась, чтобы не хихикнуть от того, насколько ошарашенное выражение появилось на лице бывшей свекрови. Такой Викторию Анатольевну я не видела ни разу. И даже мысль мелькнула – не упала бы она в обморок, что называется, «не отходя от кассы». А то придётся с нею возиться, чего мне совершенно не хотелось делать.

– Настя… Настенька, ну что же ты так поспешно принимаешь решения? – всё же выстояв и оставшись в сознании, всплеснула руками мать Юрика. – Вы же только разошлись с моим сыном, ещё ничего не закончено… У вас же дети!

Я покачала головой. Если рядом поставить эту свекровь и ту, что говорила мне, будто наши отношения с Корзуновым – не её ума дело, я бы, пожалуй, не узнала новую Викторию Анатольевну.

– Дети прекрасно принимают Влада, – ни капли не солгав, ответила я, решив сегодня расставить все точки над «и». – И они помнят, что их отец – Юра. Так часто бывает, когда папа и мама расходятся, но не перестают быть родителями для своих дочерей и сыновей. Карина и Аня прекрасно относятся к моему… жениху, однако и отца не забывают. Главное, чтобы и он не выбросил из головы тот факт, что ему следует заботиться вместе со мной об их будущем. Но порознь! – Я подняла палец вверх, давая понять этим жестом, чтобы свекровь меня дослушала. – К тому же, Виктория Анатольевна, как вы там мне говорили?

Я сделала вид, что припоминаю слова матери Корзунова, которые знала досконально.

– «Это только ваше с Юриком дело» – процитировала её секундой позже. – Вот на этом и порешим. Это только наше дело, в нем мы уже разобрались без лишнего вмешательства. А сейчас всего доброго.

Я направилась к подъезду, Каменев последовал за мной. Мы почти добрались до двери, когда Виктория Анатольевна предприняла последнюю попытку достучаться до меня.

– Настя! Что же мне теперь делать-то? Сын сказал, что хочет жить у нас с отцом, а сам будет копить на квартиру… Но это затянется надолго! У него же алименты… Настя!

Я всё же обернулась к ней и, окинув бывшую свекровь взглядом напоследок, ответила задумчиво:

– А вот это уже только ваше с Юриком дело, Виктория Анатольевна. Всего хорошего в жизни с сыночком!

Мы забежали в подъезд, где я всё же дала волю эмоциям. Меня буквально согнуло пополам от нервного смеха, который в то же время приносил особенное удовольствие и облегчение. Каменев подхохатывал рядом.

– Насть… То, что ты назвала меня женихом, можно считать твоим согласием? – спросил Влад, когда я отсмеялась.

Вздохнув и не скрывая улыбки, я снова притянула к себе «будущего мужа» и ответила:

– Можно считать, что я пока подыграла тебе. Но согласие уже не за горами.

Задать ещё один вопрос Каменеву я не позволила. Нас окутали чудесные ощущения от совсем нецеломудренного поцелуя, который стал своего рода печатью, скрепившей немые обещания друг другу.

А впереди нас ожидала лишь наполненная счастьем жизнь. И в этом я не сомневалась ни доли секунды.