2

Мужчины уходят, а я по лестницу опускаюсь, руками лицо прикрываю, слезы сами текут по щеках, всхлипы уже не остановить. Я надеялась, три года назад это не казалось таким устрашающим, я думала все решится, устаканится.

В нашем городе фамилия Исаев решала все, это их город, полностью под ними лежит. Если хочешь бизнес строить, работу хорошую иметь, деньги… Договаривайся, на колени падай, проси у господина разрешения.

Илья Исаев, отец Дамира, три года назад он был королем, к нему нужно было идти с опущенной головой. И мой отец пошел, долго умолял, чтобы ему дали открыть свой завод, людей в охрану дали, чтобы другим не повадно было свои порядки устанавливать. Его послали, на три веселые буквы.

А потом Дамир меня увидел, как сейчас, тот день помню, я в парке с подругами гуляла, и к нам парни пристали, пьяные.

— Прошу, не нужно, — я умоляла, они разрывали мое платье, рвали на куски. Я плакала, мне всего пятнадцать, а ко мне взрослые, огромные амбалы лезут.

— Чё ты жмешься соска, рот закрыла, лучше бы ноги так охотно раздвигала, — хохотнули они и продолжили издеваться.

— Отошли, — как гром среди ясного неба, меня отпустили моментально, я упала на асфальт, больно ударилась.

Парни расступились, и я увидела его, Дамира. Двухметровый, огромный парень, коротко стриженый, карие глаза, он был пугающий. Хулиганы трусились перед ним.

— Еще раз увижу, зубы будете свои собирать, — гаркнул парень и направился ко мне.

На руки меня подхватил, осмотрел со всех сторон.

— Имя, фамилия? — Я покраснела, застеснялась, у него лапищи такие огромные, он меня как пушинку поднял.

— Анжелика Климова, — парень глаза прищурил, осмотрел меня внимательно.

— Это твой отец за завод просил? — Откуда он знает?

— Мой, — головой кивнула.

— Лет тебе сколько?

— Пятнадцать, — и платье начала на коленки натягивать, мало ли, может от одних спас, а сам сейчас еще хуже окажется.

— Скромная, — скалится, а я от страха труситься начинаю, уж слишком он меня изучает взглядом.

— Простите, я могу сама на ногах стоять, — в смехе заходится. Но на ноги меня опускает.

— Моя будешь, женюсь на тебе, слышишь, если узнаю, что какому-то мудаку дала к себе прикоснуться, живьем закопаю, — Ох…. Кошмар….

Я не восприняла всерьез его слова, ну серьезно, кто может вот так вот в секунду решить, что женится? Пугал, шутил, издевался… Но вот когда счастливый отец прибежал домой и сообщил, что ему сказали” ДА”, еще и денег подкинули на развитие бизнеса. Я поняла, что пахнет жареным.